Снегурочка в квадрате, или Любимая для феникса (СИ)

Может это я так о сестре беспокоюсь и это так проявляется? Пффф. Нет уж надо с этим завязывать, а то уже везде одни фениксы. Вон даже тот эскай напоминает тот, на котором летает Арсай.
Надо просто спросить у Эниа как там у нее дела с этим пернатым. И все.
«Да, так и сделаю», — решила я, неторопливо идя вперед.
Тут краем глаза поняла, что что-то не так. Повернула голову… Эскай, тот который так был похож на принадлежащий фениксу, резко, слишком как-то резко, затормозил, зависнув в воздухе. А потом такой же резкий разворот. И этот монстр мчится назад!
Меня дыхание перехватило.
Я стояла на дорожке, а рядом была трасса для эскаи. И создавалось ощущение, что эта махина мчится на меня.
За секунду эскай долетел до трассы рядом со мной. И резко развернулся, зависая в воздухе и обдавая меня волной снежинок.
Удивленно и капельку шокировано моргнула. На большее пока меня не хватило. Был какой-то ступор.
А дверца эская тем временем хлопнула. И появился феникс, обходящий своего монстра. Такой знакомый и чем-то уже сильно недовольный феникс.
Арсай.
А он что тут делает?
Этот снежный петух подлетел ко мне, замерев в каких-то жалких двух сантиметров от меня. И глубоко дыша критически осмотрел меня. Чтобы потом укоризненно уставиться мне в глаза. А потом это чудо выдало:
— Эниа?! Ты что тут делаешь?
Э… Эм, а это не мой вопрос? Нет?
И… Эниа?
Недоуменно посмотрела на феникса. Он серьезно?
— Эниа, я жду. Что ты тут делаешь? — нетерпеливо спросил Арсай.
— Гуляю, — после паузы все-таки ответила.
О-фи-ге-ть. Он меня не узнал. В смысле принял за Энию. И я понимаю, что мы близнецы и всякое такое. Но… Я же сейчас выгляжу как я! То есть Энию я напоминаю только чертами лица!
Но феникса мой прикид, прическа, сумка… короче, все не смущало.
— Почему? — задал следующий вопрос Арсай.
Я на него посмотрела. Ну как тебе сказать?.. Захотелось, погода хорошая, вот и решила прогуляться.
— Погода хорошая.
— Погода? — феникс оглянулся, глянул вверх. Будто только сейчас замечая, что погода и вправду хороша. — И долго еще будешь… гулять?
Пожала плечами.
И потерла ладошки в тонких перчатках. Варежки забыла, а в карманах были только перчатки. Вообще-то уже гулять не хотелось. И снег потерял свое волшебство, и холодно как-то стало, и ветер мешать стал. Захотелось домой.
— Так. Ты уже замерзла. Марш в эскай. Подвезу, — решительно проговорил Арсай, от которого ничего не укрылось.
— Спасибо, я домой. Сама, — вежливо отказалась. — До свидания.
И развернулась, чтобы пойти ловить эскай. До дома-то далеко идти пешком.
Я сделала только пару шагов. Потом меня довольно невежливо подхватили на руки и бережно отнесли в эскай. Очнулась от наглости некоторых я, когда дверцу уже открыли.
— Я же сказал, что доберусь сама! А ты лети, куда собирался. Тебе же куда-то надо? Зачем вообще остановился?
Я начала брыкаться в попытке слезть с чьих-то сильных и теплых рук, а ведь снежный. Но выходило у меня откровенно плохо.
Феникс, не обращая внимания на мои барахтанья, забросил меня в салон. В прямом смысле! Пролетела я дальше пассажирского сидения и частично упала на металлическую панель. Не больно, но… обидно!
— Эй! Поаккуратнее! Ты как с девушкой обращаешься? Тебе не говорили, что их надо беречь и лелеять? Так я тебе сейчас об этом говорю! Еще раз так сделаешь, и я тебе все перья повыдергиваю! — возмутилась я.
Феникс удивленно на меня посмотрел. Хмыкнул.
— Извини, — и захлопнул дверь!
А я отчетливо услышала щелчок замка. Не поверив, подползла к двери и дергала. Заперто! Он меня закрыл!
С другой стороны открылась дверь и Арсай сел на свое место. Полюбовавшись на мою удивленную мордашку, пристегнулся.
— Пристегнешься сама или мне помочь? — вежливо предложил он.
— Сама, — буркнула, понимая, что выпускать меня не собираются. Ладно потерплю его до дома. Села нормально и потянулась за ремнем безопасности. — А то еще удавишь или еще чего похуже. Вон даже девушку посадить на сидение нормально не можешь.
 
