Непобедимый (СИ)

— А вы молодец, товарищ, — заметил он, а блокнотик опять исчез, словно по волшебству. — Какая у вас, однако, развитая социалистическая сознательность. Вы один справились с двумя грабителями, позвольте спросить?
Хм, вот как называется элементарная храбрость, оказывается. «Развитая социалистическая сознательность». Какой трендовый термин. Надо будет запомнить и потом козырять перед Степанычем, чтобы крыть все его возражения против моего участия в первенстве района.
— Один, — скромно подтвердил я, потупив глазки. — Немножко пришлось повозиться, но в конце концов, одолел их. Хорошо, что у них ножичков не оказалось. А то бы понаделали дырок.
Мы развернулись и пошли обратно к сторожке. Я так понимаю, лейтенанту требовалось поговорить с моими арестантами.
— Не каждый так сможет, — Коржов опять бдительно зыркнул на меня на ходу. — Вы дядю Жору сегодня заменяете? Недавно тут? Где служили?
Я покачал головой. Надо бы объяснить все милиционеру, а то он во мне уже заподозрил чуть ли не соучастника грабителей, хотя это абсурд, конечно же.
— Не, я не служил. Я студент, учусь на геофаке. Самбо занимаюсь, хотя тоже не так давно.
Коржов насторожился еще больше. Он походил на гончую, почуявшую след бурого мишки.
— А где секция? Я знаю, в ДК на Волгоградском есть секция. И в стадионе АЗЛК. И еще…
Мы подошли к моему уютному домику. Я открыл дверь и пропустил Коржова внутрь.
— В АЗЛК, конечно же. У некоего Олега Степановича, может, знаете ненароком?
Коржов впервые улыбнулся. Голова у него овальная и вытянутая, а нос крючковато выступал вперед. Похож на самовар. Когда он говорил с кем-то, то целил носом в лицо собеседнику. Толстые губы растянулись в нехорошей улыбке.
— У Степаныча, что ли? Так это же хорошо! Студент, говоришь? В каком институте? — он пожал мне руку. — Ты-то мне и нужен был! На ловца и зверь бежит. Как раз сегодня совещание проводили в райисполкоме, насчет усиления народных дружин спортсменами из борцов и боксеров. Я тебя беру. Степаныч и так наш, из «Динамо», так что тебе не отвертеться. Завтра приходи к нам, как раз все обсудим. Познакомлю с ребятами.
Минуточку, но я вовсе не собирался… Я хотел возразить, но милиционер меня не слушал. Бросился к телефону, позвонил в райотдел дежурному, чтобы решить, кого звать из своих.
Заодно передал номер грузовика, на котором третий участник шайки скрылся в ночи и потом в ожидании подмоги начал допрашивать задержанных. Те угрюмо отвечали и поглядывали на второго милиционера и на меня. Тот, который лидер, зловеще сказал:
— Ну, держись, студент. Мы тебе потом башку открутим, зуб даю.
Я усмехнулся.
— Милости просим к нашему шалашу. Только ты это, в следующий раз побольше корешей возьми, чтобы хоть какой-то шанс имелся.
Главарь опустил голову, потому что Коржов пихнул его в грудь. Он не собирался цацкаться с арестованными.
— На меня смотреть, я сказал. Кто вам наводку скинул про шины? На кого работаете? Ну, говори, а то хуже будет.
Не, мои клиенты уже тертые ребята, сразу видно. Их вот так, с разбегу на фуфло не возьмешь. Главарь замотал головой.
— Ничего не знаю, ничего не видел. Мы тут просто проходили. Чешет твой студент, на советских граждан наговаривает. Эй ты, слышь, мы с тобой еще встретимся! Я тебе… кхе-кхе…
Он запнулся, потому что Коржов снова ткнул его. Только уже ребром ладони под кадык, жестко, чтобы не мог говорить. Закашлялся, согнулся, замолчал.
— Ладно, — сказал Коржов. — Не хочешь по-хорошему, будет по-плохому. Мы с тобой в отделе поговорим. Скоро наши приедут, мы вас упакуем, как положено.
Я прикрыл глаза и отошел к диванчику. Вспомнил про вожделенную колбасу и соблазнительно ароматную тушенку в холодильнике. Эх, поужинать теперь еще долго не удастся. Поспать тем более. Но сейчас я обернулся к своим гостям в домике.
— Не желаете ли чаю, товарищи?
  
