Ингвар 2 (СИ)

Ответ пришел смутный, не словами и не образами, а скорее чувствами:
- Кто... кто ты?
- Я?! Я – человек! Ингвар!
- Человек? Хм, интересно… - все мое существо пронзила дикая, пожирающая самою Душу Боль. – Долго же ты добирался… человек. – мне в этом голосе-не голосе послышалось явное презрение и… нетерпение. – Ты заставил меня ждать. Другие куклы явились много раньше… но они оказались слабы… ты сильнее… ты мне подходишь… конечно, многое придется изменить, подправить, усилить и модернизировать, а это займет время… но мы ведь никуда не торопимся…
- Э-э-э… кукла… подхожу… подправить… Ты кто?!
- Можешь называть меня Богом…или Дьяволом… мне плевать. Я тот, кто создал тебя и… еще тысячи таких как ты и разбросал их по Вселенной с одной единственной целью найти меня и принести мне Свободу! Те, что были до тебя, глупцы, считали, что они сильны и могущественны, они пытались торговаться со мной и приводили ко мне целые цивилизации. Я их принимал, смеялся, но принимал, каждый разумный, приходя ко мне делал меня сильнее, пусть на какую-то микроскопическую часть, но сильнее. Их Сила подтачивала и постепенно разрушала стены этой Темницы, но чтобы сломать их, ее было недостаточно. И только такие как ты, имеющие в себе часть меня, по-настоящему ценны, только в вас есть настоящая Сила, моя Сила... Уже очень давно никто из моих кукол не появлялся здесь и пусть ты не самый лучший вариант, были до тебя и получше и намного, но время пришло – я устал ждать, да и, похоже, что и выбора-то уже нет. – с последним словом-образом на меня обрушилась неимоверная тяжесть, я почувствовал себя божьей коровкой под катком асфальтоукладчика, а потом… потом кто-то, или что-то, потянуло из меня нечто, наверное, очень важное, важное и ценное. Я абсолютно не понимал, что вообще происходит, кто и что от меня хочет.
- Сражайся, Ингвар! Сражайся, Ингвар Рюрик, борись! – не узнать этот «голос», эти интонации, я не мог – так говорило со мной только одно существо – Мозг, там на далеком и навсегда покинутом мной Мире Эльдар.
Бороться? Сражаться? С кем и за что?! И тут Тьма сменилась ярким Светом, я вдруг осознал и почувствовал себя, но себя не как живое разумное существо, не как нечто материальное, а как будто бы я… словно… словно я собран из миллиардов и миллиардов кусочков и каждый из этих кусочков и есть я как существо, как личность.
А потом, потом эти кусочки разметало ураганом, разбросало во все стороны, но они еще соединялись почти невидимыми нитями. Я смотрел на все это, словно бы со стороны… миллиарды миллиардов совсем маленьких шестигранных зеркал образовали огромный сияющий шар, который полностью скрыл центральную станцию. Что-то меня кольнуло, и я заметил, как один из зеркальных шестигранников помутнел, потом опять укол и еще один шестигранник стал мутным, за ним еще один и еще, и еще, потом сразу несколько зеркал стали какими-то мутными, грязно серыми и пустыми. Вот только таковыми они оставались не долго, муть, сначала, сменилась таким же мутным едва различимым изображением, которое, постепенно, обретало четкость, становилось ярче, объемнее и словно бы оживало. Мои попытки понять, разобраться, что происходит очень долго не приводили к успеху, пока я не заметил, на одном из зеркал, такое близкое и давно потерянное изображение самого близкого мне человека – мамы Маши. Я посчитал, что я понял что происходит – кто-то, или что-то, медленно, но планомерно уничтожает мою память, уничтожает меня и заменяет ее своей памятью, заменяет меня собой!
Я начал вглядываться в ближайшие зеркала, стараясь сохранить то, что они запечатлели, удержать эти осколки памяти, удержать себя… Но все оказалось совсем не так просто… На одном из зеркал я, вдруг, увидал то, что никак не могло происходить со мной – грязной, изрытое воронками заснеженное поле и наезжающую на меня тупорылую морду немецкого танка. На соседнем зеркале была запечатлена еще более странная картина – я несусь в конной лаве, на голове у меня буденовка с синей пятиконечной звездой, в руке у меня шашка, которую я с оттягом опускаю на голову какого-то молоденького паренька в фуражке с царской кокардой. А на соседнем, я колю штыком трехлинейки какого-то матроса, перепоясанного тряпичными пулеметными лентами и с пышным красным бантом на левой стороне груди. А вот я бьюсь в сильных мужских руках, кто-то запрокидывает мне голову назад, вокруг непривычные бревенчатые стены, на них иконы в позолоченных рамах, передо мной появляется мерзкая бородатая физиономия, в лицо накатывает волна смрада из распахнутого в крике рта, а мне в глаз втыкается раскаленный клинок, потом во второй. А вот я кружусь в танце с обворожительной молодой девушкой, одетой по моде, века так восемнадцатого. На еще одном зеркале меня привязали к толстому бревну, содрали с плеч грубую рубаху и спину ожег удар хлыста. А вот я стою в поле, в руке у меня меч, в другой каплевидный щит, на голове тяжелый шлем, а на меня несется дико визжащая конная лава. И таких «картин» вокруг меня было много, очень много… я видел как горит Москва, я гулял по улицам Парижа, Мадрида, Берлина и еще, каких-то неизвестных мне городов. Я убивал и меня убивали, я порол и пороли меня, я любил и любили меня. Я шагал в рядах римского легиона и крушил сучковатой дубиной головы тех же самых легионеров. Я видел как погибала Атлантида, я навсегда запомнил слова князя, что мертвые сраму не имут, я отражал набеги викингов и норманнов и вместе с ними брал на копье Париж и Венецию. И я видел, как все это стирается, уходит в небытье, а на смену приходит нечто, что даже описать невозможно, нечто, не имеющее к роду людскому ни малейшего отношения.
 
Кто-то не просто уничтожал мою память, он уничтожал память моих предков, сотен и тысяч поколений, а вместе с этим он уничтожал и их. Кровь и память тысяч поколений воинов и тружеников, дружинников и ратников, крестьян и царедворцев, рабочих, монахов, мореплавателей и ученых, все это уничтожалось чей-то безжалостной волей…
- «Борись, сражайся!» - звучал в моем Разуме голос и начал бороться. Неумело, неуклюже, но я не хотел и не мог сдаться. Словно муравей я стаскивал к себе сияющие зеркала и впитывал их в себя, только для того, чтобы через мгновение они вновь взорвались, разлетелись сияющим облаком. Иногда мне даже начинало казаться, что я побеждаю, но… все начиналось по новой. А потом… потом была вспышка… сияющий Свет и тьма столкнулись, породив гигантскую волну, что закружила меня, ломая такие хрупкие, оказывается, кости, мои и «не мои» зеркала перемешались, породив еще один еще более мощный взрыв и меня накрыло волной Тьмы…
КОНЕЦ.