Жена для виконта-отступника (СИ)

— Приехали, Лиз, — лицо Ричарда глядело на меня сверху. Он улыбался краешками губ, а глаза его в темноте блестели, как два антрацита.
За пару часов мышцы затекли, и поднялась я с трудом. Волосы растрепались, но к счастью в дорожной сумочке лежал гребень. С его помощью я наспех собрала боковые пряди и закрепила их на затылке. Не бог весть что, конечно, но иных вариантов не было.
Ричард выпрыгнул наружу. Послышался тихий всплеск, а следом такое же тихое ругательство.
— Здесь лужа прямо под ступеньками.
Из экипажа я шагнула прямиком к нему в руки, а оказавшись на твердой земле, увидела глухой забор и кованые ворота. Ветер дул нещадно, из чего стало понятно, что находимся мы посреди пустоши. В темноте я разглядела лишь черное поле, да острые верхушки деревьев, царапающие горизонт.
— Идем, — Ричард взял меня под руку, — смотри под ноги, тут полно ухабин, — предупредил он.
До ворот вдоль забора мы прошли не больше тридцати футов, но в темноте я все равно умудрилась наступить в пару глубоких луж. В левом сапоге противно хлюпала вода, а к подолу платья налипла грязь.
Наконец, мы дошли до ворот. За ними возвышалось здание, но определить его размеры не получалось — я видела лишь, что оно достаточно большое, больше Фитфилд-Холла, но до замка все же не дотягивало. От центральной части уходили в стороны два крыла, над многочисленными трубами клубился дымок, но почти во всех резных окнах было темно. Свет горел лишь в двух: большом стрельчатом на первом этаже и маленьком полукруглом на третьем. На мгновение показалось, что в нем за шторой мелькнул человеческий силуэт.
За открытыми воротами дежурили пятеро мужчин с факелами. Нас явно давно ждали. В дрожащем свете огня поблескивали закрепленные на поясах клинки. Когда мы подошли совсем близко, один из дозорных направился в нашу сторону.
— Приветствую тебя, Стенсбери, — он пожал Ричарду руку. — Мы ждали вас днем. Миледи, — он повернулся в мою сторону и учтиво поклонился. — Леди Элизабет, не так ли?
— Совершенно верно, сэр, — ответила я, протягивая ему руку для поцелуя. — Мое имя вам известно. Могу я узнать ваше?
Выглядел незнакомец лет на двадцать пять — тридцать. Уверенные жесты и дорогая одежда указывали на то, что он явно не был простым слугой.
— Роберт, — представился он с хитроватой, придворной улыбкой. За время обитания во дворце я повидала их немало.
Он казался очень воспитанным и обходительным, к тому же был весьма недурен собой, но я хорошо знала такой тип мужчин — при дворе их пруд пруди. Улыбаются, говорят комплименты и ловко кружат головы юным девам. Слава богу, что в свое время Эбигейл научила меня, как взаимодействовать с ними.
— Благодарю, что встретили, сэр Роберт. Это ваш дом? — во всяком случае, вел он себя как хозяин.
Ричард и новый знакомый посмотрели друг на друга и рассмеялись.
— Ну, что вы, миледи. Я всего лишь скромный гость, которому доверили честь встретить вас. Ну, пойдемте же.
Нас провели за ворота и далее по широкой длинной аллее, ведущей непосредственно к дому. Подойдя ближе, я поняла, что прогадала с размерами — это был вполне себе добротный замок.
По обеим сторонам дороги раскинулся ухоженный сад: даже сейчас, когда ничего еще не цвело и не зеленело, было видно, что о нем ревностно заботятся.
— Добро пожаловать в Хэррон-Хаус, — сказал Роберт, когда мы подошли к высокому крыльцу.
Из пустого холла нас провели в гостиную, где уже ждал накрытый стол и несколько слуг. В помещении царил мягкий сумрак — верхние свечи в канделябрах не горели, и единственным источником света был тлеющий камин высотой больше человеческого роста.
Несмотря на размеры и искусную архитектуру, замок удивлял скромностью, я бы даже сказала бедностью внутреннего убранства. Портьеры выцвели, облупившуюся мебель покрывали царапины, а немногочисленные гобелены на стенах поблекли. Когда-то здесь царили благополучие и роскошь: стол и стулья были выполнены из красного дерева, обивку дивана украшали золотые нити, а вытесанные из камня виноградные лозы по бокам камина могли сойти за произведение искусства.
 
Все было сделано добротно, но не устояло под натиском времени: из окон тянуло сквозняком, деревянные панели не стенах местами отсутствовали, открывая взгляду серый камень. И все же, судя по многочисленным коврам, безделушкам и самодельным украшениям, здесь отчаянно пытались создать уют.
Мы сели за стол. Ужин был скромный: жареное мясо, тушеная репа, мед и орехи. На потемневшем серебряном подносе источал аромат горячий хлеб. За день я почти не ела, и на запах нехитрой еды желудок отозвался ноющей пустотой. Однако, набрасываться на ужин в отсутствии хозяев было невежливо.
Ричард, сложив руки на груди, наблюдал за игрой огня в камине, сидящий напротив меня Роберт, лениво потягивал напиток из кубка, и время от времени бросал в мою сторону игривые взгляды. Справедливости ради, пошлости в них не было — скорее, он делал это по привычке флиртовать с любой оказавшейся поблизости женщиной.
— Будешь заигрывать с моей женой, сломаю нос, — спокойно предупредил Ричард и даже не взглянул в его сторону.
Роберт отхлебнул большой глоток и беспечно засмеялся.
— Ладно-ладно, — он вскинул руки в примирительном жесте, а затем хлопнул себя по ногам. — В драке ты, однозначно, победишь, — Роберт снова подмигнул мне, — хоть мне и сложно держать себя в руках, когда рядом такая женщина.
— Как и сложно придумать что-то оригинальное, — беззлобно улыбнулась я. — Предпочитаю необычные комплименты.
Ричард посмотрел сперва на него, затем на меня и усмехнулся. В комнате снова воцарилась тишина.
— А где же хозяин? — спросила я через несколько минут. — Он не поужинает с нами?
Может быть, мы и не бог весть какие именитые гости, но подобное поведение казалось откровенным невежеством. И вообще, согласно этикету, хозяевам надлежит лично встречать гостей по прибытии. На этой мысли я вспомнила свой приезд в Фитфилд-Холл. Ричард где-то пропадал, и моим размещением занималась Маргарет. Интересно, у них у всех так принято?
— Хозяйка сейчас спустится, — Роберт подкинул карманный нож и поймал его на лету.
— Хозяйка? — я удивленно посмотрела на Ричарда. — Уж не та ли самая, что шлет тебе письма?
Прежде, чем он успел мне ответить, в арке мелькнул черный силуэт, а миг спустя на свет вышла молодая женщина. На вид она казалась немногим старше меня, но, может быть, это лишь приглушенный свет сглаживал черты. Дама была невысокого роста и хрупкого сложения, что подчеркивало элегантное, но явно не новое платье из светло-зеленого муслина. При дворе этот наряд сочли бы весьма откровенным — приспущенные рукава оголяли острые белые плечи, а вырез порядочно обнажал грудь, стянутую тугим корсетом.
Доходящие до пояса рыжие волосы обрамляли не слишком красивое, но запоминающееся лицо. Кожа у нее была белая, как алебастр, брови и ресницы почти бесцветные, но глаза… Пронзительно-зеленые, блестящие, как влажные камушки, они пробежались по комнате острым взглядом и остановились на мне. Тонкие губы изогнулись в полуулыбке.
— Добрый вечер, — дама перевела взгляд на Ричарда, который встал из-за стола и поцеловал ее тонкое запястье. Странно, но я даже не испытала ревности. — А вы, должно быть, новоиспеченная леди Стенсбери? — женщина вновь обратилась в мою сторону. На сей раз более внимательно, цепко. Она без сомнения меня оценивала.
— Да. Я Элизабет Стенсбери. Ричард много говорил о вас, но ни разу не называл вашего имени.
Я в свою очередь так же оценивала ее. Неприязни она не вызвала, но, однозначно была себе на уме. Осанку дама держала безупречно, походка и жесты источали мягкую кокетливость, но глаза смотрели жестко, хоть и без враждебности.
— Это не удивительно. Но вот вы здесь, и я рада нашей встрече, леди Стенсбери. Мы с вами уже встречались однажды, очень давно, но, вижу, вы меня не узнали. — Она улыбнулась, на сей раз тепло.
Ее слова сбили меня с толку. Я смотрела в ее лицо, но не узнавала, она даже не казалась мне знакомой. Если только когда-нибудь в детстве… Но даже тогда у меня почти не было подруг, а тех, что имелись я помнила по именам.