Каменный трон (СИ)

— Амадеус, — голос Северина поднялся под свод зала, — Что ты творишь? Зачем тебе девушка?
— Просто хочу тебя немного просветить на счет прелестной леди Коборн, — по знаку Его Величества Морган отпустил меня и подтолкнул вперед. Северин сделал несколько шагов в мою сторону и неожиданно остановился. Его брови сошлись на переносице. Мне кажется, я и без всякой магии прочитала те мысли, которые сейчас вились в его голове. Он догадался, поняла я. А Амадеус только подтвердил его догадку.
— Леди Кейлин оказала мне небольшую услугу, когда я попросил ее присмотреть за моим старшим братцем. Сам понимаешь, королю не оказывают.
Я встретилась глазами с Норфолком. Он смотрел на меня сжав свои и без того тонкие губы. Взгляд холодный, с прищуром.
— Миледи была так любезна, что рассказала мне о том, где лежит камень и как ты его достаешь, когда он тебе бывает нужен, — Амадеус откинул назад светлую прядь, — Хотя нет, я выразился не правильно. Она просто рассказала мне тот случай с Генри, а то, что надо я додумал сам. Но ваша помощь, — тут он повернулся ко мне, — Неоценима, — взгляд величества скользнул по телам, замершим на полу, — Где-то тут лежит и наш дорогой Генри! Как же вовремя он подвернулся Моргану!
Король говорил, а я испытывала острое желание исчезнуть, просто провалиться сквозь землю…теперь я понимала, каково это, когда тебе стыдно. А мне было стыдно и страшно вдвойне. Я понимала, что сейчас думает обо мне принц, но не могла ни слова сказать в свою защиту или оправдание. Ведь я действительно шпионила за Северином и рассказала королю тот случай с Барраттом. Не поверит же он моим словам о том, что я отказалась и дальше следить за ним. А еще он точно не поверит, если я скажу ему, что он мне нравиться…И кажется, очень сильно…
Теперь слишком поздно.
Я увидела краем глаза алое пятно, движущееся ко мне. Элоиза приблизилась и протянула мне какие-то фото.
— Посмотри, — сказала она. Я бросила короткий взгляд на веер фотографий, где была запечатлена с Эдвардом. Вот мы с ним целуемся в пабе в городе, вот я сижу рядом с ним в обнимку в сквере. Вот мы у меня дома за столом… Я улыбаюсь на каждом фото и выгляжу счастливой.
— Леди Коборн невеста лорда Грэшема, их свадьба должна состояться через несколько месяцев, — Элоиза отошла от меня и направилась к Северину. Она остановилась в метре от него, швырнула фотографии ему под ноги, улыбнулась с искренним сожалением.
— А я была по крайней мере честна с тобой в качестве содержанки, — произнесла она, глядя на Норфолка, — А ты собирался променять меня на эту… — пренебрежение в ее голосе отчего-то даже не задело меня.
А Северин сверлил меня взглядом. Он едва посмотрел на злополучные фотографии, лежавшие у его ног и не видел замершую в ожидании Элоизу. Я видела, как зарождается в его глазах ненависть. Он молчал, ни словом не упрекнув меня, не закричав, не обвинив в предательстве. Он просто смотрел, но смотрел так, что мне захотелось, чтобы лучше он ударил меня, чем видеть это страшное выражение его лица. Оно стало холодным и отстраненным.
— Но я задолжал леди Коборн свою благодарность! — произнес король и сделал едва заметный жест Моргану.
— Больно, — подумала я удивленно и уронила взгляд на свой живот. Острое лезвие вышло наружу, заливая кровью ткань дорогого платья. Морган за моей спиной вытащил нож, и я упала бы на пол, если бы в последний момент меня не подхватил Коллум. Расписной свод закружился надо мной, и я рассеяно моргнула.
— Миледи! — в голосе Коллума я услышала сожаление. Оглядев меня, гном вскинул голову и произнес как приговор.
 
— Она умирает.
А я лежала на его руках, не чувствуя более ничего кроме острой режущей боли.
— Северин… — имя едва слетело с губ. Принц возвышался надо мной черной статуей. Ему никто не препятствовал приблизится ко мне. Норфолк мрачно смотрел на то, как вместе с кровью из меня вытекает остаток жизни, — Прости… — сказала я еще тише. Или мне показалось, что сказала.
Амадеус сделал круг вокруг нас с Коллумом, похожий на хищника, наконец загнавшего свою добычу. Казалось, сейчас он превратиться в дикого зверя, выпустит когти и разорвет мое тело, стонущее от боли.
— В этом зале нельзя пользоваться магией, — сказал король и заметил лукаво, — Ты сам постарался, Северин. А девчонка умирает. Сам знаешь, сколько времени у тебя есть, прежде чем случиться непоправимое. Или, тут у тебя есть выбор, ты можешь дать ей умереть или выйти под присмотром Моргана и вернуться с камнем. Я так понимаю, для того, чтобы достать этот камень тебе нужна магия?
Северин смотрел на меня, на мою рану. Коллум упорно зажимал ее своими пальцами и говорил мне, что все будет хорошо, а мне отчего-то стало смешно.
— Она была с тобой ради камня, она не любит тебя! — бросила во след принцу Элоиза, когда Норфолк уверенным быстрым шагом направился к двери. Последним, что я услышала перед тем, как умереть были его слова:
— Я лучше всю оставшуюся жизнь буду ненавидеть ее живую, чем только память о ней, — и мое сердце остановилось.
  
Глава 15
 
Мне казалось, словно я вижу все со стороны. Свое тело, склонившегося над ним Коллума, подбежавшего Норфолка…
— Она умерла, сир, — сказал гном. Я только сейчас обратила внимание на то, что мастер Коллум называет принца как короля.
— Еще есть время, — голос со стороны заставил меня посмотреть на говорившего. Амадеус с интересом наблюдал за своим братом. Северин достал из шкатулки, той самой, что я видела тогда в его доме, этот проклятый камень. Опустился рядом с моим телом на колени. Лицо сосредоточено, длинные волосы мешают, лезут в глаза, и принц отбрасывает из резким взмахом руки. Я увидела, как он приложил к моей ране камень, накрыл ладонью, так чтобы яркий вспыхнувший свет не пробился сквозь пальцы. Мгновение ничего не происходило. Коллум посмотрел на принца, в глазах гнома проскользнуло сожаление.
— Ну же, Кейлин, — заговорил Норфолк почти зло и тут что-то потянуло меня вниз.
— А-а! — закричала я, широко распахнув глаза. В животе скрутила в узел острая боль. Я согнулась пополам, уткнувшись лицом в грудь Северина. Он обхватил руками мое лицо и пристально посмотрел в глаза.
— Где камень? — Амадеус смотрел на меня во все глаза. Король впервые видел подобное. Ни один маг не мог оживить умершего и интерес на его лице был неподдельным.
— Северин, — прошептала я, но он медленно отстранился, поднялся на ноги. В его взгляде, устремленном на меня проскользнуло что-то странное. Он казался мне несколько удивленным, даже обескураженным.
— Камень, — требовательно проговорил король.
— Он у меня, — ответил Коллум и вытянул свою руку вперед. На ладони матово мерцал кристалл.
Его Величество поднял шкатулку и позволил гному опустить на бархат драгоценную ношу. Он несколько мгновений рассматривал то, что так жаждал иметь, затем спросил: