В Хризолитовом круге (СИ)

В конце концов Эйлин сказала:
— Всё! Объявляю дебаты закрытыми! На повестке дня — отдых и полуденный сон!
Нелли и Мелис засмеялись. Эйлин выбрала место, сплошь поросшее кудрявым мягким мхом, и улеглась на него. Шелест ветвей убаюкал её, да и Мелис, похоже, слегка утомился от праведных трудов. Только Нелл всё крутилась возле футляра с необыкновенной скрипкой. Веки Эйлин смежились.
  
Глава 8. Ведьмы и дружинники
 
Когда Эйлин открыла глаза, Нелли поблизости не оказалось. Эйлин походила взад-вперёд, не решаясь покинуть место стоянки, но Нелли не было нигде. Эйлин утешала себя тем, что она могла пойти напиться к роднику. Но время шло, а девочка не появлялась. В голове Эйлин теснились разные предположения, вроде нападения или похищения, но ведь саму Эйлин и Мелиса не тронули…
— Ну, объясни мне, Мелис, куда подевалась эта несносная девчонка? — ворчала Эйлин, тревожась за дочь.
Мелис только пожимал плечами. Очень скоро Эйлин получила ответ на свой вопрос.
Со стороны городка мчалась бледная, перепуганная Нелл, прижимая к груди скрипку.
— Мама! — бросилась она к Эйлин.
— Что случилось?
— Мама, я хотела только поиграть на скрипке, ну, знаешь, как уличные музыканты… нам ведь деньги нужны, как же дальше идти… А эти… Кричат: «Ведьма! Хватай её!»… а я убежала…
У Эйлин закружилась голова. Вот они, неприятности. Что же делать? Она взглянула на Мелиса — у того был совершенно растерянный вид. Ну-ну, защитничек…
— Они… видели, как скрипка светилась?
Нелли удручённо кивнула головой. На дороге послышались топот и крики.
— Убежать мы уже не успеем, — неожиданно обратился Мелис к Эйлин. — Может, драться? — и он поднял с земли суковатую палку.
Голоса преследователей стали слышнее.
— Вон она! Хватай ведьму! — кричали они.
Эйлин присмотрелась: в погоню отправилось около десятка крепких мужчин без печати интеллекта на лицах. Она ощущала их страх и тупую злобу.
— Уважаемые э-э-э, господа! Что вам угодно? — Эйлин выступила вперёд.
«Надо отвлечь их, договориться. Хотя бы попытаться», — думала она.
— Эй, ты! Эта ведьма должна предстать перед судом! — ответил рыжеватый мужичок с недобрым прищуром глаз. — Отдай её нам!
Мелис загородил собой Нелли, не выпуская палку из рук.
— Послушайте, с чего вы решили, что она ведьма? — вопросила Эйлин.
— А с чего ты решила, что мы, околоточные дружинники, будем тебе отчитываться? А ну, отступи в сторону!
Эйлин разъярилась:
— Сам отступи! Никто из вас даже тронуть её не сможет, потому что я этого не позволю! — и она повела в сторону Нелл рукой.
Сытое лицо Рыжего наливалось яростью.
— А ваша команда, — продолжала Эйлин. — Больше похожа на разбойников, уж больно дружно вы тут околачиваетесь, бездельники…
— Ты ответишь за это! — взревел Рыжий. — Хватай всех, ребята, и тащи к судье!
И Эйлин ощутила, что на неё накинули то ли сеть, то ли петлю аркана, и больше она не могла шевелиться. Сознание стало гаснуть, но она успела заметить, что вокруг Нелли и Мелиса воздух словно сгустился, и доблестные дружинники никак не могут до них добраться. А потом для Эйлин наступила ночь…
  
Глава 9. В городской тюрьме
 
Эйлин очнулась в очень странном месте. Низкий тёмный потолок, бревенчатые сырые стены, холодный земляной пол, крошечные окна с решётками — всё это производило угнетающее впечатление. «Похоже, местная тюрьма», — подумала Эйлин. — «Интересно, где Нелл с Мелисом? Их не должны были схватить…»
— Эй, ты, где ты там? Эй, как тебя, ведьма! — какая-то старушка настойчиво колотила своей клюкой по прутьям решетки.
— Это вы мне? — поинтересовалась Эйлин.
— Ну, тебе, тебе… Нешто здесь ещё ведьмы есть, кроме тебя-то?
Эйлин осмотрелась. Действительно, в помещении, кроме неё, никого не было. Наверное, все граждане здесь были законопослушными и ведьмовством не занимались.
Тем временем старуха просунула сквозь прутья какой-то свёрток.
— На вот, поешь. И чего ты с дружиной нашей не поделила?
 
