Пьющие ветер
Стоя на крыльце, прислонившись к одному из столбов, Люк глядел на открытые ворота. Он часто заходил в дом, чтобы посмотреть время на часах, а потом снова выходил. Его нижняя губа местами кровоточила, и он регулярно проводил по ней языком. Когда он увидел вдалеке силуэты братьев, то сбежал по ступенькам и бросился к ним. Ничего не сказал, просто попросил пойти за ним. Матье, слишком уставший за день на работе, отказался. Марк же предложил поговорить в его комнате, но Люк возмутился:
— Я вас вообще редко о чем-то прошу.
— Куда ты нас ведешь? — устало спросил Матье.
— Сами всё увидите!
Люк побежал вперед, братья последовали за ним. Они дошли до реки, но не на виадук, и направились к броду. Матье нервничал все больше и больше. Люк остановился на противоположном от взрыва берегу. Кровь засохла на его губах, и он повернулся к братьям с выражением печали на лице.
— Что ты хочешь нам сказать? — спросил Матье, желая побыстрее покончить с этим.
— Вы бы мне ничего не сказали, если бы я не застал вас в тот день, так?
— Мы не хотели докучать тебе этой историей.
Люк прикусил губу, и снова появилась капелька крови.
— Это больше похоже на то, что вы мне не доверяете.
— Что ты, конечно, доверяем...
— Нет, не доверяете, потому что я идиот.
— Мы никогда не считали тебя идиотом, — сказал Марк.
— Я уже и не знаю, верить ли вам.
— Мы больше не будем ничего от тебя скрывать, обещаю.
— Правда?
— Тебе не нужно было приводить нас сюда, чтобы сообщить нам это, — сказал Матье.
— Нет, нужно!
— Ну, раз теперь все ясно, мы можем вернуться?
— На самом деле нет, ничего не ясно.
-- А что еще случилось?
— Линч приходит сюда каждый день... Сегодня утром я видел, как он наклонился, чтобы что-то поднять... Я был слишком далеко, чтобы увидеть, что... Вон там, — сказал Люк, указывая на корни сосны.
Матье бросился к дереву, затем встал на четвереньки, чтобы осмотреть землю у подножия.
— Что за чертов идиот, вот я идиот,—повторял он.
— Что случилось? — спросил Марк.
Матье поднялся на ноги.
— Я и не подумал поднять гильзу, вот что обнаружил Линч.
— Ну а как он узнает, что это ты?
— Это не самый распространенный калибр. Когда я купил ружье, мне пришлось зарегистрировать его в оружейном магазине. И на гильзе есть мои отпечатки.
— Вероятно, ты не единственный, у кого тут есть такое ружье.
— Кто знает.
— Сейчас у Линча нет ничего, кроме гильзы, из которой можно было бы подстрелить кролика.
— Я знаю его, он этого так не оставит.
— Не паникуй, мы подготовимся, раз уж теперь все знаем, — сказал Марк, положив руку на плечо Люка.
— Я буду продолжать наблюдать за Линчем, — сказал Люк.
— Хорошо, но будь осторожен, чтобы он ничего не заподозрил.
— Я самый осторожный в мире.
Матье уже не слушал братьев, представляя себе самое худшее.
На следующий вечер Люк вернулся домой позже братьев. Они были дома, дед уже сидел в конце стола. Мать готовила еду. Люк взглянул на Матье, затем на Марка, после чего снова вышел. Братья последовали за ним. Люк провел их за тополя у края тропинки.
— Узнал что-нибудь? — нетерпеливо спросил Матье.
Люк на мгновение развел руками, как будто хотел поймать все необходимые слова.
— Я следил за Линчем целый день, как и планировал. — Он помолчал, чтобы успокоиться и собраться с мыслями. — Утром он пошел к Самюэльсонам выпить кофе. Сидел у окна и читал газету. Часто смотрел на часы и время от времени выходил на улицу. Новости его вроде и не интересовали. Он в последний раз посмотрел на часы, а потом встал.
Я последовал за ним. Он отправился прямо к торговцу оружием. На двери висела маленькая табличка. Он подошел, чтобы прочитать, что там написано. Попытался открыть дверь, но та была заперта.
Он долго стоял и смотрел на улицу. Прошел какой-то парень, и Линч спросил его о чем-то, но тот, похоже, ничего не знал. Линч явно злился. — Люк снова сделал паузу. Усмешка исказила его лицо. — Думаю, он всех ненавидит. Вы помните, как наша мама говорит, что добрый Господь поместил всех на землю с определенной целью. Я не думаю, что насчет Линча это была хорошая идея, или, может, он не так хорош...
