И уйти в закат (СИ)

— Спасибо, — сказала я.
Мне было неудобно перед ним, но у меня вообще не было денег, чтобы дать ему чаевые. Я для вида сунула руку в карман, чтобы мгновением позже изобразить виноватое лицо, но он ретировался раньше, чем я успела разыграть этот спектакль.
Закрыв дверь, я вернулась на кровать, достала телефон из коробки, нажала кнопку включения и ткнула пальцем по экрану, и передо мной предстало цветовое многообразие нескольких десятков значков. Так, и где теперь искать этот интернет?
Но тут выяснилось, что мой большой палец сам знает, что делать. Он ткнул в один из значков, я увидела логотип известной даже в мое время поисковой системы.
Я вбила в нее собственное имя и приготовилась удивиться результатам.
***
Специальный агент Джонсон нажал кнопку отбоя и убрал телефон в карман пиджака.
— Насколько все плохо, сэр? — поинтересовался Грег.
— Директор Смит сообщил, что прямо передо мной ему звонили из кабинета министра финансов, — сообщил агент Джонсон. — До его сведения довели, что владелец кабинета крайне недоволен как результатами нашей операции, так и местом, в котором мы ее проводили.
— Да что не так с этим местом? — поинтересовался Стивен и поспешно добавил. — Сэр.
Они пили кофе в небольшом круглосуточном заведении, находящемся на соседней с отелем улице. Два черных «эскалейда» ждали их снаружи.
— Уже до моего сведения довели, что международная сеть отелей «Континенталь» на самом деле является ширмой, прикрывающей… чуть ли не альтернативное теневое правительство, — сказал агент Джонсон. — Скажем, это теневое правительство криминального мира.
— А как же так получилось, что мы об этом не знаем? — удивился Стивен.
— ТАКС занимается другими вопросами, — сказал агент Джонсон. — Кроме того, все здесь присутствующие, и даже я — относительные новички в агентстве.
— Иными словами, там внизу нам просто забыли об этом рассказать, — подытожил Грег.
— «Континенталь» и кабинет министров находятся в состоянии вооруженного нейтралитета, — продолжал агент Джонсон. — Согласно заключенному договору, о котором сообщил нам этот напыщенный управляющий мистер Финч, мы стараемся не лезть в их дела, а они не лезут в наши. По счастью, наши интересы не так уж часто пересекаются.
— Как же они могут не пересекаться, если вся преступность…
— Не вся, — сказал агент Джонсон. — Только высокоорганизованная. То есть, драгдилеры на улице в конечном счете тоже подчиняются «Континенталю», только они об этом понятия не имеют.
— Насколько я понимаю метод работы теневого кабинета, где-то глубоко внизу, на том уровне, о котором мы даже не слышали, должно существовать какое-нибудь специальное агентство для борьбы с «Континенталем», — высказал предположение Грег. — От действий которого, если они всплывут, кабинет министров будет открещиваться всеми доступными способами.
— Если и так, мне об этом ничего неизвестно, — сказал агент Джонсон. — И директор Смит тоже ничего похожего никогда не говорил.
— Но он знал?
— Судя по нашему последнему разговору, да.
— А план операции вы с ним согласовывали?
— Конечно.
— И он видел, где будет проходить конгресс… Выходит, нас подставили, — сказал Грег. — И кто? Наше собственное начальство!
— Это называется «многовекторной стратегией», — сообщил ему агент Джонсон. — Если бы в ходе этой операции мы бы нанесли какой-нибудь вред «Континенталю», теневому кабинету это пошло бы в плюс, а всю ответственность списали бы на стихию… или на непосредственных исполнителей.
— То есть, либо на нее, либо на нас, — сказал Грег. — Вот я и говорю, что нас подставили. Хорошо еще, что все обошлось.
— Не хотелось бы влезать в разговор старших товарищей, — влез в разговор старших товарищей Стивен. — Но пока мисс Кэррингтон в отеле, еще ничего не обошлось.
— Верно, — согласился Грег. — И какой наш дальнейший план? Что говорит начальство, сэр?
— Начальство хочет, чтобы мы продолжали.
— Несмотря на «Континенталь»?
— По возможности, вне отеля.
