Страницы истлевшей жизни (СИ)
Она подошла к руберу, так назвал его Антибиотик, стараясь пересилить себя и рассмотреть монстра в деталях, на предмет выявления слабых мест. Но казалось, их совсем не было. Странного вида голова, похожая на морскую раковину, защищена костяными пластинами, как и верхняя часть спины. Тварь лежала на животе, и Артемиде пришлось напрячь все силы, чтобы перевернуть ее на спину. Грудь и шею тоже защищала костяная броня, на руках длинные когти и костяные шипы, а двойной ряд острых зубов в огромной пасти внушал неподдельный ужас!
— Да, такую тварь хрен пристрелишь! — присвистнула охотница. — Наверное, этот тип зарядил в него двойным выстрелом в упор? — предположила она и, собрав все силы, снова перевернула его на живот, чтобы разделать споровой мешок.
Провозившись, минут десять с костяными наростами, Артемида добралась до странного нароста на голове твари и вскрыла его ножом. Внутри покоились целые грозди непонятных шариков: серых и совсем непонятных, похожих на спрессованный желтоватый сахарный песок и какая-то янтарная масса, похожая нити с утолщением в виде паутины. Всего их было пять первых, четыре вторых. Охотница выгребла содержимое и убрала в карман маскхалата.
— Ну, что друг, пора прощаться. Как-то мне не хочется тут задерживаться на открытой местности, — она в последний раз глянула на изуродованное тело Антибиотика, отхлебнула еще живчика и поспешила убраться отсюда назад в деревню, чтобы затаиться в одном из домов и наконец-то узнать, что же написано там, в дневнике. Но не тут-то было!
Слишком поздно Артемида услышала голодное урчание. Она вскинула карабин и приникла к прицелу. Метров в двухстах, со стороны деревни на нее неслось пять штук человекоподобных тварей. Они не были такими, как тот, что валялся подле растерзанного Антибиотика. Скорее как тот, которого она убила в доме, только ноги гораздо крупнее и сильнее и местами сохранившаяся одежда. Выстрел! И первая тварь, что бежала впереди упала. Охотница уяснила жизненный урок, что бить надо наверняка в голову и теперь проявляла все свое мастерство охоты. Перезарядка, выстрел, и еще один мертвяк валится с ног, но она явно не успевала перестрелять их всех, поэтому начинает пятиться назад, на ходу перезаряжая оружие.
Дистанция сокращалась прямо на глазах, и Артемида била, уже почти не целясь: еще два мертвяка встретили свою окончательную смерть. Но вот последнего она снять, ни как не успевала, поэтому отбросила бесполезный сейчас карабин и достала нож из-за пояса. Сто семьдесят миллиметров булатной стали готовились встретить человеческую плоть. Набрав дикую скорость по человеческим меркам, тварь прыгнула на нее, распластавшись в полете и вытянув руки к вожделенному мясу. На грани фантастики Артемида отреагировала мгновенно, она отступила на шаг в бок, пропуская тварь мимо себя, и с силой вонзила свой нож прямо в затылок монстру, нанося удар от правого плеча к низу влево. Мертвяк рухнул на землю и засучил ногами в смертельной агонии. Охотница вытащила свой клинок и вскрыла споровой мешок. Пусто!
— Ну, и дела! Да, такое только в кино возможно. Или этот мир меняет меня или страх за жизнь делает невозможное? — Артемида поразилась до глубины души своим действиям, и это добавило ей только новых вопросов, ответы на которые так и покоились в дневничке мертвого Антибиотика.
Но путь в деревню теперь был заказан! А вдруг там еще есть эти твари? Поэтому Артемида решила побыстрее убраться с этого открытого поля подальше и найти тихий уголок. Но есть ли он в этом странном и жутком мире, где правят бал кошмарные твари, которые произрастают из таких же людей как она. Или она и такие люди как Кощей, Сиплый и Антибиотик особенные?
