Белый князь. Том 3 (СИ)

Отряд шёл ещё долго. Ноги горели, спины ломило, по телам струился пот. Наконец, когда казалось, что ещё немного, и силы иссякнут окончательно, Камау вдруг объявил, что мы пришли!
Глава 33 
Сначала было неясно, что он имел в виду, но затем унган указал на заросли, улыбнулся, раздвинул их и исчез. Последовав за ним, мы вышли… к настоящей деревне! Сверху её укрывали густые кроны деревьев и маскировочная сеть, растянутая над всем поселением настоящим пологом. По периметру были джунгли — надо ли желать лучшего укрытия. Плюс я сразу ощутил присутствие магии, причём довольно плотной: деревня была защищена Печатями и контурами, образующими настоящий купол отвода глаз. Неплохо, совсем неплохо.
Нас заметили сразу. Двое стражников с штурмовыми винтовками направились к нам. Оружие держали вниз, пальцы — на скобах. Почему — стало ясно, как только они приблизились.
— Привет, Камау, — кивнул один из них. — Это они? — его глаза быстро обежали нас всех.
— Да, в полном составе, — ответил наш провожатый. — Приветствую.
— Добрались без приключений? — спросил другой охранник.
— Было одно. Тварь Пустоши попалась. Но мы справились.
— Отлично. Нам приказано сразу отвести вас к Нзинге.
Камау кивнул.
— Думаю, ваши гости возражать не станут, — он взглянул на меня.
— Не будем, — сказал я. — Это… главный шаман?
— Вроде того, — сказал унган. — Один из старейшин. Можно сказать, что он тут верховодит. Но он не вождь.
— Первый среди равных?
— Точнее и не скажешь.
— Идёмте, — махнул рукой охранник.
Мы двинулись через деревню. Она была невелика, хижины стояли довольно плотно, а людей мы почти не увидели — только с дюжину мужчин, в основном, пожилых, и трёх женщин, выглядевших совершенными старухами. Все были одеты в балахоны таких цветов, чтобы не выделяться на фоне джунглей, и увешаны множеством амулетов, бус и браслетов. Шагая мимо них, я чувствовал исходящие отовсюду магические ауры. Здесь собрались шаманы разных племён. Заручиться бы помощью всех их — и дело было бы в шляпе. Но я сомневался, что некоторые из них способны самостоятельно преодолевать большие расстояние по лесу.
Возле хижины побольше нас остановили. Над завешанным ковром входом торчал выбеленный череп какого-то животного. Вероятно, исчадия. Один из охранников наклонился, сдвинул занавеску и исчез внутри. Послышался приглушённый разговор, а затем он появился и кивнул.
— Вы все можете войти. Нзинге приглашает вас.
По очереди мы нырнули в хижину. Внутри царил полумрак. Горели в глиняных блюдцах пучки трав, источавших смесь довольно приятных, но резких ароматов.
У дальней стены сидел на полу старик, совершенно чёрный, одетый лишь в набедренную повязку. Его грудь была скрыта под гроздью бус и амулетов.
— Приветствую вас, — проговорил он вполне отчётливо по-английски. — Располагайтесь. Вещи можете оставить у входа.
— Наше почтение, — я поклонился. — Спасибо, что пригласили в свой дом.
Старик кивнул. Мы устроились напротив него полукругом. Унган слегка повёл рукой, и травы загорелись ярче. Стало видно, что тело Нзинге покрывают сложные татуировки в виде переплетающихся птиц и лиан. Они словно немного блестели на чёрной матовой коже.
— Не думал, что белые придут на помощь, — сказал старик, переводя взгляд с одного гостя на другого. — Но, видимо, ваши интересы совпадают с нашими.
Поскольку его глаза остановились на мне, я кивнул.
— Именно так. Немцы ведут раскопки титана, чтобы начать большую войну. Мы не хотим, чтобы наши страны оказались втянуты в неё.
— А мы — чтобы беспокоили Хеку, — произнёс шаман. — И готовы оказать содействие, если у вас есть план.
— Есть, — ответил я, взглянув на Ирму. — И мы готовы его изложить.
