Жека 4 (СИ)

Самуил сам сел за компьютер и ввел данные ценных бумаг и номер свидетельства, выданного в госреестре. Сразу же в списке продаваемых акций появилась надпись латинскими буквами SSMF, рядом с названием фирмы доля акций от акционного фонда — 19 процентов, количество акций в штуках — 72 тысячи акций и стоимость одной акции — 200 рублей. Рядом с названием две полосы — зелёная и красная.
Сначала вверх поползла красная полоса, но потом её сменила зелёная.
— Ваши акции покупают, цена немного выросла, — пояснил Аристарх. — Но пока деньги вкладывают мелкие частные инвесторы. Так долго может длиться торговля. Всё-таки компания у вас на фондовом рынке впервые, и люди опасаются. Не знают, чего от вас ожидать. Крупные инвесторы, я думаю, сейчас бешено ищут информацию о вас. А вот! Хлопнуло!
— Что хлопнуло? — не понял Жека.
— Ваши акции купил крупный инвестор. Целиком весь пакет.
— И что за инвестор?
— Частный московский банк. «Альфа Капитал». Ничего удивительного, кстати. Это крупный игрок на фондовом рынке, — заявил Аристарх. — Последнее время они много покупают недвижимости и ценных бумаг. Банку же надо откуда-то брать прибыль, чтобы платить проценты вкладчикам.
— И что теперь?
— Теперь ваши акции зажили отдельной жизнью. Они будут продаваться и покупаться. Это актив. Банк будет гасить ими долги, брать кредиты. А возможно, тоже продаст, если курс, установленный мелкими инвесторами, будет расти. Но тут... — Аристарх помолчал. — Дело тонкое. Вброс на рынок большого количества акций, даже доходных и легко ликвидных, как правило, вызывает резкое падение их стоимости. Но это уже не ваше дело. Вы продали часть своей собственности. Уже в конце этого года вам надо будет собрать общее собрание акционеров, дав объявление о нём в коммерческой прессе, и далее действовать по закону. От сделки на счёт вашей фирмы «Сибирь Великая» зачислено 15 миллионов рублей. Комиссия биржи — 20 тысяч рублей.
— Ясно. Спасибо, — Жека пожал руку дельцу. — В ближайшее время мы откроем фирму по продаже металла. До встречи.
Вышли на улицу, а там благодать — весна во всю. Солнце, птицы поют, и на душе ощущение чего-то хорошего. Вот только сбудется ли оно? Остановились покурить. Ирина сразу села в машину — чисто по-женски понимала, что будет разговор, который можно и пропустить.
— Отметить бы выгодную сделку, — заметил Графин. — Когда такие башли ещё увидим?
— Если дело попрёт, всегда увидим! Но отметить — всегда пожалуйста! — заверил Жека. — Сейчас главное не обосраться на полпути. Если бабки попрут, можете купить себе особняки на Мальдивах. Ладно, ребята, вы всё увидели, всё узнали. Дальше я сам с Ириной. Впрочем, давай-ка с нами, Графин. Втягивайся в дело. Будешь у нас безопасность металлической темы вести. Бабки там нормальные будут крутиться, и дело это рисковое. Сейчас вроде нормально с персоналом получается. Лёха кафе в Еловке ведёт. Митяй компьютерную тему. Славян с Котом по охране, а ты будешь наша персональная охранота. Пару пацанов подтяни надёжных.
Довезли Славяна до речки, потом втроём заехали в банк, но на входе Ирина вдруг передумала.
— Женя... Я тут подумала, эта сумма слишком большая для меня, — растерянно сказала Ирина. — Слишком быстро она свалилась на меня. Для открытия швейной мастерской мне хватит тысяч 100. Это и с арендой помещения, и с закупкой нескольких швейных машин. Остальное... Я хотела бы инвестировать в твоё дело. Это можно?
— Почему бы и нет, — подумав, сказал Жека. — Только хорошо реши. Сейчас, если с толком потратить, ты себя на всю оставшуюся жизнь обеспечишь. Хорошая квартира, шикарная дача, машина престижная, своё дело...
— Меня устраивает и сегодняшняя жизнь, — тихо ответила Ирина. — Деньги могут превратиться в бумажки, ты и сам это говорил. А имущество... С ним тоже может случиться всякое. Задел на отступление я себе сделала — своё предприятие. Остальным можно и рискнуть.
