Идеальный мир для Лекаря 23 (СИ)

— Не-а… — усмехнулся я. — Лорд обиделся на него. Константин смог настолько его достать, что теперь, когда он призывает этого тёмного властелина, рогатый просто молчит и отворачивается в сторону. И сидит без штанов, так как проиграл их в карты всё тому же Константину пару веков назад.
— А Клавдий тогда кто? — поинтересовалась она.
— А Клавдий — это некромант. Хороший, добрый дедушка, который выглядит моложе, чем я сейчас, — пожал я плечами. Даже не знаю, что еще рассказать про эту легендарную личность. Он и правда тот еще добряк. Главное — уважительно общаться с ним и не обижать его близких.
Мы еще некоторое время посидели у камина, наслаждаясь ароматным чаем и мерным потрескиванием дров. Я рассказал Вике немало захватывающих историй о своих друзьях, а она только сидела с открытым ртом и не могла поверить, что такое могло происходить в этой Вселенной. Слишком уж невероятно они сильны, и настолько могущественных личностей в этом мире попросту нет.
Наши посиделки прервались резко, так как мы почувствовали мощный выброс некротики и энергии жизни. Так что Вика сразу побежала в детскую успокаивать малышку, а я решил проведать своих учеников. Давно не заглядывал к ним, хотя учебного материала предоставил уже достаточно, так что им есть, чем заняться.
Так и оказалось. В лазарете воцарился самый настоящий хаос, ученики сбивались с ног и пытались помочь как можно большему количеству пациентов. Всё-таки сюда прибыли две тысячи иномирцев, и у каждого из них заболевания в крайне тяжелой степени, на грани жизни и смерти.
Некоторое время смотрел, как ученики носятся по коридорам и просто пытаются сделать так, чтобы ни один пациент не умер. Ведь все знают, что в таком случае я буду крайне недоволен. Всё же не просто так у нашей больницы нет морга. У нас пока еще никто не умирал, так что в нем нет необходимости.
А насмотревшись на страдания учеников, я отправился в учебную комнату. И вот, теперь мы сидим с Романом и обсуждаем дальнейший план обучения студентов.
— Может, вам помочь? — предложил ему стабилизировать несколько особо тяжелых пациентов.
— Не-не, я на это больше не куплюсь! — запротестовал он. — Сами справимся, не надо помогать! Тем более, в последнее время больных и так было мало. И кстати, хотел с вами поговорить. У нас есть первая ученица, которая прочитала все ваши труды.
— Бедная девушка… — помотал я головой. — И как она?
— Ну, первую неделю было совсем плохо, и она впала в глубочайшую депрессию, — честно ответил Роман. — Потом говорила о суициде… Но теперь, вроде, всё нормально. Даже намекает на то, что хотела бы изучить следующие труды. Чего ей ответить?
— Даже удивительно… — закивал я головой. — Не планировал так быстро, если честно. Но раз она действительно прочитала, и ты об этом сообщил, значит, уже принял у нее экзамен, — отправил Курлыка, и тот вскоре вернулся вместе со стопкой обвязанных шнуром книг. — Передай это ей, и пусть готовится страдать, — улыбнулся я и похлопал по стопке книг. — Так как экзамен по этим дисциплинам буду принимать уже я.
— Ого! — одобрительно кивнул Роман. — Это уже серьезно… — он развязал веревку и взял верхнюю книгу, собираясь почитать материал. Но получил за это подзатыльник.
— А кто сказал, что ты можешь их читать? — отобрал у него книгу и положил обратно в стопку.
— Ну я же это…
— Ты еще прежние книги не освоил!
— Что значит, не освоил? Я по ним экзамены принимаю! — возмутился старший ученик. — Так что я готов!
— Вот как сдашь мне по ним экзамен, так и будешь готов, — отрезал я.
— Вот им повезло… — обиженно вздохнул Роман. — У них я принимаю, а у меня вы…
Ну а что поделать? Разжаловаться в обычные ученики я ему не дам, мне ведь нужен один старший ученик, чтобы контролировать остальных. А на эту роль лучше него никто не подходит. Так что пообещал провести сложнейший экзамен в ближайшем будущем, а пока решил оставить их наедине с двумя тысячами смертельно больных пациентов. Пусть выкручиваются, а то сами просили подкинуть им работенку.
