Тотальный писец. Том 1 (СИ)

Эльфийка не могла сдерживать слезы, как и свои объятья.
Воронову от объятий было больно, но он терпел, обняв рукой девушку.
— Это ты прости меня, — прислонился он лбом к голове Миры. — Это я не углядел и чуть не опоздал.
— Дурак, — уткнулась Мира в шею парня. — Это всё моя вина. Мне нельзя было иметь отношения. Ты чуть не умер из-за меня.
— И что? Надо я сделаю это ещё раз. — Серьезно произнёс Воронов, прижав сильнее к себе Миру, хоть ему это причиняло боль.
— Не сделаешь, — шмыгала носом девушка. — Мне надо с тобой поговорить Джин.
Воронова пробила внутренняя дрожь, от которой слегка вспотели кончики пальцев. Сразу же вспомнилось табло, где не было больше Миры Халмс.
— Я виновата перед тобой, — Мира отстранилась от парня, не поднимая головы, смотря, то ли в край кровати, то ли в пол. — Это было эгоистично с моей стороны, и мой эгоизм чуть не убил тебя. Я уезжаю из Кореи. Так будет лучше для нас обоих. Ты найдёшь себе другую девушку или несколько, и быстро забудешь обо мне. — Тихо, будто читая заученный текст, говорила Мира.
Джина ещё раз внутренне тряхнуло. По груди стал расползаться липкий холод, что словно тисками стал сжимать сердце, а к горлу стал подкатывать ком.
— Не беспокойся. Как только я уеду, у тебя не будет проблем из-за случившегося. Это я во всём виновата, а не ты. Моя семья уже всё решила. Вдали от меня ты будешь в полной безопасности. А я буду иногда о тебе вспоминать. Можно? — Голос Миры предательски дрогнул и сорвался.
Джин сжал до скрипа зубы, от чего по всему его лицу прокатилась волна дикой боли.
— Не надо меня вспоминать, — Джин рывком прижал к своей груди бесшумно плачущую девушку. — Я тебя никуда не отпущу.
Блондинка не вырывалась, прижавшись к груди своего любимого человека. Как ей хотелось остаться рядом с ним. Но она не могла. Точнее даже, Мира не имела возможности это сделать. Её отец не позволит. Глава семьи Халм вчера был в не себя от гнева, и чётко дал понять дочери, что её ждёт дальше.
— Джин, — залилась слезами девушка в голос. — Не надо. Просто живи спокойно без меня. Найди себе девушек и забудь меня, как страшный сон.
Воронов слегка отстранился и его пальца, бережно и аккуратно взялись за подбородок Миры, приподнимая голову вверх, чтобы их взгляды наконец-то встретились.
— Не хочу забывать. Я же сказал тебе, что я тоже эгоист. Может я, и найду ещё кого-то, Но тебя не отпущу, — с трудом давались Воронову слова. — А теперь скажи честно. Это твоё решение или твоей семьи?
Глаза девушки дрогнули, и она попыталась отвести взгляд, но Джин не дал ей этого сделать.
— Понятно. — Грустно улыбнулся парень и поцеловал в губы эльфийку.
Мира ответила на поцелуй, словно, это был предсмертный вздох. Самый сладкий и прощальный.
Поцелуй прекратился, а Воронов не выпуская из объятий девушку, произнёс:
— Ты же не хочешь расставаться, так зачем врёшь и хочешь меня бросить.
— Не хочу, — навзрыд заплакала Мира. — Но я не могу остаться. Мне не дадут остаться. Джин я ничего не могу с этим сделать.
Воронов только сильнее обнял девушку, поглаживая по волосам.
— Рассказывай. — Положил парень подбородок на голов своей девушки.
Руки Миры обхватили Воронова, и она начала рассказывать всё как есть. Про то, что отец был в ярости и обвинил её в этой ситуации. Что её ослушание привело к таким последствиям, а он её предупреждал. Что случившееся признали конфликтом между семьями Халм и Копенди. Ситуацию о случившемся не будут разглашать общественности. Джин, как случайный участник событий и не относящийся к семьям корпорантов, выставлен случайным потерпевшим. Что отец опасается за Миру и хочет отослать её во Францию на неопределённый срок. Что он против их отношений, хоть и благодарен Джину. Рассказала Мира и про того голубоглазого мулата. Он выжил, но теперь парализован и не способен даже говорить.
