Часовщик (СИ)

Десятка два студентов разделись догола и с криками помчались в воду. Причём, среди них были не только парни, но и девушки.
— Слушай, они серьёзно поверили в эту историю с купанием голышом? — удивилась Мира.
— Как видишь!
— Ребята, вот вы где! — к нам присоединились Кеша с Валиком, лишив ещё парочки поцелуев. — А мы вас искали весь вечер.
— Кеш, надо было развлекаться и отдыхать, а не проводить поисковые работы, — решил подколоть друга.
— Да ладно! — смутился парень. — Как вам посвящение?
— Всё было очень хорошо, — ответила Мира и поцеловала меня в щеку.
Нашу гармонию в одно мгновение разрушили вспышки проблесковых маячков и голос в громкоговорителе, который пронёсся по всему порту:
— Полиция Мурманска! Всем оставаться на своих местах! Вы задержаны за нарушение общественного порядка.
  
Глава 8
 
Последствия
 
— Ходу!
Потащил Миру за собой и направился к самому краю порта. Если и есть место, где нас не будут ждать, так это у самой кромки воды. В любом случае, соваться к выходу неразумно. Мы пробежали метров сто, когда на нас сверху рухнула рыбацкая сеть, придавив к земле.
— Григорьич, я ж говорил, что сюда непременно кто-то сунется! — ухмыльнулся один из стражей порядка и вышел из укрытия. — Ты погляди, сразу четверых накрыли.
— Полиция Мурманска! — громко и отчётливо произнёс другой мужчина. — Капитан Репин. Рекомендую не дёргаться, молодёжь, иначе ещё и сопротивление полиции припишем.
Нет, меня такой вариант вообще не устраивает. Время назад!
* * *
Прежде чем бежать, я прикинул варианты. Выходы с порта контролирует полиция, тут даже сомнений быть не может. По кромке воды не выберемся. А если обратно на корабль? Допустим, они проверят теплоход, но есть вариант уйти от преследования по воде. Конечно, можно было остаться и попытаться доказать свою правоту. Тем более что ничего противозаконного мы вроде как не совершали, но очень большая вероятность засветиться в хрониках и попасть под горячую руку. А оно нам надо?
— Ходу! — потащил Миру за собой, а Кеша и Валик последовали за нами.
Пришлось пробиваться сквозь толпу студентов, хаотично бегущих куда глаза глядят. У многих явно не было плана, и они скоро добавятся к списку задержанных. Участники голого заплыва бежали к берегу в надежде отыскать одежду и скрыться, но их судьба точно была предрешена, а вот мы ещё могли побарахтаться.
— Арс, ты уверен, что спрятаться на корабле — хорошая идея? — остановила меня Мира.
— А мы не будем прятаться. Доверьтесь мне, я знаю что делаю.
На теплоходе должны быть спасательные шлюпки, иначе судно не выпустят в плавание. Странно, что нас не предупредили об этом, когда мы поднимались на корабль. Сейчас я хотел воспользоваться одной из этих шлюпок, чтобы покинуть порт и причалить чуть ниже по течению.
Искать долго не пришлось — две спасательные шлюпки находились с противоположной стороны корабля. Таким образом, «Арктика» закрывала нас собой от глаз полиции. Я сорвал брезент с одной из шлюпок и услышал недовольные возгласы оттуда. Какая-то парочка решила уединиться в шлюпке и накрылась брезентом, чтобы им никто не мешал.
— Пардон!
Вернул брезент на место и направился к другой шлюпке. Только бы там никого не оказалось! Чисто!
— Сюда!
Пока друзья грузились в шлюпку, я задумался на счёт судьбы той парочки. Всё, что нужно, они уже успели, а оставаться им здесь пусть и безопасно, но режим они всё равно нарушат — комендантша закроет вход в общагу, и до утра им в комнату уже не попасть.
Постучал по борту лодки и произнёс достаточно громко, чтобы меня услышали:
— Ребят, на берегу полиция лютует, так что не торопитесь покидать своё убежище. Конечно, если не спешите вернуться в общагу.
— Спасибо, братишка! — послышалось из шлюпки. — Мы со Златой переждём и заночуем у меня.
Ага, местный. Значит, мне не о чем беспокоиться, и я могу спокойно выбираться отсюда. Спустить шлюпку на воду оказалось делом двух минут. К счастью, я интуитивно понимал как это делается, и особых навыков это не потребовало. Пока полиция была занята ловлей студентов на берегу, мы скрывались по реке. Грести особо не пришлось — течение и так быстро уносило нас в сторону, проблемой стало только пристать к берегу. Вот для этого и пришлось взяться за вёсла.
 
От порта мы отплыли все метров на пятьсот и выбрались на скалистый берег. До города пришлось идти пешком, а там поймали такси, на котором добрались до академии. К счастью, нас было всего четверо, и мы поместились в одну машину. Уже возле входа на территорию академии я замер, вспомнив кое-что важное.
— Арс всё в порядке?
— Неа. Я Родю на корабле забыл!
Ключ от каюты всё ещё был у меня в кармане, но возвращаться обратно в порт не имело смысла. Остаётся надеяться, что парень будет спать непробудным сном, когда полиция будет осматривать корабль. Учитывая, что дверь закрыта, вряд ли они станут ломиться внутрь.
— Ладно, разберусь с этим завтра. Давайте по комнатам, пока ещё не стукнуло десять.
— Не торопитесь, дамы и господа! — на пути к общежитию появился лично ректор в сопровождении Колмыкина и двух охранников. — Мне уже доложили о происшествии в порту. Пройдёмте в комнату на серьёзный разговор.
Во второй раз за время пребывания в академии мы вошли в учебный корпус. Надеюсь, не в последний. Судя по тому, что здесь больше не было студентов, мы вернулись в академию первыми, что наводит на тревожные мысли. Неужели больше никому не удалось сбежать из числа тех, кто оставался на берегу?
Охрану с Колмыкиным отпустили встречать остальных студентов, а к Гронскому присоединился Платонов.
— Рассказывайте о своих похождениях! — приказал ректор, бросив на нас недовольный взгляд.
— А что мы?
Пока друзья не наломали дров, я первым взял слово. Если кто-то ляпнет лишнего, я не стану использовать талант, чтобы откатить время, иначе Гронский непременно меня засечёт, поэтому права на ошибку у нас нет, и каждое слово нужно тщательно взвешивать. От этого сейчас зависит не только моя судьба, но и будущее Кеши, Валика и Миры. Именно поэтому я не имел права на ошибку.
— В посвящении участвовали, забортную воду пили, кувалду целовали, а потом замёрзли так, что ни рук, ни ног не чувствовали и пошли домой. Да и время-то уже какое было — десятый час. Поймали такси и добрались до академии. Собственно, всё.
— Может, потому и не чувствовали ни рук, ни ног, что купались голышом? — вмешался в допрос Платонов.
— Да ну, Георгий Максимович, кто ж в своём уме в холодную воду полезет? Конец лета, да и мы не в Сочи.
Мой ответ заставил Гронского улыбнуться, а Платонов прочистил горло и покачал головой:
— Вот бы все так думали как вы, Чижов, тогда бы у академии и проблем меньше было.
— Ладно, вы четверо свободны, а я еду в полицейский участок. Мне уже сообщили о пятидесяти задержанных, — Гронский поднялся с места и направился к выходу, но затем резко повернулся и обратился к Платонову: — Георгий Максимович, будьте добры, останьтесь здесь на случай, если кто-то ещё из студентов вернётся в академию своим ходом.
Мы выходили из учебного корпуса, боясь даже дышать. Кажется, пронесло. С другой стороны, а что нам могли предъявить? Никто из нас не пил, был в трезвом виде, в общежитие успел вовремя, полицией задержан не был.
— Знаете, что меня смущает? — задумался Кеша. — А ведь полиция ждала, когда корабль причалит к берегу. Не могут они так быстро собраться в порту. Да и зачем?
— Хочешь сказать, кто-то их предупредил?
— Уверен. Нет, мы могли нарваться на патруль, но чтобы устроили целую облаву… Ты видел сколько их там было? Что-то мне подсказывает, что всё было спланировано заранее, и нас попросту подставили.
— Пообщаемся с Гараниным, когда его отпустят. Думаю, он может быть к этому причастен. А вообще, я понимаю, почему Гронский вне себя от гнева. Это мощный удар по репутации академии, которая ещё даже не начала работу.