Путь Малфоя (СИ)
С этими словами опускаю себе на голову корону, и под дружное «Да здравствует король» в исполнении сперва лишь наёмников, а затем и присоединившихся к ним многих из гостей, усаживаюсь на обновлённый Железный Трон. Когда же шум немного поутих, пришло время судить непричастных, карать невиновных, награждать бесполезных…
«Что-то меня начало заносить», — отмечаю мысленно, быстро проверяя свои щиты разума (мало ли, вдруг кто-то на них давит).
Первым делом солдаты убрали тело Роберта, завернув его в кусок бархатной ткани. Всё же он был в общем-то неплохим человеком, в особенности по меркам этого мира и времени, так что заслуживает нормальных похорон.
Следующим действием снимаю путы с Баристана Селми Отважного, которого быстро разоружили и поставили на колени перед троном. Впрочем, он и не сопротивлялся, по всей видимости, уже смирившись с произошедшим.
— Почему, дядя Баристан? — спрашиваю негромко, смотря в глаза старого мужчины. — Ты был вернейшим из людей моего отца… ты был верным соратником моего брата… Так почему же, вернувшись в мой дом, я увидел тебя у подножия трона врага семьи, которую ты клялся защищать?
Удивительно, но мне действительно было больно осознавать, что один из тех людей, которые заботились обо мне в тот период, когда нынешний я был живой куклой без собственной воли… просто взял и переметнулся на другую сторону (вот оно — уродливое лицо рыцарства). Даже то, что Селми не отправился вслед за Дарри, чтобы помочь принцу и принцессе, не так обидно (всё же в последний раз он видел меня ещё до пробуждения), но вот то, что Белый Плащ оставил свой цвет, сменив хозяина…
— Молчишь, — вздыхаю и повысив голос приказываю: — Баристан Селми, ты признаёшься виновным в предательстве и нарушении клятвы охранять семью короля. В наказание за своё преступление ты должен отправиться на Стену, чтобы искупить свою вину служением всему Вестеросу, как его защитник от северных варваров. Ты принимаешь своё наказание?
«Скажи «нет» — и я просто тебя убью», — взглянув старику прямо в глаза, транслирую свои мысли сразу в голову рыцаря.
— Принимаю, — каким-то неживым голосом ответил командующий королевских телохранителей. — Могу я просить о последней милости?
— Просить — можешь, — отвечаю мужчине, всё ещё стоящему на коленях. — Но я не могу обещать, что исполню твою просьбу.
— Сохраните жизни детей и брата Роберта, — склонив голову, попросил старик.
— Я не стану их убивать, — прикрыв глаза на миг, вновь устремляю взгляд на рыцаря. — Слово короля. А теперь — ступай…
Следующим ко мне подвели Ланистера, который даже сейчас умудрялся выглядеть наглым… пусть и бросал взгляды на сестру и племянника.
— Я не буду говорить, что ты предатель… — задумчиво стучу волшебной палочкой по ладони. — В определённой степени ты — герой, который спас сотни тысяч жизней.
Волна недоумения, пронесшаяся по тронному залу, сконцентрировалась вокруг тронного возвышения. Сам лев широко распахнул глаза, даже забыв о том, что должен меня ненавидеть. Всё же от кого он признания подвига не ожидал, так это от меня.
— Однако сколь бы ни был благороден твой порыв (ну или труслив, так как ты тоже сгорел бы в огне), но он не отменяет нарушения клятвы, за которое ты должен был надеть чёрное… либо лишиться белого, — заклинанием затыкаю уже собравшегося что-то произнести Джейме, из-за чего он бесшумно открыл и закрыл рот, так и не издав ни звука. — По законам чести, ты достоен высшей меры наказания…
— Нет! — закричала Серсея, попытавшись броситься к брату, но была остановлена моими воинами. — Прошу вас, ваше величество!..
«Хм… Она так за мужа не переживала. Ну да ладно», — поймав взгляд женщины, посылом магии заставляю её замолчать (ментальный удар, создающий эффект дезориентации в пространстве).
Помню, в моём прежнем мире у маглов были сказки про принцев-принцесс, превращённых в лягушек, которые основывались на развлечениях древних волшебников, которым не угодил кто-то из простецов. Почему бы и мне не поступить схожим образом?
— Я — милосердный король, Джейме, — награждаю Ланистера улыбкой. — И без того много крови уже пролито. Но и оставить тебя без наказания я не могу, а потому…
Новая волна шока, подкреплённого охами, ахами, руганью и молитвами (благородных господ уже не останавливает даже присутствие солдат рядом с ними и клинков в непосредственной близости от их тел). Вызваны же они были тем, что перед тронным возвышением теперь находился не поставленный на колени человек, а… златогривый лев, выглядящий крайне шокированным.
Трансфигурировав ошейник (строгий, с шипами на внутренней стороне), поводок и намордник, приказываю воинам увести преступника в соседнее помещение.
«Забавно будет увидеть его реакцию, когда он поймёт, что может говорить. Это ведь не анимагия, а всё та же трансфигурация. Только к сожалению для Джейме, поцелуя принцессы будет категорически недостаточно для того, чтобы вернуть истинный облик».
— Пожалуй, часть королевского леса стоит превратить в заповедник… для моих новых питомцев, — киваю стражнику, который поспешно подвёл следующего Белого Плаща.
* * *Стоит ли удивляться тому, что оставшиеся Белые Плащи после моей маленькой демонстрации единогласно изъявили желание вступить в Ночной Дозор, чтобы тихо и спокойно гонять дикарей на севере? Когда же Безликие привели Мастера Над Шептунами, носящего прозвище «Паук», проняло уже и лордов: я превратил его в настоящего паука, потом раздавил и убрал при помощи чистящего заклинания.
Правда, плох тот король, которому служат только из-за страха (мой здешний отец это доказал). Поэтому следующим ко мне привели Мейса Тиррела…
— Лорд Тиррел, вы всегда были верны моему отцу… — задумчиво смотрю на отчаянно потеющего мужчину. — Готовы ли вы служить мне столь же преданно?
— Да, ваше величество; несомненно, ваше величество, — зачастил мужчина, хватаясь за соломинку, на самом деле являющуюся рыболовным крючком.
— Оголите правое предплечье и протяните руку, — приказываю Мейсу, который пусть и со страхом, но достаточно расторопно выполнил приказ. — Нарекаю вас, Мейс Верный Тиррел… Первой Рукой императора Вестероса.
С этими словами создаю заклинание, по своим свойствам похожее на метку Волдеморта, но проявляющуюся в виде изображения головы дракона (Таргариен я или кто?). Тут же верховный лорд Простора начал активно потеть и покраснел, ну, а чтобы от него не воняло, мне пришлось поддерживать чистящие чары, пока проклятье делало свою работу.
Чем хороши проклятья? В отличие от обычных заклинаний, их можно наложить на жертву и забыть, так как они сами себя будут поддерживать, за счёт внутренних резервов организма. Мейс пусть и не сильно жирный, но весьма полный мужчина, у которого есть лишний вес, который можно пустить на развитие мышечной массы (уже существующие мышцы увеличиваются за счёт дополнительных ресурсов).
— Служите верно, Верный Мейс, и моя щедрость будет велика, — разрушив проклятье, оставляю ошеломлённого мужчину осматривать себя…
«Не греческий бог войны, но тоже сойдёт», — мысленно хмыкаю, замечая, как лицо Тиррела становится крайне счастливым.
— Мой король, вы можете рассчитывать на меня и мой род, — склонил голову в низком поклоне вассал, оценивший неожиданные перспективы по достоинству.
Ну, а дальше был конвейер: кто-то присягал с готовностью, заверяя в своей верности, ожидая такого же подарка, какой получил владыка Простора, а кто-то превращался в зверей и отправлялся дожидаться своей участи. Последними были королева, её старший сын и двухлетняя дочь, ставшие львами, после чего были отправлены к дяде.
Пришлось незаметно использовать собственноручно сделанные накопители и эликсиры, чтобы восстановить силы и продолжать шоу. А ещё через три часа при помощи парных портключей в тронный зал начали прибывать Безликие, захватившие лордов, леди, и других влиятельных людей Семи Королевств…
(2)