 
До отправления во Францию осталось еще немало времени, поэтому после лечебницы решил проведать наш новый завод по производству боевых «костюмов». Правда, заводом это пока не назовешь, скорее, научный центр, тогда как до полноценного производства нам еще расти и расти.
Стоило мне подойти к центральному исследовательскому кабинету, как за дверью послышались голоса.
— Зачем ты шею ему свернул, идиот?
— Да я не хотел… — послышался виноватый голос. — Он сам виноват.
И чего они там уже успели натворить? Как можно убить кого-то в научном центре? Не смогли решить в споре, чья теория верна, и это переросло в смертельную схватку?
Раскрыл двери, быстро зашел в комнату, и увидел двух техников в белых халатах. А у одного из них оторванная голова боевого «костюма» в руках. Ага, понял. Отставить панику. А то думаю, почему я не почувствовал эманаций смерти.
В целом, процесс идет, и это не может не радовать. Техники уже разобрали несколько «костюмов», изучили их настолько, насколько это было возможно, и теперь занимаются взломом различных систем. А систем этих внутри «костюма» очень и очень много.
По словам старшего научного сотрудника нужен как минимум месяц, чтобы разобраться в устройстве «костюмов» в достаточной мере. Китайцы перемудрили со схемами, и понять принципы их работы пока не удалось, тогда как маркировку и, самое главное, защиту уже смогли взломать. Осталось пройтись по магическим контурам, попытаться скопировать их и потом довести технологию до идеала. Только после этого можно будет заняться настройкой производственного оборудования, и начинать процесс воссоздания первых экземпляров наших отечественных «костюмов».
— А как вы защиту вскрыли? — удивился я. — Китайцы славятся своей скрытностью, и я даже не представляю, как можно хотя бы вскрыть «костюм». Не говоря уже о полноценном взломе защитных систем.
— О, это мы покажем, — хохотнул старший. — Это надо видеть! Даже не знаю, как можно было придумать настолько гениальный способ. И кстати, эту идею придумали не наши сотрудники, а уборщик подсказал.
— Уборщик? — удивился я.
— Да-да, я сам сначала не поверил! — рассмеялся ученый. — Вон, кстати, это он! — мужчина указал в сторону. — Как раз пришел убираться, — там и правда стоял мужчина лет сорока на вид со шваброй в руках.
— Пусть тогда он и покажет, — указал на «костюм». — Раз он создатель идеи, хочу увидеть, как это делает первоисточник.
— Я? — уборщик замер, и не мог поверить в услышанное. — Господин, но я же простой уборщик.
— Валера, ну не трусь! Давай, покажи, — подозвал его ученый, так что отпираться было уже бессмысленно.
Уборщик вздохнул и подошел к одному из закрытых «костюмов», что был подключен тысячами проводов к компьютерам и специальным приборам.
— Ладно… — тяжело вздохнул Валера. Немного постоял, обернулся, посмотрел на нас и снова вздохнул. После чего приложил пальцы обеих рук к уголкам глаз и растянул их в разные стороны. — Аткройся! — сказал он смешным голосом, и спустя пару секунд пластины на груди костюма с шипением разошлись в стороны.
Я же просто стоял, и не мог поверить в настолько гениальное решение столь сложной задачи. А когда поверил, просто стал аплодировать.
— Вы же выписали ему премию? — покосился на старшего научного сотрудника.
— Нет… — он потупил взгляд.
— Нельзя так, — замотал я головой. — В моем графстве нет места жлобству. Этот человек заслужил премию.
— Нет, вы не поняли! Мы предлагали, но он не взял!
Я прищурился и подозвал к себе Валеру.
— Тебе правда предлагали премию? Отвечай только честно! — нахмурился я.
— Да, предлагали, — кивнул уборщик.
— И что? Почему она до сих пор не выписана?
— Отказался, — развел он руками. — Просто я не знаю, зачем мне столько денег. Работая уборщиком, я получаю все льготы. У меня трехэтажный дом, полное обеспечение едой. И я живу один! Ладно бы хоть жена была, а так что? Одежду выдают, вся бытовая техника есть, отпуск и путешествия оплачивают, а зарплата и так неприлично большая.