Воронов слушал сбивчивый, и местами переходящий в плач рассказ девушки и, только беззвучно стискивал зубы. Ему хотелось забрать к себе Миру и защитить от всех. От семьи и возможной мести клана Копенди, что со слов Миры заявил. Всё это самодеятельность Тарса и семья Копенди об этом не знала. Не знали они и о том, что Джин являлся парнем Миры.
 
Однако, слушая Миру, Воронов внутри себя понимал. Он не может ничего сделать. Кто он в этом мире? Школьник, живущий в съёмной квартире, по социальной программе. Понятно, почему отец Миры был против их отношений. Что он мог дать его дочери — ничего.
Джин внутри себя рвал и метал, понимая безысходность ситуации. — «Неужели таково дальнейшие развитие с Мирой после её спасения. Она исчезла из списка, а теперь исчезает из его жизни» — Воронов прикусил нижнюю губу, внутренне подавляя гнев, в том числе и на себя из-за своей никчемности. В этот момент он вдруг вспомнил, что его жизнь, как нить над пламенем свечи.
— Твой отец прав, — сдавленно протянул Джин, когда девушка выговорилась и замолчала. — Но я не собираюсь так просто сдаваться.
Мира подняла на парня глаза и увидела в них грустную, уверенную задумчивость.
— Я не могу защитить тебя или дать тебе то, что у тебя сейчас есть. Я могу лишь попросить у тебя немного времени и постараюсь это исправить. Если там во Франции, вдали от меня ты поймешь, или реши, а может, встретишь ког…
— Я буду тебя ждать, сколько потребуется, — Мира вжалась в парня, доставляя ему жуткую боль в рёбрах. Но Вороново ни проронил не одного стона. — Я тебя люблю Джин.
— Я тоже. — Тихо прошептал Воронов, чувствуя металлический вкус крови во рту.
Через минут десять в дверях палаты появился полноватый мужчина среднего роста. Уложенные волосы, идеально подстриженные усы и борода, строгий костюм темно-синего цвета.
За плечом невысокого эльфа возвышался мужчина с кошачьими ушами в чёрном костюме. Мира рассказала Джину, что приехала сюда с отцом. Так что Воронову не нужно было думать, кто это было. Видно Рой Халмс устал ждать где-то по близости свою дочь и решил явиться за ней и поторопить.
Джин и Мира уже отлипли друг от друга, и теперь эльфийка стояла в метре от кровати, на которой сидел парень.
— Я Рой Халмс, — произнёс эльф, после секундной тишины, в которой он окинул взглядом палату, явно пытаясь оценить обстановку. — От лица семьи Халмс, я благодарю тебя Воронов.
Сухая благодарность, чуть резанула по ушам Джину, но вида он не подал. Воронов после рассказа Миры, понимал, что в случившемся, он хоть и винил свою ослушавшуюся дочь. Но часть вины перекладывал и на парня.
Джин скупо кивнул.
— Все больничные счета моя семья возьмёт на себя. Если понадобиться ещё какая-то материальная помощь, то позвони моему секретарю. — Халмс прошёл до кровати и протянул визитку.
— Спасибо, — принял карточку Джин и сразу же положил её на край прикроватной тумбочки. — Но думаю, до этого не дойдёт. — Так же сухо и нейтрально, ответил Джин.
Рой посмотрел на парня, чуть сжав губы. Почему-то ответ этого пацана звучали будто вызов. Халмс внутренне скривился. Он и так был против, связи совей дочери с каким-то пацаном с улицы. Ни семьи, ни перспектив, и чего она только в нем нашла, что пошла против отцовского слова. Теперь же видя своими глазами этого Воронова, он ещё больше утвердился в своём мнении.
— Простите. Пациенту нужно на процедуры. — Прозвучал женский слегка недовольный голос, который не дал продолжить разговор Рою Халмсу.
Все посмотрели в сторону двери, где стояла женщина врач с уставшим лицом. Кошачьи уши у Карины слегка подрагивали, как и хвост.
— Мира, — обратился Рой к дочери. — Ты закончила здесь?
— Да. — Грустно ответила молодая блондинка.
— Тогда пойдём. У нас ещё много дел. До твоего отъезда, — Рой выделил лёгкой паузой последние слова. — А вы молодой человек, не принимайте поспешных решений. Выздоравливайте.
Рой с дочерью покинули палату. Мира не прощалась с Джином. Они это сделали заранее.
— Какие процедуры? — безразличным взглядом посмотрел Джин на врача, когда они остались наедине.