Несносная невеста ректора академии драконов

Герцог стремительно побледнел.
– Это какая-то ошибка… я не давал своего согласия, – хрипло вымолвил он и, нервно сглотнув, потянулся за чашкой с ароматным корсианским чаем.
Виктор фальшиво улыбнулся.
– Я видел подписанное согласие, отмеченное родовой печатью своими глазами. Полагаю, Мэй не сильно-то стремится выйти замуж и решила взять жизнь в свои заботливые руки, – иронично произнёс он, хоть и давал себе зарок не потешаться над таким честным и открытым драконорожденным, как Ральф Асвид.
… только годы, проведённые на военной службе, а потом и в стенах Драгхара на должности ректора оставили свой неизгладимый след. И без того непростой характер Виктора испортился окончательно, став скверным.
– Ты же не думаешь, что я специально устроил это с целью одурачить тебя? – недоумённо крякнул герцог, едва не расплескав чай.
Видимо, ему очень тяжело поверить в то, что его очаровательная и невинная, будто ангел, дочь решилась на обман. Не просто обман, на воровство родовой печати.
Виктор был готов проститься с тысячью флоров, только бы увидеть, как нахалку накажут. Но… сейчас у него совершенно иные цели.
– Вам нет никакой выгоды дурачить меня, ваша светлость, – учтиво произнёс он. – Тем более таким образом.
Герцог поставил чашку на блюдце и взволнованно облизал губы.
– Тогда… могу я рассчитывать, что ты не примешь заявление моей глупой дочери? В знак нашей многолетней дружбы…
Виктор бесшумно втянул воздух носом. Он бы хотел отплатить герцогу добротой на добро, но… речь шла о его будущем. Один неосторожный шаг, и он потеряет несмышлёное, но безумно упрямое белокурое создание.
«Я и так тянул до последнего…» – подумал, успокаивая себя и свою не вовремя проснувшеюся совесть.
– Вы знали моего отца, господин Асвид… и были моим наставником в период становления. Вы помогли мне не «сгореть» от силы драконорожденного и даже ваша супруга была добра ко мне… Я был бы рад заверить вас, что не допущу поступления Мэй в Драгхар и верну её домой, но…
– Что «но»? – глаза герцога обеспокоенно сверкнули.
– Но я не могу… – глухо вымолвил Виктор и виновато улыбнулся. Вполне искренне. – Я знаю, как вы боитесь потерять дочь, и у вас есть все основания переживать за её судьбу, но… мы не можем быть уверены, что беда не случится с ней дома. На улице, в саду, на обычной прогулке. Беда, ваша светлость, подстерегает не только на факультете алхимиков… – лицо герцога побагровело от едва сдерживаемого гнева, и он поторопился закончить свою пронзительную речь, которая вышла не такой уж и пронзительной, как хотелось бы. – Если бы вы слышали Мэй во время собеседования, вы бы всё поняли…
Герцог шумно сглотнул, вытащил из нагрудного кармана платок и утёр им лоб.
– Но ты же ректор… как же твоя репутация? Ты по-прежнему намерен жениться на моей непутёвой дочери?
Виктор едва заметно облегчённо выдохнул. Герцог не спешил хвататься за сердце, да и затевать драку вроде не собирался, что несказанно радовало. Драться с будущим тестем такое себе удовольствие…
– Я намерен набраться терпения и вам советую, – произнёс осторожно. Взял чашку и отпил восхитительный жасминовый чай. – Увидев Мэй в зале приёмной комиссии, я понял, что она ещё не готова выходить замуж, а услышав её речь, я осознал насколько она серьёзна в своём стремлении стать алхимиком. Надавим на неё сейчас и сделает только хуже… Вы лучше других знаете свою дочь, ваша светлость. Она и маленькой была своенравна, всё делала по-своему. Вспомните хотя бы её страсть к стрельбе из рогатки? – многозначительно напомнил Виктор, не скрывая лукавой улыбки.
Герцог непроизвольно усмехнулся.
– Ты прав… – печально вздохнул он. – Я всё время забываю, в кого моя дочь пошла характером. Точная копия Люсильды… – он задумчиво пожевал губу, но, кажется, наконец смог оправиться от шокирующего известия. – Если сейчас поднять шумиху вокруг фальсификации согласия, то я нанесу ущерб и своей, и твоей репутации. Ничего хорошего из этого не выйдет. Более того, если верну дочь домой… она снова сбежит. Но на этот раз я могу потерять её навсегда…
 
«Слава Мудрой Эллене… это оказалось не так сложно…» – облегчённо подумал Виктор и поспешил направить мысли герцога в нужное русло.