Глава 23
 
Не думал, не гадал
 
В семь утра затрещал будильник и я тут же, не открывая глаз, зашарил рядом по полу, разыскивая эту противно пищащую тварь. Как всегда в таких случаях, найти его невозможно.
 
Создавалось ощущение, что будильник нарочно убегает от моей руки, быстро ковыляя на двух заостренных металлических ножках, продолжая садистки трезвонить на весь домик. Я хлопал по деревянному полу, распугивая опилки, песок и пыль, и наконец нашел круглую железную штуковину.
Будильник продолжал тарахтеть, подрагивая в моей ладони. Я надавил на кнопку на макушке, заставив его наконец умолкнуть и подавив в себе желание шваркнуть его об стенку.
— Зараза, — глухо сказал я будильнику. — Ты не мог деликатно промолчать? Что за бесцеремонное нарушение моих личных границ.
Вот теперь, когда не надо, будильник молчал и нахально разглядывал меня через циферблат. Черные циферки по кругу создавали сходство с чертами лица, а стрелки напоминали грозно нахмуренные брови или густые усы, кому как нравится. В общем, неприятный тип этот будильник, любит поиздеваться над спящими и беспомощными людьми.
Ладно, надо вставать. Это с учетом того, что лег я только около пяти утра. Всю ночь мотался с милицией, они оформляли тут бумаги и осматривали место происшествия.
Вдобавок приехало высокое заводское начальство и тоже подняло шум. Сегодня-завтра склады должна проверять специально назначенная комиссия, потому что замдиректора справедливо заподозрил, что это далеко не первое хищение.
Хм, а ведь если действительно найдут пропажу, а в таких случаях недостачу всегда находят, то в первую очередь, козлом отпущения могут сделать сторожа. В данном случае, дядю Жору или меня.
Или третьего сторожа, Макарова, я его еще не видел. Правда, я тут работаю не так давно, так что меня еще могут не тронуть.
Короче говоря, много шуму поднялось. Надо же, какая жаркая выдалась ночка. А еще мне надо сегодня в универ на подготовку к госу и сходить на тренировку. Там пора прищучить Степаныча, ничего не знаю, пусть берет меня на районные соревнования.
Я вспомнил про Коржова, вчерашнего милиционера. Может, попробовать действовать через наши доблестные правоохранительные органы?
Они имеют доступ к «Динамо», те могут прислушаться к рекомендации МВД. Нужен кто-то высокопоставленный, способный взять на себя ответственность за выход на ковер человека без третьего разряда.
Да, поэтому придется еще сегодня заглянуть в райотдел, чтобы навести там мосты дружбы. В общем, дел хватает, куда запропастился дядя Жора, он сегодня должен заменить меня с утра.
Дожидаясь старика, я вскипятил чайник и выпил какао с сухим молоком. Хоть и искусственный концентрат, но гораздо вкуснее нашей пластики в двадцать первом столетии, там вообще сплошная химия.
Доел пряники, наслаждаясь тишиной майского утра. Собаки тоже дремали, сейчас их не видно и не слышно, они вчера умаялись, облаивая всех нежданных посетителей.
Дверь открылась, вошел дядя Жора, как всегда, попыхивая папироской. Поглядел на меня, пошевелив бровями, приподнял и опустил их.
— Что у вас тут случилось? — проворчал он, проходя в комнату. — Стоило мне уйти ночь, как тут поднялся такой шум. Что тут, говорят, чуть ли не ползавода разворовали, а ты от сотни грабителей отбивался голыми руками. Зам мне лично звонил, орал, как резаный, говорил, что под суд пойду, если чего найдут. Они там совсем сбрендили?
Я рассказал, что случилось. Дядя Жора похмыкал, отправился посмотреть опечатанный склад и вернулся, покачивая головой.
— Сами наворовали, сами теперь в штаны наложили. Ладно, иди, разберемся.
Я уже стоял наготове с сумкой в руке, потому что мне надо заехать во множество мест. Быстро попрощался и помчался с территории. Белка увязалась за мной и проводила до ворот.
Со складов я первым делом поехал домой, чтобы переодеться. Оттуда сразу в институт.
Дома никого нет. Оно и понятно, сейчас все на работе, соберутся только вечером. Только кошка дома, она встретила меня на пороге.