Главный наследник НЕ скрывает свою силу. Том 5 (СИ)

Бл*ть. Я ведь уже упоминал о том, что после последнего падения та была убитой?
Ну, вот, упомянул ещё раз.
— Первая пошла! — заорал Костя от окна.
— В смысле? — я стучал по клавиатуре, пытаясь сделать хоть что-то… но, похоже, прервать программу было не так-то просто. Уж точно не за пару минут.
— Обелиск! Один уже исчез… и второй.
Чёрт. Я на секунду замер, соображая. Ладно; все совершают ошибки, все натыкаются на непредвиденные факторы. Главное — быстро и без лишних соплей это принять и сменить курс. Так вот, смена курса в нашем случае будет такой…
* * *
Вот так-то лучше.
Скорость и ловкость самой Юкино и пробивная сила катаны — уже другое дело; может быть, это не гарантированная победа, но, по крайней мере, какой-то шанс на неё. Девушка использовала всё, что выучила за все годы в Драконьей Школе, всё, что впитала, будучи дочерью босса Якудза. Грохот, дым, шум, тряска, почему-то начавшиеся светиться Обелиски — она не обращала внимания ни на что из этого, атакуя и отскакивая раньше, чем Мидбосс успевал ударить в ответ.
Расклад переменился, и этим нужно было пользоваться, пока качок не приспособился к новым обстоятельствах.
— Эй, стой! — тот внезапно обернулся на шум. — Какого… что происходит?
— Дерись, а не болтай, — выплюнула Юкино; удар чёрной катаны оставил ощутимый след на скафандре Мидбосса — как и на том, что было под ним.
— Ты что, не видишь? Кто-то запустил Обелиски, они…
Удар.
Нечего отвлекаться в бою на посторонние вещи. Урок, вбитый в неё Рюдзин — даже если вокруг тебя рушится мир, продолжай сосредотачиваться на своей схватке, иначе проиграешь.
Мидбосс этого, очевидно, не знал. Вот тебе и развитый долгожитель с цивилизованных планет. Глядя, как глаза парня стекленеют, как он пытается вынуть клинок из собственного горла, цепляясь за него руками, Юкино хмыкнула.
— Обелиски. Ты ещё не понял, что мне плевать? Сам же сказал, терять мне нечего.
…красиво прозвучало. Последнее, что услышал умирающий мудак, киношная фраза…
Вот только — и теперь, когда мозг немного начал остывать после яростного боя, этот вопрос зашевелился с удвоенной силой — а правда. Что происходит с Обелисками?
* * *
Надёжно закрепив свой полученный трофей в подсумке, я метнулся к двери; Орлов, как я ему и сказал, следовал за мной.
— Движемся как можно быстрее! — повторил я на всякий случай. — И держись рядом со мной, практически вплотную. Надеюсь, мы успеем увернуться между порталами, но если не выйдет — лучше пусть нас кинет туда вместе, чем по отдельности.
Увернуться… вот же ж блин. Будь тут один, два, три портала — сделать это было бы легко. Но тут их слишком много, и они откроются слишком близко друг к другу. Один большой портал и маленькие прорехи; поди ещё увернись.
Варианты? Либо рискнуть и попытаться вытащить Юкино, либо оставить её и убираться прочь.
Пространство вокруг нас свистело; корабль снова начал крениться, колоссы Обелисков приходилось облетать за долю секунды, чтобы не врезаться. Вот, там внизу — Юкино, она уже заметила нас; вон порталы, Обелиски проваливаются в них один за другим; программа не продержит их долго, а панель управления я уничтожил — лишить Теонора его оружия было первоочерёдной задачей…
— Эй! — заорал я, устремляясь к Юкино. — Это мы! Хватайся за руку, быстро, нужно вытащить тебя, пока…
…портал, раскрывшийся за спиной девушки, вспыхнул белым цветком — и поглотил её, отправляя в вечную мерзлоту.
Вот блин. А так хотелось врезать наконец-то Теонору.
 Глава 22 
...всё происходило слишком быстро. Слишком ярко, слишком громко, путанно. Сюрреалистично, в конце концов. Единственное, что Юкино могла понять наверняка — это лишь то, что в схватке эмоций со здравым смыслом последний опять проиграл, и, наверное, Мидбосс был прав, ей было бы безопаснее не дёргаться, остаться на корабле…
Ну и к чёрту. Новый виток злости вспыхнул в девушке; пусть лучше она умрёт, стоя на ногах, чем останется жить, ублажая сального придурка.
