Полюбить врага (СИ)

– Мрази… Гореть вам всем в аду!..
Наконец боль начала отступать, и я смогла сфокусировать взгляд. Последние надежды рухнули. Меня вели к черному джипу, возле которого, широко расставив ноги, стоял Николай Астахов.
Отец Вадима хмуро проследил, как я приблизилась под контролем его шакалов и прошелся по мне задумчивым взглядом. Я дерзко смотрела ему прямо в глаза. Тело било крупной дрожью, нутро сжималось в ожидании новой боли, но я стояла твердо на ногах.
– Больно? – вдруг спросил Астахов-старший, посмотрев на мой живот.
Его голос звучал равнодушно, будто издевка. Я ничего не ответила, а он философски заметил:
– Да. Дети приходят в этот мир через боль. Женщинам приходится вынести немало мук, чтобы на свет появился новый человек. Но потерпи... Скоро все закончится.
Меня бросило в жар. Я сглотнула ком в горле и посмотрела на пистолет, видневшийся под дорогим пиджаком отца Вадима.
  
67
 
Внутри что-то оборвалось. Что очень важное, помогающее выжить, верить в чудеса и бороться.
– Ну давай же… – прохрипела я, устало прикрыв глаза. Меня поражало насколько надо быть психически нездоровым, чтобы еще тянуть время перед казнью?! Тратить его на бессмысленные рассуждения. – Удовлетворяй свой животный голод! Я знаю, что ты хочешь это сделать…
Астахов изогнул бровь, хладнокровно глядя на то, как я мучаюсь от очередного приступа боли.
– Нет, девочка, ты не знаешь. Не я буду заканчивать. И пачкать руки свои не стану.
Снисходительно озвучив это, он вдруг посмотрел куда-то поверх меня. Сердце дрогнуло. Я тоже услышала шум и оглянулась. К месту подъезжали еще две машины бизнес-класса. Отливая глянцем в свете солнца, они плавно притормозили, и я впилась взглядом в людей, выходивших из салона.
Всхлип вырвался из горла, когда узнала Матвея. Затем дядю… Самым последним из машины, которая стояла ближе, вышел мой отец.
В сердце ударил адреналин. Последние слова Николая Астахова вмиг обрели пугающий смысл, и я беспомощно вернула к нему взгляд. «Шах и мат, Эльза» – прочла в его жестоких глазах.
Мой вой вновь заполнил пространство. Я согнулась над землей, но твари-наемники даже не дали мне ее пережить. Взяли под руки, и повели к Князевым. К людям, которых я до сих пор считала семьей.
Отец встал впереди всех и терпеливо ждал, пока меня остановят перед ним.
– Забирай ее, Назар! – донесся сзади требовательный голос Астахова. – Другого шанса у тебя не будет!
Руки наемников перестали держать мои плечи. Они отступили, и я осталась один на один со своим папой. Он совсем не изменился. Только глаза стали еще злее.
Новая схватка внезапно пришла раньше. Я простонала, будто от удара и, не в силах вынести боль, упала коленями на асфальт. Пот стекал по моему лицу. Нутро сжалось от внезапной мысли – «что-то не так», и я впилась взглядом в свой живот. Расправив дрожащими руками платье на бедрах, ужаснулась, увидев красные пятна на ткани. Пальцы тоже были в кровавых разводах.
Слезы брызнули из глаза от страха. Самые жуткие мысли полезли в голову – я ее… теряю?! Сколько времени у меня осталось?..
Вскинув взгляд, я увидела, как хладнокровно наблюдал за мной отец, и сердце пронзила боль от образа Вадима, возникшего в голове.
Я совсем беззащитна, любимый. Я совсем одна! Одна среди убийц…
Они победили.
Однако я твердо решила принять судьбу достойно. Превозмогая боль, нашла опору сначала одной ногой, затем второй и с криком выпрямилась. Колени дрожали, к горлу подкатывала тошнота, но главное – я смогла уйти от унизительного положения перед отцом.
Он спокойно встретил мой взгляд. Отвел полу пиджака и достал пистолет из кобуры. Но направлять его мне в голову папа не спешил, только снял с предохранителя, глазами задев мое окровавленное платье.
– Назар! – внезапно раздался рядом голос дяди. Я даже не заметила, что он приблизился к отцу и положил руку ему на плечо. – Не время для решений. Девочке нужно в больницу!
Однако он отрезал:
– Молчать!
Безжалостный взгляд исподлобья сосредоточился на моем лице, и я сквозь зубы проговорила:
 