— Очень хорошо. Но отложите это до того момента, когда придут другие старейшины. Мы все должны выслушать его. За ними уже отправились. А пока — выпейте вот это, — Нзинге указал на стоявший справа от него кувшин. Рядом были выстроены в ряд маленькие глиняные чашки. — Восстановите силы. Я вижу, что вы устали за долгие дни пути. Камау, будь добр.
 
Наш провожатый тут же поднялся и быстро разлил густой, тягучий состав по чашкам, которые раздал нам. Себе не взял и старику не подал.
Я осторожно принюхался. Запах был приятный, пряный. На отраву, вроде, не похоже. Да и зачем шаману нас убивать? Сделав небольшой глоток, я ощутил вяжущий, терпкий вкус.
Пока мы пили, в хижину начали заходить старейшины. Выглядели они по-разному, из чего я сделал вывод, что в деревне собрались унганы самых разных племён. Возможно, не только тех, что проживали на территории немецкой колонии. Были здесь и совершенно чёрный, как Нзинге, и тёмно-синий, и серый, и коричневый старики. А также две женщины, которые передвигались медленно и с трудом. Все они расселись перед нами с двух сторон от хозяина хижины.
— Приветствуем вас, уважаемые, — отвесил я поклон. — Спасибо, что согласились выслушать нас.
— Что вы можете сделать с армией белых? — спросил резким голосом один из шаманов, чью голову украшал пышный убор из перьев. — Раскопки охраняют десятки тысяч солдат, у них оружие, танки, пушки и пулемёты.
— Вертолёты, — добавил другой, синий и украшенный ожерельями из крупных белых костей, переплетённых с красными бусинами, сделанными из высохших ягод. — И повсюду заборы, окопы, вышки и доты. Немцы надёжно укрепились и готовы к любой атаке.
— Позволю себе заметить, что не к любой, — возразил я, переводя взгляд с одного старейшины на другого. — Они укрепились от солдат и техники такого же противника, как они сами. И, конечно, мы не собираемся вас убеждать, что нужно собрать армию и напасть.
— На это мы бы никогда не согласились, — проскрипела старуха, маленькая и сморщенная, похожая на уродливую куклу. — Ещё чего не хватало — отправлять наших детей на пулемёты белых!
— Этого не потребуется, — ответил я. — Нам от вас нужна очень небольшая помощь.
— Какая именно? — спросил Нзинге.
— Несколько сильных шаманов, владеющих магией вуду.
Повисла пауза. Затем один из старейшин подал голос:
— Магия вуду куда разнообразней, чем обычно думают белые. Уверен, что и вы не исключение. Так о каком конкретно аспекте идёт речь?
— Той, которой покровительствует Барон Самди, — ответил я. — О некромантии.
Глава 34 
Мои слова вызвали волнение. Старейшины пришли в движение, заговорили все разом — пока Нзинге не поднял руку и не издал короткий резкий возглас.
— Тише, братья и сёстры! — проговорил он, глядя на меня в упор. — Этот человек знает, что говорит. Или думает, что знает. Давайте выслушаем его.
— Единственный, кто на раскопках мёртв, это наши люди, погибающие без медицинской помощи и непосильных трудов, да Хека! — проскрипела старуха, которая до сих пор молчала. — Кого из них собирается оживлять белый чародей⁈
Все глаза, что находились напротив, уставились на меня. В них читалось нетерпение, а некоторых — враждебность.
— Никого из тех, кого вы назвали, — ответил я старухе. — Выслушайте до конца, а затем решайте — поможете вы нам или нет.
— Так мы и сделаем! — отозвался один из шаманов.
— Во-первых, согласитесь, что, сколько бы солдат ни погибло при гипотетическом нападении на раскопки, кайзер пришлёт ещё, так что любая прямая атака ничего не изменила бы, кроме того, что напрасно погибли бы люди.
— Это очевидно, — качнул головой Нзинге.
— Значит, нужно сделать так, чтобы новые немецкие силы не заняли территорию раскопок.
— И что из этого следует? — помолчав, спросил Нзинге.
Остальные старейшины дружно кивнули.
— Что ж… — вздохнул я, набирая в лёгкие воздуха. — Мы считаем, что единственный выход — сделать следующее.
И далее я изложил наш план. В основе он принадлежал Ирме, но я внёс несколько существенных корректировок с учётом того, кто был с нами.