 
Грохот, свечение Обелисков, кренящийся пол под ногами; это походило на светопреставление, и выжить Юкино особо не надеялась. Но и сдаваться — тоже; поэтому, заметив краем глаза, как в её сторону направляются две фигуры с реактивными ранцами за спиной, одетые в форму местных наёмником, она лишь стиснула зубы, и, стараясь не упасть, ринулась влево; нужно было выдернуть оружие из горла Мидбосса.
Фигуры что-то кричали, но что — было не разобрать в таком грохоте. Справа и слева вспыхивали белые провалы; труп мужчины провалился в один из них, Юкино попыталась увернуться…
А затем белизна настигла и её.
Всё вокруг было таким ослепительно белым и ярким, что Юкино зажмурилось; белизна, лютый холод и какой-то свист. Что это? Небытие? Тот свет? Какая-то странная космическая аномалия, вроде чёрной дыры в негативе?
И только спустя секунд тридцать звуки начали доноситься до её ушей.
Рядом звучал какой-то голос.
И этот голос звал её по имени.
— Какого?! Ты мне всё испортила!
…что?
* * *
— Какого?! Ты мне всё испортила! — взвыл я, взмахивая руками.
Порталы «жили» слишком короткий период. Открылись — вспыхнули — закрылись. Наверное, если бы не стройные ряды Обелисков, ещё как-то можно было бы попытаться вернуться обратно. Но… догнать Юкино, схватить её, облететь Обелиски… нет, я не успевал.
Не бросать же их с Орловым здесь.
Вокруг всё было арктически белым и холодным. Ну, теоретически. На практике скафандр исправно грел меня и Костю… а вот о японке такого сказать было нельзя; она буквально синела на глазах, стоя в сугробе в своих лёгких босоножках и коротких джинсовых шортах.
Но меня было не остановить. Что бы я сейчас ни испытывал по этому поводу, это было далеко не сочувствием, ой, не сочувствием.
— Теперь мы уже не вернёмся обратно! — я подходил к девушке всё ближе и ближе; та удивлённо уставилась на меня, прикрывая глаза рукой от яркого света. — И я не набью ему рожу!
— Й… йошида? — она изумлённо заморгала.
— Нет, блин, Санта-Клаус! — огрызнулся я, приподнимая забрало-маску.
— Знаешь, в таком пейзаже Санта-Клаус будет смотреться уместнее, — заметил Орлов. Он маску не поднимал — там, где мне с моей Силой холод не был страшен, он бы мигом отморозил лицо.
— Я ждал этого целых… — я застыл, прикидывая. — Целых… восемь дней!
Юкино уставилась на меня с выражением непонимания; затем начала оглядываться по сторонам. Похоже, она вообще ничего не понимала; тело девушки колотила крупная дрожь, но в то же время я заметил, как от него начали расходиться слабо различимые волны.
— На что поспорим, что ты попадёшь туда снова не позже, чем в такой же срок? — Костя снова попытался как-то разрядить обстановку. — Ну, или иным способом достанешь его. И, в конце концов, диверсия удалась — он остался без своего главного оружия.
— Ну хоть что-то хорошее, — всё ещё злой из-за сорванных планов по свиданию моего кулака с переносицей Теонора, буркнул я.
Волны вокруг тела Юкино стали явственнее; её кожа стала слегка-слегка светиться, точно накалилась, и вокруг её ног образовались на снегу две небольшие лужицы. Отлично, хоть что-то хорошо — не нужно думать, как не допустить её превращения в ледышку.
— Мы… где мы? — Юкино ошалело мотала головой; реальность запоздало догнала её, ударив пыльным мешком по затылку. — Это что… что это ещё за Хребты Безумия?!
Костя оглянулся на длинные ряды Обелисков, асимметрично раскиданных по заснеженной равнине.
— Да, действительно похоже, — согласился он.
Я поморщился. В памяти ничего не мелькало; похоже, девятилетний Йошида Распутин не добрался до этого сюжета. Чёрт, ненавижу это чувство, когда культурные отсылки проходят мимо меня.