Первые шаги (СИ)

Повернувшись к Флимонту, я покачал головой.
-Отдать своего сына на растерзание… Судя по всему, сделка Дамблдора с последователями Грин-де-Вальда провалилась? Или это они и есть – проект «Виктория»?
-Я тебе ничего не скажу, ублюдок, - покачал головой Флимонт.
-Вот как? А она?
-Я сказала всё, что знала! – взвыла Милисента.
Несколько минут я смотрел на обоих узников, а потом вздохнул:
-Кто отправил наёмников я уже знаю. И мне искренне жаль, что Роберт мертв. Я бы с большим удовольствие его убил сам.
-А почему меня не убьёшь? – оскалился Флимонт, - Неужели ты такой слабак?
Хмыкнув, я покачал головой:
-Просто ты ещё нужен. Убить тебя сейчас, не успев полностью проверить твои мозги… Это и будет проявлением моей слабости… старик…
То, что Поттеры продавали артефакты простецам в обход Министерства стало ясно, когда на одной из баз проекта «Виктория» нашли артефакты с характерным клеймом. Вопрос лишь в том, кто именно это делал. Флимонт и Роберт продавали свои творения богачам, получая оплату золотыми слитками. И это были изделия созданные практически вручную, а не с помощью того самого станка, что когда-то похитил Джеймс. Вопрос, мог ли он, желая спасти семью от безденежья, пойти на торговлю с врагом?
Увы, но да. И я не берусь его осуждать. Когда на шее жена с дипломом школы без перспектив к дальнейшему развитию, да маленький ребенок, а единственный способ здесь и сейчас найти деньги на еду и зелья, и не на такие вещи пойдёшь. Это имея в карманах звонкую монету, да сидя с бокалом дорогого коньяка в кресле у камина, в собственном особняке легко рассуждать. А когда припирает – грань между преданностью и предательством становится крайне тонкой. Особенно, в смутное время, когда лучше оглядываться дважды, дабы не получить нож в спину от того, кого считал другом или братом.
«Прости Сириус, - мысленно вздохнул я, - Но артефактом мне не быть. Не после такого… Да, Джеймс мёртв, а ко мне претензий за его поступки выдвигать никто не станет, но…»
Беда в том, что на душе остался осадок. Тот самый паршивый осадок, когда ты не виноват, но чувствуешь себя последней скотиной. Да ещё и Гермиона… Да, её отец докладывал в MI6, да он это делал добровольно, но… А не будь я её другом, то что бы было? Возможно, всё было бы точно так же, но… А что если нет?
Мой разум давал отчетливый и однозначный ответ – ничего бы не поменялось. Дэвид Грейнджер, как законопослушный гражданин, искренне веря в свою правоту и для заботы о своей семье, точно так же бы сообщал неким офицерам разведки детальный пересказ происходящего, полученный от собственной дочери. И его точно так же убил бы Игнотус Певерелл. Только никто не стал бы вытягивать Гермиону из лап Дамблдора. И никто не протянул бы ей руку помощи после смерти родителей… Выросла бы новая Беллатриса Лестрейндж, но в лице Гермионы и ненавидящая не маглорожденных, а чистокровных.
Впрочем, сомневаюсь, что сейчас она относится к потомственным магам лучше. Просто от Сириуса теперь зависит судьба Гермионы. Не более.
-А почему была открыта охота на меня? – повернулся я к Милисенте.
-Я знаю только о том, что Роберт и Флимонт боялись окончательного разрушения семейного бизнеса и репутации, - ответила женщина, - Хотели убить тебя, чтобы никто не смог воспользоваться украденным станочным комплексом. Он как-то связан с кровью Поттеров.
Пока жена Роберта всё это говорила, я смотрел на Флимонта. Старший Поттер не просто опытный маг, что проиграл бой превосходящему численно врагу. Нет. Он очень хорошо умеет держать удар и ещё лучше играет лицом, голосом и взглядом. Его аура и энергетика находятся под жесточайшим контролем стальных тисков силы воли. Однако, на один лишь миг, когда Милисента начала рассказывать о причинах охоты на меня, он испугался, а затем, стоило ему понять что именно льётся из уст его невестки, как в глазах Флимонта мелькнуло облегчение.
«Что же это за такая тайна? – мысленно хмыкнул я, - Чего ты боишься и что прячешь? Что для тебя столь важно и ценно, что ты готов пожертвовать всем, включая внуков?»
 
