Анна (СИ)
Почему-то мне всегда казалось, что это противно. И только Шарлотта может мечтательно вздыхать, читая про жаркие объятия и страстные поцелуи. Но… все, похоже, несколько иначе.
Теплые, чуть шероховатые пальцы коснулись моей щеки, и я не сдержала улыбку.
Все эти ощущения для меня были новыми и очень странными. Как первое заклинание…
Но едва я собралась с духом, чтобы наконец открыть глаза, как в лицо дохнуло, словно штормовым ветром, магией. Могущественной, стихийной.
Будь я не настолько расслаблена, возможно, смогла бы воспротивиться этому ветру, но…
Глаза я распахнула уже в совершенно другом месте.
Здесь пахло специями, медом и нагретым песком, несмотря на то, что вокруг отчетливо виднелись каменные стены обычной пещеры. Не слышалось привычной для подземелий капели, да и сырости не ощущалось. Огонь настенных факелов вздрагивал от сквозняка, но самого ветерка я не чувствовала.
А что бросалось в глаза — куча монет, ссыпанная горкой чуть в стороне. Это…
— Сокровищница, — раздался за спиной голос Шарлотты, словно в ответ на мои мысли. — Владелец будет не в восторге, конечно. И, боюсь, мне еще предстоит с ним объясниться. Зато здесь нас точно никто не побеспокоит, дорогая.
Я порывисто обернулась и тут же встретилась взглядом с сестрой. Она ничуть не изменилась с нашей последней встречи. С тех пор прошел год или, может, немного больше, но мне сейчас казалось — целая вечность.
Хотя, наверное, некоторые изменения все же есть. Она стала немного… взрослее. Это сквозило во взгляде, манере держаться, в улыбке…
— Шарли… — протянула я, словно не веря собственным глазам, собственным догадкам. — Боги, неужели?!
— Не боги, а моя практика, самоконтроль и желание тебя увидеть, Эн, — наигранно серьезно ответила на мой возглас сестрица. — Обняла бы тебя, но… ты бестелесный дух.
Сестра развела руками и, словно извиняясь, улыбнулась.
— Как я скучала!.. — вырвалось у меня какое-то хриплое. — Ты даже не представляешь.
Шарли улыбнулась, не сдерживая эмоции, и стала такой, как и раньше: юной, авантюрной, беззаботной.
— Скажи, что у тебя был достойный повод, чтобы сбежать из дома, — попросила сестра, щелкнув пальцами. — Не могу представить, что могло вытолкать тебя так далеко от твоих книг. Повод должен быть шикарный.
В ответ на ее маневр на полу вспыхнула пентаграмма — и тут же потухла, словно исчерпала себя. Минуточку! Пентаграмма?!
— Ты кого призывала здесь? — нахмурившись, вышла я за пределы рисунка и принялась разглядывать его со стороны.
— Ну-у-у… как тебе сказать… Я не настолько опытна, как ты и Бекка. Могла связываться с тобой, а вызвать какого-нибудь злобного духа или вообще… демона, — честно призналась Шарлотта, и на ее щеках заиграл румянец. — Вот и решила перестраховаться немного.
Это было настолько… в обычаях моей сестры, что я даже не удивилась. Шарли вообще начала ладить с магией не так давно. И то, что она вообще решилась без помощи провести ритуал призыва, уже говорит о многом. Как и…
— Ты стала сильнее, — заметила я очевидное.
— Вероятно. Но пока не могу понять, из-за чего, — пожав плечами, призналась сестра. — Но об этом позже. Сначала о главном. Тебя разыскивают король и отец. За твое возвращение платят золотом. И я бы все это поняла и приняла, все же мы с Бек тоже волнуемся, не знай я тебя. Что произошло в Ньеркеле?
О боги.
— Скажи, что они еще не добрались до Драконьего гнезда, пожалуйста! — простонала я, присаживаясь прямо на жесткий холодный камень пещеры.
Не сказать, что мне было тяжело стоять, ощущения пространства и самой себя у меня искажались слишком сильно. Но стоять было как-то… неудобно, что ли.
— Нет, но точно доберутся. День-два, и будут здесь. Я, конечно, тебя не видела, не связывалась с тобой и вообще… Но прекрати переводить тему разговора.
— Все дело в браке, — призналась я. — Отец пытался выдать меня за нашего соседа, похоронившего пять жен. А дядюшка все подсылал придворных, чтобы точно не отвертелась. К слову, один даже почти догнал меня в паре дней пути от Ньеркела. Большое счастье, что мне удалось сбежать.
