Светоч жизни (СИ)

Шумел ветер в ветвях, но этот звук Арину совсем не пугал, был знакомым, родным. В этом шуме ей не слышались ни чужие шаги, не чудились стоны и крики.
Всё было тихо и спокойно. Молчание было родным и немного торжественным.
А потом впервые Арина услышала сов.
Ночные птицы, которые не должны были бы и носа показывать на улицу, злобно уехали где-то в районе дома.
Нужно было идти туда, а сердце забилось где-то в горле, и Арина замерла как вкопанная. Из ослабевшей руки сумка упала вниз, на землю. Рядом были чужие.
«Сюда», - шепнул лес, протягивая свои ветви. – «Беги!»
Качнулось небо, накренилось, заваливаясь по линии горизонта. Арина, прихватив сумку, кинулась с тропинки прочь, не разбирая дороги. Ветви уходили с её дороги, кустарники расходились, а потом сходились снова. Пока под подламывающиеся ноги не попал предательский корень, и девочка не оказалась на земле.
Было больно. Всё болело. Даже то, что болеть не могло, и по идее не должно было… Боль шла мурашками по раздраженной коже, забиралась в суставы и выкручивала их.
А потом Арина осознала – её искали. Те самые её «светлые родственнички», которым определённо лич сообщил, что с их «гнилым яблочком» что-то не то!
«Сюда», - лес протянул свои ветви навстречу Арине. – «Сюда».
- Кто ты? – тихо спросила девочка.
«Мы – леший. Душа и суть этого леса. Ты верила в нас. Твоя вера была едва-едва слышной, несмелой, неуверенной. Но ты верила. Ты давала нам силу жить. Теперь мы вернём долг, мы поможем тебе».
- Как?
«Мы знаем тайную тропинку к твоему дому. Проведём тебя туда. Обратно вывести не сможем только».
- Ничего. Там я как-нибудь справлюсь. Спасибо тебе и на этом, хозяин лесной.
«Умная, красивая. Идём с нами».
Лес отвёл от Арины большую беду, чем она могла подумать, пока шла за ним, придерживаясь за сучковатую ветку, которая выкатилась ей под ноги, когда девочка смогла с земли подняться.
Лес шумел, шелестел голыми ветвями, заметал следы юной гостьи листьями, усыпал сухими веточками. Не пройти по этому «минному полю», не потревожив ничего.
Арина оглянулась. Показалось, что за спиной вдруг треснула ветка, а вслед за ней ещё одна и ещё.
«Они уже близко».
- Ты знаешь, кто там?
«Нет, мы не знаем», - леший развёл перед Ариной колючие кустарники и снова свёл за ней. – «Можем сказать, что они – не люди, что они не остановятся ни перед чем, чтобы получить желаемое».
- Понятно… - Арина сглотнула.
Она хотела бы… много чего хотела. И уж точно не хотела стоять здесь и нервничать, понимая, что её могут догнать в любой момент. И в то же время девочка радовалась тому, что всё это случилось не в городе, не в квартире Таши. Что те, кто сейчас преследуют её, никак никому больше не навредят.
- Хозяин лесной, - спохватилась она. – А тебе они не навредят?
«Нет. Это пришлые. Те, кто не люди, но те, кто знают тайны. Они не посмеют навредить мне намеренно. А от случайностей – мне ничего не будет».
- Хорошо. Не хотелось бы, чтобы из-за меня ты пострадал.
«Странное дитя. У тебя хватает сил волноваться за тех, кто для тебя ничего не значит? Но спасибо тебе. Давно за меня никто не беспокоился. Давно… А теперь, поспеши. Вот уже тропинка впереди. Пройдёшь по ней, окажешься у дома. Там тебя они не сразу смогут тронуть. Защита твоей старшей из рода установленная ещё держится».
- Спасибо тебе, хозяин лесной. В следующий раз приду с гостинцем побольше!
Леший смотрел вслед убегающей со всех ног девочке, качая мягко ветвями леса. Нет. Он знал точно, что с этой седовласой крошкой они увидятся теперь очень и очень нескоро…
Хотя, конечно, встреча обязательно произойдёт. В этом мире всё было не случайно, из одной встречи рождалось действие, из действия рождалась история, из истории – появлялся целый мир, порой становящийся реальностью, порой реальность разрушающий.
