Граф Лазарев. Том II (СИ)
С закатом солнца броуновское движение на улице начало принимать вполне определённое направление. С песнями и плясками вервольфы шли к выходу из города, очевидно, на ту самую поляну. Мы с Анной и стражниками влились в толпу и двинулись следом.
Священная Поляна располагалась минутах в двадцати ходьбы от города. И она была огромна.
На краю стояло соломенное чучело женщины высотой в три человеческих роста. Голову ее украшал венок, в руке она держала большую корзину с неизвестными мне синими цветами. Те же цветы лазурным ковром росли по бокам от нее, причем я подозревал, что не обошлось без магии, уж больно ровными были ряды. Пожалел, что в порыве веселья это чудо природы наверняка затопчут, но радостно скачущие вервольфы осторожно обходили синие бутоны. Мне даже казалось, они делали это с благоговением.
— Надеюсь, эту красоту не затопчут?
— Не затопчут. Это тириды, — ответила Анна. — Считается, что давным-давно они распускались там, где ступала Богиня Плодородия. Для нашего народа они священны.
— Красиво, — оценил я.
— Хочешь, покажу, как они завянут? — услужливо предложил Каладрий.
— Да иди ты… на курсы по позитивному мышлению.
В лунном свете вервольфы рассаживались прямо на земле. Откуда-то появились корзинки с напитками и едой, слышался смех и крики. Я еще раз взглянул на соломенное чучело. Блэйд тоже уселась на траву, но особенно радостной при этом не выглядела. Похоже, национальный праздник ее не трогал.
— А кто такая эта Богиня Плодородия? — спросил я, приживаясь рядом.
— Мы верим, что в древние времена одна волчица родила четырех братьев: Верса, Варпа, Лика и четвертого, чьи потомки исчезли так давно, что его имя забыто. Увы, мать не смогла их выкормить. Может быть, она погибла, может, дети отбились от стаи, но в итоге волчата оказались брошены на берегу реки. И умерли бы, если бы им не явилась Богиня Жизни. Она выкормила их и наделила способностью обращаться в людей. Позже братья основали четыре клана и дали начало племени вервольфов.
— А где они взяли женщин-оборотней? — задал я логичный вопрос. — Надо же им было как-то размножаться.
— Это же всего лишь легенда, граф Лазарев. Легенды не утруждают себя такой ерундой, как правдоподобие.
На левом краю поляны я заметил главу клана. Йогар Блэйд пил и смеялся вместе со всеми, хотя вокруг него все же и было некое пустое пространство. Рядом сидел и тот желчный старик, который спорил с нами на совете. А вот добродушного деда, наоборот, видно не было.
Двух других членов Совета я не видел, но, очевидно, они тоже были здесь.
По мере того, как ночь опускалась на поляну, веселье становилось все более разнузданным. Оборотни пили, ели и танцевали, к ногам соломенной богини летели цветы. Анна, устало взирая на все это мракобесие, отошла к краю поляны, я двинулся было за ней, но меня перехватила девушка-оборотень.
Одетая в льняную блузу с глубоким вырезом, она подхватила меня под руку и закружила в танце. Какой-то не в меру смелый парень попытался пригласить Блэйд, но та сурово зыркнула на него, и вервольф убрался.
Я плясал в толпе, то кружась в хороводе, то сжимая в объятиях свою партнершу, то выплясывая какую-то безумную лезгинку. Наконец танец отнес нас к краю поляны, девушка ловко вывернулась из всеобщего безумия и поманила меня за собой.
Кое-где по кустам двигались темные силуэты и слышались стоны. Похоже, в местных обычаях было отмечать праздник плодородия, скажем так, тематически. Оттащив меня на незанятую опушку, оборотница скинула с себя рубашку.
Во мне тут же всколыхнулись два противоречивых чувства: одно в голове, другое ниже пояса. Первое утверждало, что спать с волчицей противно человеческой природе и вообще у меня есть жена, а второе отметало все эти доводы как несущественные. Поняв, что скоро возбуждение безоговорочно захватит надо мной власть, я с трудом отстранил девушку.
— Слушай, не стоит.
— Почему? — игриво осведомилась она, продолжая жаться ко мне. Полная грудь оказалась прямо перед моими глазами.
— Мы ведь друг друга совсем не знаем.
Девушка фыркнула.
