Особое зелье

— Неудачно получилось! Лучше б у них утро было… — подытожил ситуацию Бизон. — Муся, ты хоть помнишь, куда идти?
— Да ну, я такие мелочи даже запоминать не хочу! — отмахнулся Муся. — Рассветёт, вот тогда и решим!
— Ещё бы знать, сколько до рассвета… — буркнул Эрин.
— Сколько бы ни было — всё наше! — отозвался рыжебородый, укладываясь прямо на землю.
Стоило ему закрыть глаза, как один край неба тут же начал светлеть. Игорь всё равно постелил спальник, но спать отправил Веру, а сам уселся на землю. В семействе Влада тоже уложили детей спать в телеге, да и сами, кто где, прикорнули подремать. А Василий и Андрей изо всех сил крепились, облокотившись на монумент, но заметно клевали носами.
Не спали только сам Игорь, Эрин, Растрёпа и Бизон. Нюхач расчерчивал защитные знаки вокруг монумента, а Бизон разводил костерок — как он сказал, для уюта. И когда пламя начало активно потрескивать, поедая собранный хворост, стало и в самом деле уютнее.
Солнце всходило над узлом медленно. Будто нехотя выбираясь на осколок неизвестного неба и смывая с него неизвестные звёзды. А туман понемногу отступал, давая рассмотреть всё больше подробностей.
Вокруг монумента раскинулся заросший травами и кустарниками луг. С одной стороны тянулась деревянная изгородь, опоясывавшая поле, на котором росли какие-то грибы в половину человеческого роста. А вдоль изгороди пролегала дорога, огибая луг с монументом.
С другой стороны от монумента виднелось совсем крошечное поселение, больше похожее на хутор, чем на центр узла. Это было скопление двухэтажных покрытых соломой домиков, которые явно сооружали, из чего придётся.
Поселение окружал деревянный частокол. Над печными трубами вились струйки дыма. А значит, местные жители уже встали и готовились к новому дню. Вскоре Муся шевельнулся, сел, потирая глаза и глядя на поселение. А затем громко предложил:
— Ну и шо мы тут сидим? Солнышко встало! Муся встал! Пора ногами двигать!
Остальные просыпались с тихим недовольным шёпотом. И, отчаянно позёвывая, готовились идти. Не прошло и десяти минут, как отряд наконец-то двинулся к домикам прямо через луг.
В селении их заметили. Ворота в частоколе приоткрылись, и навстречу вышел пожилой мужчина, который щурился, силясь ещё издали рассмотреть гостей. Наконец, он улыбнулся и весело крикнул на диалекте, распространённом в Мессампере:
— Моисей! Ты ли это, бродяга?
— Ну а кто же ещё, Бубан! Как твоё ничего?
— Слава Порядку, всё хорошо! А кто твои спутники?
Муся прямо на ходу начал всех представлять. Так что к моменту, когда отряд добрался до пожилого мужчины, можно было сказать, что знакомство уже состоялось.
— Что вас привело на наш скромный узел? — спросил Бубан, когда путники остановились.
— Дружище! Ты-таки не мог бы нам помочь? — не став ходить вокруг да около, спросил Муся.
— Ну, если это будет в моих силах, — согласился мужчина.
— Не мог бы ты временно приютить вот это достойное семейство и вот этих не менее достойных молодых юношей с ржавыми ружьями, пока мы поможем нашему другу Игорю в весьма опасном деле, которое надо выполнить очень-очень скоро?
— Ну почему нет? Было бы, чем оплатить постой! — кивнул Бубан. — Сейчас у нас свободно четыре дома для наёмных работников. Если вам ненадолго, то возьму по три серебряных грамма в день. Но!.. Только за первые десять дней!
Муся открыл было рот, однако Бубан погрозил ему кулаком, сразу предупредив:
— Не торгуюсь!
— Да шо же делается в этом мире, если люди перестали торговаться⁈ — возмутился Муся.
— Я и так сделал скидку по дружбе! — отмахнулся Бубан.
— О горе мне! — вздохнул Муся и посмотрел на Игоря: — Друг Игорь! Прости! Но мир стал таким жестоким, шо бедный Муся и на медяк уже не может цену скинуть! Короче, гони ему деньги.
— А если выйдет дольше, чем на десять дней? — поинтересовался тот.
— Ну, тогда по десять серебряных за каждый следующий день! — улыбнулся Бубан.
— Хорошо… Вот… — Игорь порылся в кошельке и вытащил шесть граммов золота. — Тут должно хватить на двадцать дней. Надеюсь, что мы успеем. А если нет…
 
— Я верю вам, Игорь! — отмахнулся Бубан. — Если не успеет — доплатите. А гарантом выступит Моисей.