Леший был стар, мудр, прожил уже очень много, и поэтому знал, что тот, кто вступил на путь силы сам, по своему желанию, уже с него не сойдёт, пока не станет сильнее.
Топнув ногой, он затянул тропинку, превратив её в непроходимую, и сам пропал, оставив преследователей Арины бессильно ругаться в безуспешных попытках пройти дальше.
 
Ворвавшись в дом, девочка захлопнула за собой дверь, уперла ладони в коленки пытаясь отдышаться. Дыхание было хриплым. В груди что-то клокотало, лицо было лихорадочно-алым.
Закрыв дверь на замок и привычно накинув цепочку, Арина разулась и прошла к зеркалу в старой прихожей, приложила ладонь к гладкой поверхности.
Сколько всего произошло. А она как была пухляшкой, так и осталась. Даже страшные дни операций, реабилитации – ни один килограмм не ушёл! И её вид… За полгода она не изменилась ничуть. Разве что пропали синяки и царапины…
Интересно, это что-то значит? Должно значить?
За окном завыл сердито ветер, звякнули стёкла, надёжно прикрытые ставнями. Арина грустно хмыкнула. Её уже нашли? Вытащила из кармана сумки фонарик, включила, подсвечивая себе дорогу. Нужно было включить пробки. А потом… потом найти тайник.
Она уже поняла, что именно ей нужно попросить у того самого некроманта, к кому ей придётся пойти. Не «убить лича», а «защиты от взгляда родственников». Если она найдёт способ, то с личем ей придётся справляться самой. Даже не столько придётся, сколько надо! Очень, очень надо!
Свет включаться не пожелал. Пробки включились, но ничего не заработало. Вполне возможно, что что-то случилось на подстанции, а Арина первым делом подумала почему-то о перерезанных проводах. Таинственные «они», кем бы они ни были, уже подошли совсем близко.
Ситуация была определённо сложная, а девочка не смогла удержаться от истерического смешка. Как будто в детских страшилках для непослушных детей. «Чёрный гроб ищет тебя».
Разве что с небольшим обменом. В тёмной-тёмной комнате, пока за стенкой кто-то пытался найти дверь или вскрыть её, девочка в чёрном-чёрном костюме, в чёрных-чёрных перчатках искала чёрный-чёрный гроб.
Фонарик погас сам собой, но Арина на это даже отвлекаться не стала. И без того было очевидно, что если сюда не смогут попасть, то будут предпринимать всяческие попытки вытащить её отсюда.
Нет, нет. На это она не собиралась реагировать.
К тому же, это же дом! Свой, частный. И свет гас здесь не раз, и она хорошо знала, где спрятаны толстые нечадящие свечи, где найти уютный подсвечник с тонкой стеклянной колбой, чтобы сквозняк ненароком не затушил.
Сдвинув в сторону тряпичный ковёр, сплетенный из тонких-тонких верёвочек, вручную, Арина замерла. Снова посветила на ковер. Когда-то ей казалось, что они живут очень бедно. Поэтому для украшения дома бабушка всё делала сама: шила занавески и постельное, вязала одежду внучке, вот эти половички, прихватки. Даже огромное покрывало, под которым Арина спала летом, было связано бабушкой. Тоненькое, легонькое.
И сейчас ковёр, который девочка так небрежно сдвинула – светился! Засветились занавески, покрывала, постельное, засветилось содержимое шкафов… Всё это были обереги. Всё это было магической защитой. Той, что бабушка использовала, чтобы защитить свою непутевую внучку.
На глаза навернулись слёзы, но, пообещав себе, что она поплачет позже, Арина отодвинула решительно люк и спустилась вниз по приставной лесенке.
Под ногами заорал кот, кинулся куда-то прочь, отчего девочка не просто вздрогнула, но и подпрыгнула, лихорадочно оглядываясь по сторонам, подсвечивая себе свечей.
Огонёк дрожал, никого не находя, истошных кошачьих воплей тоже больше не последовало, и мало-помалу Арина смогла взять себя в руки.
Сердце колотилось как бешеное, казалось, что его заполошный стук слышен далеко за пределами подвала. Но вместе с тем притихли абсолютно все звуки. Больше не было слышно ничего. Ни ветер, ни чьи-то шаги, ни попытки кого-то попасть в дом.
Будто бы одна на краю света…
Впрочем, ощущение пропало сразу же, как только Арина вошла в подвальную комнату, где располагался сейф.