— Но, быть может, нам уже нет нужды продолжать, — сказал Стивен. — Вы не думали о том, что все уже кончено? Что, продемонстрировав пастве уязвимость их идола, мисс Кэррингтон уже разрушила этот сюжет? Иногда и одной капли крови достаточно, чтобы люди поняли — перед ними стоит такой же человек, как и они сами, а она и вовсе прострелила ему колено и…
 
— И этого недостаточно, — сказал агент Джонсон. — Я вам больше скажу, те, кто присутствовал на проповеди, уже забыли, чем она кончилась. Наши люди провели выборочные опросы среди посетителей конгресса, и никто из них не помнит эпизода со стрельбой.
— Как такое может быть? — удивился Стивен. — Массовый гипноз?
— Или эта сцена не нужна сюжету, и он ее просто вычеркнул, — мрачно сказал Грег.
— А бывали прецеденты?
— Лично я никогда такого не видел и никогда о таком даже не слышал, — сказал Грег. — Но в этом деле масса всего такого, с чем мы раньше не сталкивались.
— Управляющий мистер Финч, эсквайр, — лицо специального агента Джонсона скривилось, будто он прожевал дольку лимона. — Был настолько любезен, что предоставил нам записи с камер видеонаблюдения, которые работали в конференц-зале. Звук они, разумеется, не пишут, но специалист по чтению по губам утверждает, что Питерс закончил свое обращение просьбой забыть об этом маленьком неприятном эпизоде.
— И они просто забыли? Это удивительно.
— Но не более удивительно, чем саранча или град, обрушивающийся с чистого неба, — сказал агент Джонсон. Или вода, обращенная в кровь.
Но об этом он вслух говорить не стал.
— Значит, завтра в десять тридцать…
— Мы поедем не в аэропорт.
— А если за эту ночь она вспомнит? — поинтересовался Стивен.
— Не вспомнит, — сказал агент Джонсон. — Слишком мало времени прошло. Полагаю, у нас гарантированно есть еще пара дней, после которых начнется серая зона неопределенности.
— Остается непонятным только один вопрос, — заметил Грег. — Почему «Континенталь» выставил нас, но предложил ей остаться на ночь. Вы не думаете, что они сделали это по просьбе Питерса?
— Не думаю, — сказал агент Джонсон. — Из разговора с директором Смитом я вынес, что Питерс мешает «Континенталю» так же, как и нам. Но они чтут договор и не вмешиваются, потому что считают, что это проблема находится в нашей юрисдикции.
— Скорее всего, они уже попробовали вмешаться и у них не получилось, — перевел на человеческий язык Грег. — Тогда зачем они оставили ее у себя? Просто из любезности или чтобы нам насолить?
— Полагаю, что для этого они слишком прагматичны, — сказал агент Джонсон. — И значит, ответ куда проще. Скорее всего, они считают, что хорошее отношение к мисс Кэррингтон зачтется им в Ночь Черепов.
— Вы же сейчас пошутили, сэр? — спросил Стивен. — Пошутили, да?
Выражение лица специального агента Джонсона не изменилось ни на йоту.
— Да, — сказал он. — Пошутил.
***
Результат меня действительно удивил, потому что он был никакой.
Ноль.
Ничего.
Вообще ничего.
Я забивала свое имя и фамилию в разных сочетаниях, и поиск каждый раз выдавал мне фразу «по вашему запросу ничего не найдено».
Я, конечно, личность не медийная, но хоть какую-то маленькую заметочку в духе «Потерявшую память в результате ДТП девочку навеки заперли в психушке» найти рассчитывала.
Но нет, даже ее не было, или поисковик ее не проиндексировал.
Словно меня в этом мире никогда и не существовало.
Равно как и моих полных тезок, чего вообще не могло быть в принципе. Кэррингтон — не самая популярная фамилия, но и не самая редкая, и кого-то помимо меня тоже могли назвать Робертой. Или Робертом.
Но поиск по словосочетанию «Боб Кэррингтон» тоже не дал никаких результатов.
Ничего.
Вообще ничего.
Ноль.
В этом не было никакого смысла. Конечно, можно было бы предположить, что кто-то почистил сеть, убрав оттуда все упоминания обо мне, но кто и зачем стал бы этим заниматься? Для этого наверняка потребовались бы ресурсы, которыми частные лица просто не обладают.