— Это священная ночь! Праздник плодородия, жизни и любви. В эту ночь мы просто наслаждаемся тем, что богиня подарила нам еще один день, и стараемся прожить его с удовольствием. И не думаем о всякой ерунде. И ты не думай.
— Меня жена дома ждет, — покаялся я.
— И что? — искренне удивилась вервольф. — То, что случилось на празднике плодородия, ничего не значит.
Может, она и права. Возможно, мне и жить-то осталось десять дней, так зачем отказывать себе в удовольствии. И потом, где я еще пересплю с вервольфом? «Почувствуй себя Императором, Вик», — подумал я, освобождая девушку от одежды.
— Жена ничего не узнает. Ты же не думаешь, что я хочу жить с тобой долго и счастливо и завести волчат? — игриво спросила красотка, потянувшись к ремню моих брюк.
— Вот это вряд ли. Ты ж помрешь скоро, — вклинился Каладрий. — Тебе осталось жить девять дней, восемь часов, пятнадцать минут, сорок девять секунд…
— Каладрий! — рявкнул я вслух. — Хоть сейчас ты можешь убраться⁈ Дай получить от жизни удовольствие, будь человеком!
— Я не человек, — с достоинством объявил демон смерти. И тут же оживился: — а хочешь покажу, как она помрет?
— Изыди! Мне из-за тебя аж расхотелось.
Девушка-оборотень смотрела на меня с недоумением.
— Извини, — пробормотал я, застегивая штаны. — Что-то живот прихватило.
Девушка обиженно фыркнула, отвернулась и скрылась в толпе танцующих. Через пару минут я увидел, как она удаляется в кусты с молодым вервольфом.
— Вот так, — пожаловался я демону. — Ты думаешь, что это настоящее чувство, а тебе сразу же находят замену.
— Не переживай, он тоже когда-нибудь помрет, — утешил меня Каладрий.
Я поискал глазами Анну. Блэйд сидела в стороне вдалеке ото всех, отрешенно наблюдая за вакханалией. На расползшиеся по кустам парочки она взирала безо всякого интереса. Я подошел и присел рядом.
— Что, уже, граф Лазарев? — Анна иронично подняла бровь. — Я думал, вас хватит на большее. Ай-ай-ай, а как же графиня Лидия?
— Да если бы, — буркнул я. — У меня демон за семейные ценности.
Каладрий нахохлился, явно собираясь сказать что-нибудь ехидное, но тут песни и смех перекрыл дикий вопль:
— Главу клана убили!!!
Крик разнесся над поляной, мгновенно парализовав веселье. То место, где я недавно видел Йогара и старика, окружили оборотни-охранники, отгоняя взбудораженную толпу. Мы с Анной попробовали было протолкаться вперед, но это оказалось бесполезно. Наконец, охрана расступилась, выволакивая под руки какого-то вервольфа. Лица было не разглядеть, но, похоже, его уже успели изрядно побить.
Плененный вервольф повернулся и оказался вовсе не вервольфом. Это был один из наших солдат.
— Федор⁈ — ахнула Анна.
— Держи их! — крикнул кто-то, и оборотни ринулись на нас.
Глава 8
— Держи их! — крикнул кто-то, и оборотни ринулись на нас.
Спасло нас только то, что мы не успели протолкаться далеко и стояли с краю. Я шарахнул по сунувшемуся ко мне вервольфу Силой, схватил Анну за руку и ринулся прочь.
Убежали мы недалеко. Со всех сторон нас обступали оборотни, пытаясь взять в кольцо. Я, как мог, отбивался стихийной магией, но это особо не помогало. Блэйд, чьи магические способности мне так расхваливали, к моему удивлению, не делала ничего. Стояла столбом и все.
— Помогай, — прошипел я. Вервольф посмотрела на меня и ничего не ответила.
— Предатели! — крикнул кто-то, и мимо моей головы просвистел камень. — Взять их!
— О, вас сейчас убьют! — обрадовался Каладрий с моего плеча. — Вы готовы к вечным мукам?
Я судорожно призвал Дар, соображая, что делать, и тут Анна резко махнула рукой вниз. Поляна дрогнула, словно вдруг началось землетрясение, оборотней разметало в разные стороны, я сам чуть было не свалился. Вервольфы повалились друг на друга, послышались крики, кажется, кто-то что-то себе сломал. Блэйд круто развернулась ко мне: