Конфеты. Том 3 (СИ)

Но с нюансами. Сила во многом идёт из артефактов.
Я стал оглядываться по сторонам, исследуя округу. А в следующий миг бой практически повторился, но теперь я поймал ожидаемую цель.
— Привет, Снежинка, — произнёс я, улыбаясь, словно паук пойманной бабочке.
— Снежинки в твоих мозгах, я Снег… Слишком долго заставляешь себя ждать! Конфеты кончились! — Произнесла девушка, лишённая и тени зелёного цвета на коже, а теперь, когда её аура не была погашена, всю округу заволакивала алая дымка.
Ух-ё, надо валить? Меня сейчас изна…
— Ну не при детях же, — успел выдавить я, отправляя лентами первую жертву из этого слоя и создавая завесу.
— Восемнадцать мне, не отвертишься уже, ты обещал! — произнесла девушка, а я и не подумал сопротивляться. Наоборот: инициатива должна быть у мужчины!
  
Глава 15
 
«Топка снега» продолжалась далеко не так долго, как хотела бы моя плоть.
Как только я лишился невинности по магическим законам, что привело к зарождению маленькой жизни, произошло три события.
Я осознал, что профукал некоторые варианты печатей.
Снег в один миг утратила алые оттенки страсти в своей ауре, и её кожа вернула нормальный зелёный оттенок.
Теперь на меня смотрели не влюблённые глаза с поволокой, а несколько скучающий взгляд с нотками оценки и скепсиса.
— И долго ты ещё будешь во мне? Сделал дело — разбежались. Вытащи! — возмутилась жена.
— Вот это перепад атмосферы, — усмехнулся я.
— Никакой не перепад. Это для моего вида норма. Теперь я должна заботиться о потомстве, — проворчал мой ангелок, которого я не выпускал из объятий. — Так что отпусти! Разрешаю воспользоваться для утех одной из этих шлюшек, которых ты называешь няньками.
— Зачем они мне? Мне достаточно тебя.
Последовало несколько ударов сначала по моему телу, затем всё орочья мощь скопилось во лбу моего зелёного чуда, и та ударила мне в нос.
Я лишь улыбнулся.
— Не страшнее кошачьей лапки, милая. Я временно стал несколько слабее, но это ничего не значит, что слабее тебя, — произнёс я и стиснул в объятиях её куда сильнее. Максимум, что мне казалось безопасным уровнем. — Можешь вырываться, можешь капризничать ударами мне по носу, это ничего не изменит. Но боль я не люблю, — я повернулся к её уху и добавил. — Повторится вне тренировок — никаких конфет и крови, да и отлучу от тела своего на век.
— … ты и так должен мне сладостей за три года! Если бы не моя сила воли, я не знаю, чтобы я могла сотворить. Возможно, даже изменила бы! У тебя есть кровный родственник, я начала думать о том, чтобы напасть на него и испить его крови! — Выпалила Снежинка.
— Кровь? Ну, в крайнем случае, можно. Пожалуй, убивать его не стану, — пробормотал я. — Это не измена, это так, требования обстоятельств. Не знал, что его кровь подойдёт. Измена это…
Я начал объяснять кое-кому на ухо значение и возможную кару.
— Что? — возмутилась Снег. — Да я бы не подпустила никого, кто слабее меня к себе! Это оскорбительно. Даже помри ты, я бы лучше с голоду померла и в огра превратилась, чем позволила бы подобное!
— Вот мы всё и решили, — заявил я, но даже не подумал выпускать добычу из рук. Как же хорошо. Надо в следующий раз лучше контролировать тело и продержаться дольше. Для этого тела это было впервые,
— Я настаиваю, чтобы ты оприходовал как минимум Ту Лу, — через минуту заявил мой миленький орк.
— Хренушки.
— Ты не понимаешь! Она точно влюблена в тебя, как я. До беспамятства! Если она после этого переспит с кем-то другим, это значит, что ты не лучший!
— Похрен.
— Это нужно не тебе, это нужно мне!
— Всё равно похрен. Могу максимум доставить ей удовольствие воздушными лентами, но моё тело принадлежит только делу любви с одним существом на этом свете. И это ты. Станешь огром, всё равно будешь ты. Помрёшь, найду некромантов, которые будут тебя оживлять до бесконечности или умрут сами, если не смогут подобное провернуть. Изменять не стану даже ради любви с тобой. Всё просто.
— … 
— А раз уж она так меня любит, приставим её нянькой к нашим с тобой сыновьям. Они станут взрослыми, а она бесконечно юная и достаточно красивая, так что кто-то в ней найдёт свою любовь. Но не я, — заявил я.
 