— А потом, что он сделал потом? — спросил Матье, прервав размышления брата.
— Ушел. Я приблизился к двери магазина, там был такой бумажный циферблат, стрелки которого остановились на цифре пять. Я последовал за Линчем до работы и остался ждать. Церковный колокол зазвонил в полдень. Линч снова вышел на улицу. Вернулся к Самюэльсонам. Перекусил и снова прочитал газету, не знаю, дочитал ли. Я смотрел на него, а сам чертовски проголодался, но не хотел, чтобы он меня заметил, у меня все равно не было с собой денег. Когда я слишком голоден, начинаю думать о чем-то более важном, чем еда, и голод проходит. На тот момент это было не очень сложно. — Люк опустил руки, и его плечи тоже опустились.
— Продолжай, — сказал Марк.
Люк оставался в таком положении еще несколько секунд. Он потер щеки, сильно надавив на них, и кровь прилила к коже.
— Когда Линч закончил есть, он вернулся на работу. Вышел только во второй половине дня. Сразу же отправился в оружейный магазин. На этот раз магазин не был закрыт. Я подошел к краю окна. Из-за солнца сначала я мог видеть только свое отражение, поэтому прильнул носом к стеклу, положил руки по обе стороны от глаз, и внутри стало все видно. Сначала я заметил целую кучу пистолетов и ножей. А потом Линча, он показывал небольшой прозрачный мешочек с гильзой внутри. Хозяин попытался взять мешочек в руки, но Линч ему не позволил и только держал так, чтобы тот мог его хорошенько рассмотреть. Хозяин магазина уже не пытался выхватить мешочек и быстро пошел за какой-то тетрадью. Линч положил мешочек обратно в карман рубашки. Достал из пиджака блокнот. Пососал кончик карандаша. Продавец принялся перелистывать страницы своей тетради. Когда он время от времени останавливался, указывая пальцем на страницу, Линч начинал записывать. Я посчитал количество раз — хватило пальцев на одной руке, без мизинца. Продавец закрыл тетрадь. Линч перечитал то, что записал у себя в блокноте. Похлопал по карману, где лежала гильза. Странный такой жест. Линч выглядел довольным. Убрал блокнот в карман пиджака.
Я быстро спрятался на другой стороне улицы. Когда Линч оказался снаружи, он не ушел сразу, а постоял перед окном с выставленными пистолетами, оглядываясь по сторонам, как будто оказался в какой-то глуши. Приподнял шляпу и положил руку на рукоятку своего пистолета. Возможно, он хотел выглядеть как ковбой где-нибудь на Диком Западе, но на самом деле он не был на него похож. Я не думаю, что он когда-нибудь будет похож на ковбоя, как бы ни старался. Может, у меня голова и дырявая, но в его блокноте наверняка найдется имя, которое нам не нужно, верно?
— Хорошая новость заключается в том, что есть еще три имени, — сказал Марк.
— Я не так оптимистично настроен, как ты, — ответил Матье.
— Ты от ружья избавился?
— Да, но пока гильза у Линча, мне не по себе.
Люк пристально посмотрел на Матье, как будто только что что-то понял, затем снова собрался с мыслями.
— Я еще не закончил, — сказал он.
— Что еще? — спросил Матье.
— Я продолжил следить за Линчем, поэтому и вернулся домой только сейчас. Он отправился обратно на работу. Долго там сидел, потом вышел на улицу. Провел рукой по одежде, но на ней не было ни пылинки. Пошел быстрым шагом. Остановился на Джойс-восемь и постучал в одну из дверей. Открыла девушка. Он снял шляпу. Девушка стояла на лестничной площадке и не впустила его, или он не попросил об этом. В любом случае Линч, похоже, не настаивал. Казалось, ему было удобно смотреть на девушку с нижней ступеньки лестницы. Он часто смотрит на людей снизу вверх. Девушка не выглядела ни счастливой, ни несчастной, когда у ее дома стоял этот тип, которого она, должно быть, не пригласила зайти. Он что-то говорил, я понял это по его шевелящимся губам. Я был слишком далеко, чтобы что-нибудь услышать. Ее губы тоже шевельнулись в конце, когда он снова надел шляпу и провел пальцем по ободку. А потом ушел. Девушка странно смотрела ему вслед. Она не выглядела счастливой, видя, что он уходит, и я решил, что это не потому, что он уходит, а скорее потому, что он может вернуться. Могу поспорить. Мне очень хотелось пойти и сказать той девушке, чтобы она поостереглась, но я должен был оставаться невидимым, я должен был следить за Линчем.