Арсай молча дождался пока я пристегнусь. И как только послышался щелчок, эскай рванул ввысь на запредельной скорости! Ма-ма. Мы решили прежде весь мир облететь и потом уже меня подвезти?
«Нужно было молчать», — мелькнула здравая мысль и пропала. Сдуло ее.
Я мужественно продержалась целых пять минут.
Это был героизм.
Пять минут я сидела молча и трепела. До боли в пальцах сжимая сидение. Вжимаясь в него тельцем. И ощущая невероятно завидный размер глаз. А потом…
Я не выдержала. Я всего лишь снегурочка, а не отмороженный феникс с ледяными нервами.
— Арсай! Хватит! Остановись! Я больше не могу-у-у!!!
Мужчина бросил на меня удивленный взгляд, вскидывая бровь. И это на такой скорости! Самоубийца!
— Вперед смотри-и-и!!! — заорала я не хуже сирены.
На меня еще более недоуменно посмотрели, испытывая мои нервы на прочность. А что их испытывать? Они и так признают полную капитуляцию.
— Арсай!!!! Стой!!! Пожалуйста!!!
— Эниа! Хватит орать! — рявкнул феникс, впрочем, продолжая лететь вперед. И уже более спокойно добавил. — Ну и голосок у тебя…
— Остановись! Мне плохо! — перебила его, стараясь дышать глубже.
— Эниа, прекрати. Что ты устроила? У тебя все хорошо со здоровьем. И раньше ты нормально летала, что с тобой…
Я не слушала феникса. Мне становилось реально плохо. Начало тошнить и мутить, а перед глазами стало все расплываться. Голос мужчины все отдалялся и отдалялся.
— Не так быстро. Пожалуйста. Мне страшно, — прошептала я последнее, а потом все пропало.
И мне стало хорошо. Только темнота и спокойствие.
Как хорошо!
В себя я пришла резко.
Дернувшись, открыла глаза. Вскрикнула, когда по глазам ударил слишком яркий свет и вскинула руки, чтобы их прикрыть. Зажмурилась, закрыв ладонями лицо. Да что такое-то, а? То феникс с его ненормальной любовью к скорости, то свет. Больно!
Кстати, феникс.
Я попыталась сесть, но мне не дали чьи-то сильные и заботливые руки, которые настойчиво уложили меня назад. А руки-то мужские! Мне это не понравилось, и я снова попыталась встать.
— Да лежи ты! — недовольно проговорил Арсай.
Я даже ладони от лица убрала и глаза приоткрыла, чуть-чуть. Сквозь слезящиеся и прищурившиеся глаза смогла рассмотреть расплывающееся лицо феникса. Опять чем-то недоволен. Он вообще жизни радоваться умеет?
— Ты-ы, — протянула я. — И как? Самоубился уже? Гонщик недоделанный.
Лицо стало более отчетливым и еще более недовольным, будто замороженный лимон съел. Вот пессимистичный петух.
— Каарс! Посмотри. Кажется она еще не в себе и это был не обычный обморок, — сказал феникс кому-то.
Повернув голову, увидела просто прелесть. Доктора. Это мне? В смысле для меня? Как мило.
— Ты куда меня привез, ирод? — ласково спросила я у Арсая.
Феникс нахмурился.
— В клинику. С тобой не все нормально, — сообщило мне это чудо.
Со мной не все нормально?! Ну это… слов нет. Но он не закончил!
— Ты в обморок упала, — сказал феникс. С обвинением сказал! Словно это я виновата, что лишилась сознания.
Тут потеснив Арсая, мужчина в белом халате приветливо произнес:
— Добрый день. Мое имя Каарс. Господин Верре принес вас ко мне, так как вы внезапно лишились чувств. Что вы помните последнее прежде, чем потеряли сознание?
— Отмороженную курицу, лишенную всякой совести, — честно ответила я доктору, чем ввела его в легкий ступор.
— Каарс, может ей какой-нибудь лекарство дашь? — предложил феникс, который отошел к большому окну, сложив руки на груди.
— Да погоди ты. Какие лекарства? — отмахнулся доктор от него. И вежливо уже меня попросил. — Эниа. Вас же Эниа зовут? Можете, пожалуйста, более подробно описать свою галлюцинацию?
 
— Какую галлюцинацию? — возмутилась. Я уже приходила потихоньку в себя. — Повернитесь и сами любуйтесь своей галлюцинацией.