– В академии ваша дочь будет под моим надёжным присмотром, я смогу позаботиться о ней и тем самым отплатить вам за доброту.
Герцог грустно улыбнулся.
– А после того, как Мэй выпустится? Кто за ней присмотрит?
– Я, – уверенно произнёс Виктор. – Ведь всё ещё собираюсь жениться на ней. А в академии у меня будет больше возможностей получить расположение невесты и её согласие на брак. Нет желания принуждать Мэй, пусть сделает свой выбор самостоятельно.
Взгляд герцога заискрился весельем.
– А если моей дочери приглянётся какой-нибудь одарённый адепт?
Губы Виктора растянулись в хищном оскале.
– Будьте уверены, ваша светлость… Я не оставлю Мэй и шанса выбрать кого-то другого…
Герцог приглушённо рассмеялся.
– Тебе уже за тридцать, а ты всё такой же юнец, Виктор. Не зря говорят, что драконорожденные взрослеют гораздо медленнее обычных людей.
– Мы и живём дольше, – не растерявшись, парировал Виктор.
– Твоя правда, – согласился герцог, вернув себе непринуждённый собранный вид. – Но меня волнует один момент… Если честно, я не ожидал, что предложение жениться на моей непутёвой дочери поступит именно от тебя.
Виктор вопросительно вскинул бровь.
– Почему же, ваша светлость? Я произвожу впечатление не очень серьёзного и надёжного мужчины?
Герцог хитро улыбнулся.
– Вовсе нет. Но разговоры… ты не подумай, что я слушаю сплетни, но в высшем свете вокруг твоей персоны множество разговоров. Слышал, от приглашений на приёмы отбоя нет? Кажется, каждая уважающая себя аристократка Флорарии мечтает заполучить тебя в мужья, но ты выбрал… Мэй? В чём подвох?
Виктор усмехнулся в кулак.
– Ваша светлость, вы говорите так, словно Мэй из низшего сословия или из семьи наёмников. Разве она не дочь герцога из древнего рода?
Герцог неожиданно вздохнул.
– Не пойми меня неправильно… Как ты верно заметил, я безумно дорожу своей дочерью и мне бы не хотелось… чтобы ты женился на ней из-за чувства долга передо мной или каких-то корыстных соображений, если говорить прямо. На самом деле, я всегда желал для дочери самого лучшего, ведь сам женился по любви. По очень большой любви, друг мой…
«Удивительно, что именно этот человек верит в любовь…» – усмехнулся про себя Виктор.
– Я прекрасно понимаю ваши сомнения и тревоги, но вы же дали своё согласие на наш брак, – красноречиво заметил он. – Я лишь могу заверить вас, что никогда не обижу Мэй, не причиню ей вреда. Причина, по которой я выбрал её… несколько личная и может показаться вам смехотворной. Я бы не хотел выглядеть полнейшим дураком в ваших глазах… – уклончиво произнёс Виктор.
– Хорошо, – сдался герцог. – Пусть Мэй лучше учится в Драгхаре под твоим присмотром, чем сбегает из дома и шатается неизвестно где и неизвестно с кем. Но Вик… – проникновенно вымолвил герцог, вмиг перевоплотившись. В глубине голубых глаз сверкнуло алое пламя силы драконорожденных. – Я доверяю тебе свою дочь и не позволю над ней насмехаться. Если твои помыслы нечисты… то лучше откажись от своей затеи сейчас.
Виктор непринуждённо усмехнулся.
– Вы были рядом в самый сложный период моей жизни, обидно, что я всё ещё не заслужил ваше доверие… – Герцог даже бровью не повёл, тогда Виктор продолжил. – Вы, наверное, запамятовали… но я приходил к вам и раньше. Три года назад. Когда Мэй только достигла брачного возраста. Тогда вы сказали мне, что не хотите спешить с замужеством дочери и желаете дать ей возможность насладиться свободой, подурачиться. Верно? Это ведь были ваши слова?
Герцог неуверенно кивнул, подозрительно сощурившись.
Виктор ухмыльнулся.
– С того момента мои намерения не изменились. Я всё так же хочу Мэй… сделать своей супругой, – исправился он, осознавая, что едва не позволил истинным чувствам прорваться наружу. – Будь мои помыслы нечисты, как вы выразились, я бы сильно спешил, но я готов ждать столько, сколько потребуется.