-Ты, ведь, понимаешь, что даже смерть не избавит тебя от необходимости отвечать на мои вопросы? – спросил я, глядя в глаза Флимонта.
-Ну попробуй, - хмыкнул старший Поттер.
* * *
Гермиона смотрела на Сириуса, периодически покусывая нижнюю губу. Девушку разрывали противоречивые чувства. С одной стороны, она искренне хотела убить Игнотуса Певерелла за то, что он натравил нежить на её родителей, а другой… Она не могла поверить в том, что родной отец доносил на неё саму и на её друга в MI6. Он была очень умный и опытным человеком и должен был понимать чем это закончится…
«А был ли у него выбор? – с горечью подумала Грейнджер, прикрыв глаза, - Что он мог ответить офицерам карательной машины государства? Едва ли его оставили бы в покое, откажись он поступать так, как от него хотели...»
Впрочем, двоякость ситуации с отцом не мешала ей желать смерти Певереллу. Обоим Певереллам. Или…
«Он назвал Гарри своим потомком. А ситуацию с его родителями – внутрисемейным делом, - задумалась Гермиона, - Значит… что? Гарри… Это Айзек Кларк, а не Гарри Поттер. Переродившийся некромант. Так? Или этот Игнотус говорил о кровном родстве? И зачем он это говорил? Для кого?»
Горечь разочарования в отце, осознание собственного бессилия перед могущественным существом, что ещё недавно было для неё персонажем древней легенды и запрет Сириуса давили на плечи девушки. Ей хотелось выть и рыдать, но осознание бессмысленности подобных вещей, равно как и странная, неожиданная для неё самой, отстранённость от эмоций, делающая их чем-то похожим на фон, посторонний шум, совершенно не мешающий думать и делать выводы, позволяли сдерживаться.
Судя по всему, вмешательства Айзерка в разум Гермионы были серьёзнее, чем ей казалось изначально и относились они не только к теме магии и восприятию Сейчас, девушка была как никогда прежде благодарна некроманту за этот неожиданный подарок, что теперь защищает её от истерики и отчаяния.
Громко хлопнувшая дверь, заставила девушку вздрогнуть и повернуться к источнику звука, рефлекторно создавая «Щит Воли», одно из тех умений, что доступны ей из школы некромантии.
-Молодец, - произнёс Сириус, тоже поворачиваясь к источнику звука.
По коридору к ним шёл Айзек. Вид у юно выглядящего некроманты был мрачным и задумчивым. Дойдя до Блэка и Грейнджер, парень остановился, а затем, сфокусировав взгляд на Сириусе произнёс:
-Их нельзя сейчас убивать. Я уверен, Флимонт каким-то образом смог защитить себя от призыва после смерти тела. И с Робертом не всё так просто. Как и с Джеймсом. Что-то тут не так.
-Ни Флимонт, ни Роберт некромантией… - несколько неуверенно начал было Блэк, но Айзек его перебил:
-Я бы не был в этом так уверен. К тому же, твои родственники не сами по себе стали личами. И это не Певереллы сделали. У них двоих хватает могущества, чтобы убить тебя и меня без подобных игр… И не… Не Гонт. Он тоже действовал бы иначе.
Помрачнев, Сириус огляделся и покачал головой.
-Идём. В Хогвартс вернётесь завтра. Сегодня вам придётся посетить одно весьма интересное место. Там мы сможем поговорить в безопасности…
-Место проживания Селины? – хмыкнул Айзек.
-Оно самое, - кивнул Блэк, - Собственно, с оставшегося особняка уже всё перевезено туда. Сейчас бывший дом Альфарда превращают в ловушку… С учетом алхимических ракет и гранат маглов, - нахмурившись добавил Сириус, - Я учел опыт Гриммо. Теперь им не удастся так легко разобраться с щитами и ловушками.
-Очень на это надеюсь.
  
Глава 34
 
Найт-Касл оказался не совсем замком. Некогда существовала крепость, подземелья которой семейство Блэк отдало вампирам. Однако, со временем, гнездо Селины расширилось, у нежити появились свои склады артефактов, амуниции и снаряжения, оружейные… Постепенно подземный комплекс перестраивался, модернизировался, обзаводился всё более современными системами, включая достижения маглов… И превратился в натуральный бункер. Многоэтажный.