– Да. Смотри мне в глаза! Смотри, папа, когда будешь делать это… Когда будешь убивать родную дочь и моего беззащитного ребенка!
Крылья его носа разошлись от резкого вдоха, губы скривились. Я больше не видела в нем отца. Мы и так никогда не были близки, но теперь между нами простиралась темная пропасть. Как будто мы чужие люди или лютые враги.
В этот напряженный момент что-то произошло. Охрана встала в боевую стойку, послышались щелчки затвора. Сзади до меня донесся шорох колес и рев мотора. Но я не смогла даже оглянуться. Боль сломила тело, лишила равновесия, и я вновь упала на асфальт.
Визг тормозов, хлопок дверей, шаги, мужские голоса… Все это раздавалось эхом в голове. Мне было так плохо, что разум будто отрезало от реальности.
– НАЗАР! – вырвал меня из бессознания грозный голос, раздирающий сердце.
В первую секунду оно заколотилось в бешеном ликовании, но затем сжалось от страха. Я с трудом оглянулась и ахнула, не веря своим глазам.
– Вадим…
Муж стремительно приближался, целясь пистолетом в моего отца. Смотрел на нег так, будто собирался разодрать главаря Князевых в клочья голыми руками! С ним приехали Жора и двое охранников. Они тоже достали оружие, но задержались возле машины.
– Нет, Вадим! Не вмешивайся! – неожиданно громыхнул Астахов-старший, двинувшись сыну навстречу.
Муж метнул суровый взгляд на папу. Следом бегло обвел глазами всех присутствующих бандитов, и вдруг замедлил шаг.
Две бесконечные секунды заставили меня насторожиться. Губы Вадима дернулись в какой-то безумной усмешке и, вновь сосредоточив взгляд на Князевых, он медленно опустил пистолет. Следом муж рывком распахнул пиджак и сбросил его на асфальт. Ловко избавил пистолет в своей руке от обоймы, и швырнул оружие далеко в сторону.
– Ты что делаешь?! – недоуменно спросил Николай Астахов.
Игнорируя его, Вадим демонстративно развел руки, показывая, что абсолютно безоружен. Затем продолжил идти прямо к моему отцу.
Сердце тревожно забилось. Что он задумал, Господи?..
– Нет! – выкрикнула я, увидев, что папа направил на него пистолет. – Не стреляй… А-а-а!
– Вадим! Назад!..
Приступ боли выбил оглушающий вопль из моей груди. Между ног все горело и стягивало от крови. С трудом опираясь руками об асфальт, я вдруг увидела на нем следы и затряслась от плача. Понимала, что теряю свою девочку. Что с этой кровью из нее вытекает жизнь…
Перед глазами возникли мужские ноги. Вадим встал передо мной, загораживая от отца.
– Тебе выпал счастливый билет, Назар, – послышался его низкий голос. – Моя судьба – в твоих руках! Ты же так давно хочешь поквитаться с моим отцом?! Кровь за кровь.
– Нет… пожалуйста, Вадим!.. – лепетала я, пытаясь слепо дотянуться рукой до мужа. – Остановись!
Слезы залили лицо. От бессилия я больше не могла сдвинуться с места
– Ну чего медлишь?! – требовательно прорычал он. Я испуганно вдохнула, увидев, что Вадим схватил пистолет в руке моего отца и приставил его прямо к своей голове! – Убей сына! Мой отец – убьет твою дочь! И тогда вы, наконец, перестреляете друг друга к ебаной матери!
Перед глазами все резко расплылось. Я больно упала на асфальт и теперь слышала только голоса. А еще чувствовала боль…
– Матвей! А ну назад! – предостерегающе крикнул папа.
Изворачиваясь от схваток на холодной дороге, я разлепила веки. Брат стоял рядом с Вадимом!
– Ты его не убьешь. И ее тоже не тронешь!
– Что ты сказал?! Как смеешь мне указывать?!
Я уже не отдавала отчет тому, что видела и слышала. Это мог быть просто сон.
– Эльза больше не Князева! – пробился голос дяди через мои рваные вопли. С трудом фокусируя взгляд, я увидела, что он положил руку на пистолет и заставил моего отца его опустить. – Он ее муж и теперь она – его ответственность! Эта смерть ничего не даст семье, а только нанесет урон! Мы уходим, Назар.