Ингвар 2 (СИ)

- Какого черта, мы что, вышли с другой стороны?!
- Никак нет, лэр полковник, именно здесь мы проникли в башню. – ответил ему голос одного из штурмовиков.
- А где тогда наш чертов лагерь?! Где боты, где сержант?! – а вот это уже интересно и я поспешил к выходу. И не зря.
Не знаю, что почувствовали другие и почувствовали-ли хоть что-то вообще, но у меня было такое ощущение, словно бы я оказался на пути песчаной бури, словно миллионы и миллионы мельчайших песчинок кружатся вокруг меня в бесконечном хороводе… знакомое и страшное чувство, нечто подобное, но во много раз менее слабое я один раз испытал на Эльдаре, в одной из Пустошей, когда попал в энергетический шторм. Но и то, тогда было не так страшно, во-первых, шторм был, как я уже сказал, в разы слабее, а во-вторых, в тот раз он был какой-то хаотический, тут же, был не шторм, тут было какое-то цунами, целенаправленно накатывающееся на меня и на ничего не понимающих людей. И необычный, какой-то странный, привкус, что ли. На Эльдаре энергетический шторм был стихиальный, то есть свирепствовали стихийные энергии, а тут… я сразу и не понял, а когда все же разобрался… было уже поздно.
- Стойте! Назад! – закричал я. Мэтр Кори, возможно, тоже что-то почувствовал и даже остановился, развернулся и глянул на меня какими-то дикими, сумасшедшими глазами, словно сам не мог поверить в то, что ощутил, почувствовал... Я отстал от своих… не знаю как сказать… коллег, товарищей, знакомых… метров на сто, поэтому смог видеть что произошло своими собственными глазами. Все произошло, буквально, молниеносно. Сначала исчезла любая и всякая связь, даже моя, куда более совершенная и, казалось бы, защищенная от любых и всяческих атак, нейросеть, словно бы впала в кому, с чистым, хрустальным звоном рассыпался мой защитный амулет, отдачей от схлопнувшегося защитного поля меня отбросило на пару метров назад и надо сказать, что именно это меня и спасло, потому как я оказался не на, вмиг, покрасневшем песке, а под сводами башни. Дроиды моих спутников встали сразу, сами они еще сделали, кто шаг, кто два, но эти шаги уже сделали не живые разумные, а их мертвые тела – ментальный удар огромной, просто неописуемой мощности, буквально выжег их мозги, вместе с нейросетями. Тела еще только заваливались на покрасневший песок, а тот уже пришел в движение, заволновался, словно это был не простой кремний, а нечто живое и разумное, невысокая, но не оставляющая ни малейшего шанса на спасение волна мгновенно накрыла и тела людей, и дроидов. Несколько песчаных языков метнулись и в мою сторону, но словно бы напоролись на невидимую мне защиту и осыпались, безвредной песчаной взвесью. С трудом сохраняя сознание, я приподнялся, только для того, чтобы увидеть следующий акт этой трагедии. На самой границе песчаного пляжа и океана, начало образовываться нечто, похожее на огромный смерч, разве что вытянутый не по вертикали, а сплющенный, придавленный к поверхности планеты. Несколько секунд сумасшедшего вращения этого песчано-водяного смерча и из его вершины, прямо в зенит выстрелил, даже на таком расстоянии прекрасно видимый и ощущаемый мной столб энергии.
Это описывать выходит долго, в реальности же, все это действо заняло лишь несколько десятков секунд. Не прошло и минуты, как все успокоилось и вернулось в привычный вид, желто-белый песок, голубые воды океана и полная безжизненность вокруг. Вот только в паре десятков метров от башни, нет-нет, да мелькали бледно-розовые песчаные языки, но после того, как я отполз подальше в башню, и они исчезли, будто бы никогда их и не было. А может быть никуда эти хищные языки и не делись, а просто затаились, поджидая еще одну, неосторожную жертву, а может быть это игры моего сознания, которое отправилось немного отдохнуть после пережитого.
 Глава 12-20 
12 глава.
Глупо улыбаясь, размазывая по лицу слезы и кровь, я не знал, что мне делать, плакать или смеяться, но я был счастлив. Нет, я не радовался тому, что «все умрут – один останусь», да и как-то глупо переживать из-за того, что произошло почти пять месяцев назад. Да-да, с того не самого прекрасного дня, когда погиб весь наличный состав экспедиции прошло уже больше пяти месяцев и все это время я, реально, выживал на, вдруг оказавшейся, очень негостеприимной планете. Радовался я тому, что у меня все получилось, получилось задуманное, то, к чему я целенаправленно шел все эти месяцы – немного скособочившись, передо мной стояла полевая медицинская капсула – мой билет с этой планеты. И плевать, что я, похоже, опять пережог свои энергоканалы, капсула все поправит, плевать, что я выгляжу словно ожившая мумия – пришлось разменивать жизненную энергию на стихиальную, опять же, капсула все поправит, для нее это не проблема, зато теперь я смогу вырваться с этой планеты.