— О-о!.. — протянула сестра, переваривая услышанное. — Я так и думала, что рано или поздно они за тебя возьмутся. Не думала лишь, что настолько рано, — Шарли перевела дыхание, сурово поджала губы и только после буквально процедила: — Отец меня совершенно не удивил. Уверена, что он уже и деньги пропил, которые взял за согласие отдать тебя в жены.
И сказала она это с такой злостью и уверенностью, что я не решилась и слова вставить. Лучше все же перевести тему разговора.
— Все это позади. Я не вернусь больше в замок, — призналась я. Ребекке, возможно, я этого и не сказала бы, она не поняла бы. Бекка слишком ответственна и правильна, жертвенна даже. А Шарли… Шарли и сама в свое время провернула нечто, кардинально изменившее ее жизнь. — Сейчас моя дорога лежит на юг, а потом… потом будет видно. Но я лучше буду скитающимся наемным магом, нежели снова вернусь в каменный мешок, чтобы ублажать супруга, рожать детей и следить за хозяйством.
— Ну, начнем с того, что ублажать мужа — не такое и ужасное занятие… — хмыкнула Шарлотта. — Почему на юг?
— Так получилось. Обещала одной женщине, спасшей мне жизнь, кое-что. Слушай, ты слышала о других магах? Колдуньях.
— Ты о древних? — переспросила сестра. — Да. И ничего хорошего сказать о них не могу. Анна, если ты задолжала древней… подумай много раз, стоит ли отдавать этот долг. Они опасны. Это я точно знаю. Мне кажется, в магическом измерении что-то происходит. И не обошлось без древних.
— А что если… они пытаются сделать лучше? Вернуть магию, к примеру.
— Меня больше беспокоит, почему магию заперли? Что произошло такого, что магия начала исчезать?
Ее пыталась поглотить младшая из сестер. Вот что случилось. И если она не погибла, как мы знали из легенды о начале времен, то теперь, возможно, пытается вернуться.
А что если задача той странной сильной колдуньи связана с этим? Стоит ли вообще выполнять ее просьбу?
— В любом случае: что бы там у тебя ни происходило, взвешивай каждый шаг. Бессмертные не вмешиваются в жизнь смертных, не преследуя собственных целей. И будь осторожна на трактах. Одной даже с магией непросто. Или… ты не одна?
Начинается! Переход от второстепенного спасения мира к главному — делам сердечным — был настолько быстрым, что мне не удалось справиться с эмоциями. Я вспомнила полный восторга взгляд Рейма, улыбку и поцелуй, от которого в груди снова стало непривычно тесно.
— Ох… Анна! — моментально оживилась Шарли, присаживаясь напротив. — А ты, смотрю, не теряла время зря. Рассказывай, кто он такой и когда успел украсть твое сердце? И что между вами уже было? Ну же!
От такого напора я растерялась, покраснела и не смогла сразу даже слова сказать.
— Ты выдумываешь, — пробормотала я в ответ, отведя взгляд. — Ничего такого, что ты там себе напридумывала.
— Ну да… ну да… Анна, я тоже в свое время влюбилась. По самые уши. И не сразу это поняла. Поверь, это видно. В блеске глаз, в улыбке, в румянце на щеках. И я не отпущу тебя, пока ты не расскажешь мне все. Я обещаю не осуждать. И даже, если получится, — что-то да подскажу. Вот тут и будешь сидеть, как узница!
Зная нрав Шарлотты, — она действительно могла так со мной поступить. А это опасно. Потому что там, в библиотеке, в руках Рейма осталось бессознательное тело. И, наверное, теперь мне вдвойне неловко будет смотреть ему в глаза. Ведь он подумает, что я просто потеряла сознание… Ох…
— Я не знаю, что тебе рассказывать, — вздохнула я, заметив, как вспыхнули интересом глаза сестры, и понимая, что она действительно может осуществить свои угрозы. — Мы случайно встретились на тракте. Их маленький отряд предложил мне помощь, я согласилась. И… несколько раз он спасал меня, а я — его… Ну и… мы целовались вот как раз перед тем, как ты выдернула меня сюда.
Скудость рассказа вполне компенсировалась новостью о том, что Шарлотта испортила мне едва ли не самый важный момент в моей жизни. Ее лицо обрело такое выражение, словно она совершила ужаснейшее преступление. И, едва ли не впервые, я была с ней в чем-то согласна.