— Это здравый подход, Ира. Хвалю. Я и сам такой же. Ну, тогда приступаем к реализации плана Б, — заявил Жека. — Сейчас я переведу тебе 110 тысяч рублей на счёт твоего «Беловодья». Потом мы поедем опять в администрацию, и я открою новое предприятие. С двумя учредителями. Это будем ты и я. Я бы тебе всё-таки посоветовал не вкидывать все деньги. Я тоже не буду — у нас слишком много посторонних расходов. Нужны машины, деньги на зарплату, ещё кое-на-что. Сделаем так. В оборот металлической компании я от лица группы инвесторов фирмы «Инвестфонд» вложу 8 миллионов рублей. Ты вложишь 4 миллиона рублей. Внесём в уставный капитал 12000 рублей, ты — 4 тысячи, и я — 8 тысяч. Это будет означать наши доли в компании, твои 33 процента и мои 67 процентов. Тебе будет принадлежать одна пятая часть прибыли за вычетом налогов, зарплат и прочих накладных. Ты спросишь, почему это меньше, чем по уставу? Отвечу. У нас одна команда. И мои люди захотят отдельный процент со всего этого. Я должен кормить пацанов. Они не просто так ездят с нами. Прибыль с каждой сделки будет рассчитываться отдельно. Остальные твои деньги, а это 890 тысяч, трать куда хочешь. Только быстро. Иначе они превратятся в тыкву за год.
 
— И куда их тратить? — неуверенно спросила Ирина.
— Да ё-маё, — рассмеялся Жека. — Куда хочешь! Я ж тебе говорил. Машину, квартиру хорошую купи. Аудио-, видео. Дачу. Всё, что хочешь! Во! Кстати, на твои калабахи можем обставить офис. Зачтём частью пая. Столы, стулья, компьютер, канцелярия, телефоны провести. В общем, всё как надо. Поручаю это тебе. Вечером подпишем все контракты у юриста. Ладно! Хватит тут стоять, раз решили, надо делать!
Во второй половине дня было зарегистрировано предприятие с солидным названием ТОО «Сибирская металлургическая компания» с уставным капиталом 12 тысяч рублей. Учредителями были Соловьёв Евгений Александрович, внесший в устав 8 тысяч рублей, и Старобогатова Ирина Леонидовна, внесшая 4 тысячи рублей. Евгений стал генеральным директором новой компании, а Ирина — коммерческим директором. Одновременно на счёт новой фирмы была внесена сумма 12 миллионов рублей от ТОО «Инвестфонд», полученных от реализации акций АО ССМФ.
В этот же день на счёт новой фирмы прошёл другой транш. От компании «Торговый дом «Сибирь Великая» было перечислено 10 миллионов рублей, полученных от реализации компьютеров, комплектующих и оказания услуг сопровождения. Общая сумма, с которой Сибирская металлургическая компания начала работу, составила 22 миллиона рублей. И это были реально огромные деньги даже по тем тяжёлым временам. Плюс Ирина зарегистрировала на себя фирму с приличной суммой на раскрутку и получила свободных денег 890 тысяч рублей. А Жека отдал на общак Славяну миллион пятьсот тысяч рублей, полученных с компьютеров, и 3 миллиона рублей, остаток от продажи акций. Себе оставил 200 тысяч на мелкие расходы и взятки.
Да! Вся страна голодала, ела лапшу и консервы из хвостов и копыт, а дружная компашка Жеки купалась в деньгах. И получены они были совершенно законно, за несколькими исключениями. Но об них тогда никто не вспоминал.
В ближайший субботний вечер ресторан «Омуль» был закрыт от посещения посторонними людьми. На входе висела табличка «Мест нет. Арендовано», а у входа дежурил Кот в солидном костюме и галстуке-бабочке. Под клифтоном безошибочно угадывался ствол в кобуре. Рядом с ним, тоже в костюме и в галстуке, стоял один из новых пацанов — невысокого роста казах Абай, 22-летний парень, недавно переехавший из Киргизии, где начались гонения на казахов и разворачивалась гражданская война. Был он парень скромный, даже флегматичный, но при этом отменный боец. Киргизские корейцы степного рода Кван Чун научили его родовому тхэквондо, и бою саблями, и махался он, как Брюс Ли. Даже Жека получил в схватке прилёты, когда экзаменовал парня. Взяли в охранники с приличной зарплатой. Абай сразу понял, на кого он будет работать, но это не вызвало у него никаких сомнений: пофиг, на кого и как, лишь бы деньги были. Семья приехала большая, детей мал-мала меньше, отец с матерью помогали на рынке торгашам за копейки, и на зарплату Абая жила вся семья. Как человек, живущий практически по средневековым понятиям своего родового жуза, дал он клятву крови, когда подписывал контракт на работу, и за общее дело, наверное, порвал бы горло и съел любого.