 
Тогда, пять месяцев назад, я чуть не сошел с ума, что меня удержало на самой грани сумасшествия я и сейчас не смогу сказать. В полной отключке я провалялся трое суток, а когда очнулся, то первой мыслью было, что все произошедшее это кошмар, дурной сон, но нет это был не сон, я на самом деле остался на планете в полном одиночестве. Первое, что я попытался сделать, это связаться с кораблем, который должен был дожидаться нас на орбите, благо, что нейросеть вполне это позволяла. И мне это удалось, ИскИн корабля ответил на мои вызовы, не сразу, но ответил и за это надо благодарить почившего мэтра Кори, это он настоял на том, чтобы мне был предоставлен доступ к ИскИну, пусть гостевой, но на мои запросы тот отвечал, когда я находился на борту, ответил и сейчас. Вот только новости были совсем нерадостные. Весь экипаж корабля погиб, девяносто процентов систем самого корабля вышли из строя или нарушены системы связи и на запросы ИскИна они не отвечают. Сам корабль неуправляем и сошел с расчетной орбиты и по данным ИскИна жить ему осталось от восьми, до девяти месяцев, более точные расчеты провести не представляется возможным. Вот тут-то до меня окончательно дошло, что я остался совершенно один и помощи ждать неоткуда. Второй новостью, подкосившей меня еще больше, стало то, что я оказался не просто заперт на планете, я оказался заперт в башне. Любая моя попытка выйти из-под защиты ее стен оканчивалась очередным ментальным ударом и «выстреливающимся» песчаным языком. К счастью, от первого меня защищала нейросеть, а от второго один из защитных амулетов, которых в моем хранилище было несколько десятков. Ну, а третьим ударом по моему разуму стало то, что примерно через неделю, после начала моей вынужденной робинзонады, я как-то ухитрился вскрыть одно из ранее необнаруженных нами помещений. В общем, я нашел жителей этого города, точнее экипаж этого огромного межзвездного, маго-технического корабля. Почти три сотни мумий разумных существ, лежащих ровными рядами вокруг пульсирующей рунной печати, в центре которой находился черный кристалл, внутри которого периодически вспыхивали бордовые всполохи. Признаюсь честно, когда я в первый раз увидел эту картину, меня накрыл такой ужас, что я в панике бросился бежать куда глаза глядят и огромное счастье, что я в тот момент не выскочил из башни, а наоборот, забрался на самый ее верх, где я и забился в угол, трясясь от страха.
Двое суток мне потребовалось для того, чтобы немного прийти в себя и все это время меня преследовали видения скалящихся мумий и пульсирующий багровый свет черного кристалла. Именно в эти два дня я был как никогда близок к потери разума. К третьему дню видения поблекли и уже перестали вызывать у меня чувство паники, ну а к концу того же дня я уже смог вполне нормально соображать, а потом и нормально выспаться. И что-то мне подсказывает, что в этом очень немаленькая заслуга нейросети, именно она и не дала мне скатиться в пучину безумия, потому как время от времени попросту отправляла меня в глубокий сон без сновидений и всяких там видений.
Проспал я почти шестнадцать часов, зато проснулся бодрым и легко соображающим. Быстрый перекус, благо, что этого добра у меня в хранилище лет на двадцать хватит и уже под бутылочку умопомрачительного альвийского винца я, вдруг, задумался, до этого как-то не времени, не желания напрягать свою головушку не было. А подумать и на самом деле было о чем. Во-первых, какая-то странная у меня была реакция на несколько десятков сушеных мумий и вполне обычный, хоть и немного непривычного цвета, кристалл – что я до этого трупов не видел. Во-вторых, сама башня, за ее пределами магическо-энергетический фон очень и очень высок, а в самой башне он, если и не отрицательный, то очень близко к тому, при этом, магические технологии тут используются, точнее, использовались когда-то, подтверждением тому служат многочисленные руны, рунные цепочки и рунные печати. В-третьих, странное, очень и очень странное «поведение» песка вокруг башни, причем, тот песок, что в самой башне, ничем таким, по крайней мере, внешне, не выделяется. Было там и в-четвертых, и в-пятых, но эти три вопроса были основными. По-хорошему, тут надо разворачивать полноценную исследовательскую лабораторию, причем не просто лабораторию, а техно-магическую, но, чего нет, того нет, да и задачи передо мной стояли совсем другие и их как-то надо было решать.