— Спасибо, — Эйлин развернула пакет. Там оказался приличный кусок хлеба с маслом и сыр с непривычным запахом, но снедь была вполне съедобной.
— А чего это, бабушка, дружина ваша такая злая. Я-то сама не здешняя…
— Вот оно-то и видно, милая, — вздохнула бабка. — Не любят у нас пришлого народа, на то и дружина поставлена. Боятся, вишь, что предсказание о Чёрном Пришествии сбудется, вот и хватают всех подряд. Хотели-то вместо тебя девчонку привести, что утром на скрипке волшебной играла, да вот тебя схватили… А девочка так хорошо играла! Бабы наши собрались, слушали-слушали, плакали. А потом кто-то возьми и заметь, что скрипка светом зелёным засветилась. Крик-то какой поднялся, батюшки! Тут-то дружинники и понабежали.
— А ты, бабушка, что ж, не боишься ни скрипки светящейся, ни ведьмы? — полюбопытствовала Эйлин.
— Чего мне, старой, бояться? — бабка вдруг остро, по-молодому, глянула на Эйлин. — Да и не похожа ни ты, ни девочка та на слуг Тёмного Посланца. Другие вы. Только вот что скажу тебе: пусть выручают тебя, если есть кому. Времена нынче настают смутные, за колдовство сожгут тебя на закате. А тюрьму нашу ты не одолеешь — заговорённая она с давних времён, как раз для таких, как ты, Силой наделённых…
И старуха, круто развернувшись, заковыляла прочь. Растерявшаяся Эйлин долго смотрела вслед ей через решетку. Вот попала! Кто же придет её выручать? Эти дети, Нелли с Мелисом, сами бы в какую переделку снова не попали, а то — выручать. Внезапно она осознала: права бабка, сожгут её, как в средневековье, без суда и следствия. Эйлин попыталась мысленно сдвинуть с места брёвна, из которых были сложены стены тюрьмы, потом вытолкнуть из оконца решётку — безрезультатно. Она попробовала руками копать казавшуюся такой мягкой землю, но только обломала ногти, а вырытая с таким трудом ямка на её глазах вновь зарастала землёй. Эйлин пришла в отчаяние. Выглянув в окно, она поняла, что солнце (или что там им светит) клонится к горизонту, значит, жить ей осталось совсем немного.
— Да есть ли здесь хоть один здравомыслящий человек! — воскликнула узница.
Телепатически она пыталась дотянуться до людей, но ответом ей были какие-то ничего не значащие для неё обрывки мыслей. Вдруг она ощутила мысленное прикосновение.
— Помогите, помогите мне! В тюрьме… сожгут ведь… ни за что… — послала она мысленный сигнал.
И этот сигнал услышали… Надежда затеплилась в её душе. Увы! Лёгкое прикосновение исчезло, будто растаяло в пространстве. Эйлин уселась под окном и стала ждать.
  
Глава 10. Надо идти на выручку
 
В это время на опушке леса Мелис утешал, как мог, плачущую Нелли.
— Мы пойдём в город, к судье, а может, к самому градоправителю, — говорил он. — Мы напишем… Кстати, ты умеешь писать?
Нелли так удивилась, что перестала плакать.
— Конечно, умею!
— Ну вот, ты и напишешь… — Мелис осёкся на полуслове.
— Чего замолчал?
— Нельзя тебе показывать, что ты писать умеешь. У нас только самые знатные дамы грамоте учатся, а тут только подтвердится, что госпожа Эйлин ведьма, да и тебя обвинят тоже.
— Ну ни фига себе! — возмутилась Нелл. — Так у вас тут что, все женщины безграмотные?
— Да и многие мужчины тоже, — со вздохом признался Мелис. — С некоторых пор детей почти перестали учить. Боятся, наверное, что прочтут старинные манускрипты, вызовут Тёмных Посланцев, а то и кого похуже. А может, наоборот, ждут Посланцев, хотят Вечное Древо погубить, а народ неграмотный молча всё стерпит…
— Ну и дела у вас тут творятся! Ладно, тебе повезло, что мы тут появились, надо маму мою найти, а потом мы со всеми разберёмся! — воинственно заявила Нелл. — Ну-ка, пошли к этим твоим судьям и градоправителям.
Мелис был рад, что Нелл снова стала похожа на себя, задиристую и ершистую девчонку, поэтому делиться с ней своими страхами не стал. Он очень боялся, что их появление в городе, где Нелл так «удачно» сыграла на скрипке, может оказаться фатальным для Эйлин, боялся, что кто-нибудь узнает Нелли и её тоже схватят. Но больше всего он боялся не успеть. Чего не успеть — он не понимал, но чувствовал, что времени у них мало.