— Так и будет! Так и будет! — согласно закивал Муся.
— Ну раз так, то гостей прошу проследовать за мной, — Бубан улыбнулся. — Или есть ещё что-то?
— Скажите, уважаемый Бубан, а вы не знаете, что такое бублюсы? — спросила Растрёпа.
— Отчего не знать? Знаю! Это одна из наших культур, которую мы продаём очень уважаемым клиентам в Мессампер, — ответил мужчина.
— А у них есть сердца? — уточнил Игорь.
— Да, очень сердечные растения… — кивнул Бубан. — А вам нужны их сердца?
— Мы готовы купить, если это возможно, — кивнул Игорь.
— Тут надо не ко мне обращаться!.. — покачал головой Бубан. — Ладно, заходите, познакомлю вас с старой Липаной… Она у нас бублюсами занимается.
Путники переглянулись и двинулись к воротам, которые при их приближении распахнули двое очень похожих друг на друга мальчишек. Бубан что-то сказал одному из них, тот засмеялся, и мужчина потрепал его по голове.
Внутри поселение было тем, чем и выглядело снаружи — просто хутор. Игорь даже подумал, что вообще непонятно, как местные здесь живут. Ведь, судя по густоте ночного тумана, порождения должны тут буйствовать регулярно.
Пока шли, Бубан указал спутникам Игоря на четыре больших дома, предложив выбрать приглянувшиеся. Андрей и Василий не стали отделяться от семьи Влада. Правда, вслед Игорю смотрели грустно, явно размечтавшись о приключениях. Вот только рисковать парнями никто не хотел.
Вскоре костяк отряда подошёл к аккуратному одноэтажному домику, около которого Бубан остановился и стал звать хозяйку. Та появилась на пороге спустя полминуты, вытерла мозолистые руки о передник и посеменила к гостям.
Липана была пожилой женщиной. Но вот росту в ней было за два метра. Да, годы безжалостно сгорбили её спину. Однако немаленький рост всё равно угадывался.
— Липана! Милая! Наши гости интересуются сердцами бублюсов. Есть возможность их получить?
— Шо? — высоким голосом спросила старушка. — Сердца? Не! Никак нельзя!
— Совсем-совсем никак? — уточнил Игорь.
— Не! — отмахнулась старушка. — Бублюсы сейчас молодые! Только посадила! Сейчас не подойти к ним!
— Так, может, мы попробуем? — спросил Бизон и расправил широченные плечи. — Мы же всё-таки герои!
— Да хоть боги, родненький! — отмахнулась бабушка. — А всё одно, бублюсы молодые и так просто помирать откажутся.
— Ну шо вы, уважаемая! Мы что-нибудь придумаем! — поддержал Бизона Муся. — За любой испорченный бублюс мы-таки даже заплатим! И даже не из кармана друга Игоря, а из своего!
— Да! Хоть бы попробовать! — покивал Бизон.
— Ну пойдёмте, попробуете… — кивнула старушка и засеменила к воротам.
— Идите за Липаной! — посоветовал Бубан. — Она всё покажет.
Сам он при этом посмеивался так, будто вот-вот случится что-то весёлое. Но вслух, видимо, не хотел комментировать — иначе сюрприз не удастся. Игорь обратил на это внимание и даже хотел предупредить Бизона с Мусей.
— Не надо! — попросила его Растрёпа, едва он открыл рот и ускорил шаг. — Хочу на бублюсы посмотреть. А эту парочку ни одна холера не возьмёт.
Отряд, возглавляемый теперь уже старушкой Липаной, вышел из хутора и двинулся к краю узла. Путь оказался неблизким. Пришлось пройти три больших поля. Однако на все вопросы Липана отмахивалась и отвечала, что уже скоро.
За последним полем виднелась лесополоса. А уже за ней обнаружился высокий частокол, который уходил в стороны и скрывался за поворотом. В заборе имелись двери, одну из которых Липана и приоткрыла.
— Ну что, кто хочет добыть сердце бублюса? — посмеиваясь, спросила она.
Муся и Бизон гордо выступили вперёд.
— Ну тогда, родненькие мои, слушайте! — начала наставлять их бабушка. — Видите красные шарики? Это бутоны! Потом они подрастут! А пока они ещё маленькие. Но сердце у бублюса — оно в корнеплоде. Надо вытащить весь росток. Значицца, вы за стебель под бутоном хватайтесь и тяните!..