Дальше было очень много слов на тему того, что я гад и бросил супругу с оравой детей, которых пришлось обучать, а там ещё и интернат оказался, о котором она не была в курсе, где ей так же пришлось передавать знания…
В общем, жалоб было много. А вот дальше началось хвастовство:
— А потом на Империю полезли орденские маги, я вмешалась и разнесла их всех! Как ты и говорил, они такие слабые, если видеть их волшебство и стихии! Я этому научила наших детей и водила их в северные Края учиться!
— Как я и думал, никто сильный на нас не пошёл из Конфедерации Государств, — кивнул я. — Ты молодец. Ладно, пошли, приготовим конфеты, а затем повторно познакомишь меня с детьми. Теперь им можно показать что-то большее, чем просто магическое зрение. Кого ты обучала кроме Свайи?
— Грелку, у неё склонность к огню выше, но пространство ей тоже подвластно. Эти две девчонки практически скопировали мои знания, но в бою они плохо ориентируются. В длительном сражении, если есть больше одной цели, они начинают теряться и совершать множество ошибок. Поэтому они пока не осилили кого-то сильнее гоблинов второго этапа эволюции, да и то один на один или два на два.
— То есть кроме орденов никто не лез? Как они нападали? — уточнил я.
— Небольшие отряды захватывали приграничные города, затем пытались создать ритуал для портала. Я это ощущала при помощи магического глобуса из огромного ядра пространственного монстра, который показал Феофан.
— Ясно.
Собственно этот артефакт был одним из очень важных, стоял в кабинете с Трёхглавым Столом, но мне он был безразличен. На нём отображалась активация только мощных пространственных дыр, а вылазки и прочее — нет.
Собственно хранители и нападения ордена имеют огромную историю. Иногда Российской Империи приходилось отступать вглубь территории под натиском многочисленного врага.
Затем были бои с участием хранителей или неких козырных карт. Противник, среди которого оказывались не только «орденоносцы», но и лучшие маги Европы, проигрывал.
В общем, скука. Я отступать и не подумал бы.
Измор врага мне понятен, но сейчас, очень похоже, что среди аристократов противника сильные волшебники не хотят рисковать, сражаясь с нами.
Расходными фанатиками из орденов пробуют найти слабость. Получается, идёт усиление и вложение средств.
До этапа, когда из Европы потянутся члены монархических династий, ждать долго. Надо профукать как минимум Москву.
Так что мне, чтобы сразиться с противником, придётся идти к нему домой, а не сидеть и выжидать.
Это во многом и было причиной, почему мне была нужна печать «Камень Разума», а за Снежинку я не боялся.
Во-первых, противник труслив и осторожен веками, сомнительно, чтобы он изменил тактику из-за меня в одночасье.
Во-вторых, Снег показала способности, которые уступали Феофану в масштабах и общей мощи, но позволяли выживать и убивать. Ну и у неё было, куда отступить. Остров Треугольника мог выдержать достаточно долгую осаду с интенсивными бомбардировками.
— Точно, совсем забыл сказать. Я привёз дракона, — вспомнил я, когда мы шли по коридорам замка.
— Ух ты! Вкуснятина? — воскликнула жена.
— Нет, живая. Ученица, — расстроил я мать своих детей.
— Тц, лучше бы мяса привёз. Моя наследственная память говорит, что ящеры очень вкусные! — возмутилась хищная орчиха.
— Она трусливая и разумная, — сказал я и отворил дверь, где из мешка торчало полголовы и озиралось кругом. — Будет халтурить на занятиях и работе по дому, можешь съесть. А так пусть живёт. Всё равно бесов и гоблинов утилизировать непонятно куда, а драконы ими лакомятся.
— Мама говорила, люди вкуснее, — нагло вякнула девушка-дракон.