Эти и другие вопросы Артемида прокручивала, раз за разом в голове пока кралась через поле невысокой пшеницы, стараясь, стать незаметной, и слиться с окружающим миром. После боя не на жизнь, а насмерть голова вновь разболелась, а тело пробивала слабость. Охотница не забыла уроки Антибиотика и хлебала живчик, как только останавливалась, чтобы оглядеться. И двигалась она к лесу, в родную стихию. Всего-то ничего километров пять не больше, но боевое безумие спало, и страх за жизнь вновь стал пускать свои корни. А как говориться: Страху в глаза гляди, не смигни, а смигнешь — пропадешь.
То, что это мир состоит из отдельных кусков ее родного мира, Артемида поняла только сейчас, когда вышла к границе поля и леса. И снова картина поразила ее до глубины души. Ровная, без каких либо изгибов и выступов начиналась полоса лиственного леса. Могучие дубы и клены перемежевались с маленькими березками. Охотница вошла в лес и почувствовала себя в своей стихии. Страх отступал на задний план, уступая место раздумью. Необходимо было найти тихое местечко, чтобы перекусить, зарядить оружие и прочесть дневник.
Охотница умела отлично читать следы, различимые только ею, и сейчас она шла по едва различимым зарубкам на деревьях. Этот язык охотников вел ее в избу в этом лесу, где усталый охотник или путник всегда найдет пристанище для отдыха. И сейчас Артемида молилась всем богам, чтобы там не встретить очередного мертвяка. Бродила она около трех часов, стараясь не издавать ни единого звука, кто знает каких монстров таит в себе этот лес, пока не вышла к староватой, покосившейся избушке.
День клонился к закату. Сгущающиеся сумерки скрадывали очертания леса и ее самой. Это было ей на руку! Артемида стояла метрах в десяти от спасительного укрытия и прислушивалась, но все было тихо. Затем она подкралась к двери и припала к ней ухом. Нет! Ни единого звука, девушка облегченно выдохнула и хотела открыть дверь, как услышала легкий шорох. Она отскочила от двери и вскинула карабин, сделала еще пару шагов назад и случайно наступила на сухую ветку. В тишине леса этот треск показался громче взрыва, а из-за двери донеслось какое-то шевеление и проклятое голодное урчание.
— Твою же мать! — выругалась она сквозь зубы. — Ну, уж нет! С тобой я разберусь по-тихому. Ведь если бы ты был той тварью, тем рубером, то уже давно бы раскидал эту избушку по бревнышкам! — шептала охотница сама себе, чтобы решиться убрать оружие и пойти на врага честной сталью.
Артемида выхватила кинжал и толкнула дверь избы. Отскочила на два шага и приготовилась нанести удар. Но страшный монстр не выпрыгнул на нее. Вместо него из избы выполз истощенный мертвяк. Он попытался встать и дотянуться до вожделенной плоти, но не смог! Охотница облегченно выдохнула и без тени сомнения убила это существо. Затем она втащила его внутрь, чтобы не оставлять на улице и не привлекать внимание к своему убежищу.
— Придется тебя потесниться дружочек! — Артемида брезгливо повела плечами, но делать было нечего, и другой ночлежки тоже не было.
Беглый осмотр избушки выявил лишь огарок свечи на окне, полбутылки водки и два стакана на столе. Голый лежак и настенный шкафчик с грязной посудой.
— Что же ты за охотник такой был неряшливый? — в том, что этот мертвяк был именно охотником или лесничим Артемида поняла сразу по одежде.
Не медля больше ни секунды, она оттащила мертвое тело в угол, подперла столом дверь и уселась прямо на пол, прихватив огарок свечи. В ее рюкзаке было все, что нужно ей сейчас, кроме драгоценной воды. Девушка достала спички и зажгла свечку, затем перекусила одной из трех банок консервов. Холодная еда сейчас показалась пищей богов, а несколько глотков живчика только улучшили самочувствие, но он заканчивался, и приходилось беречь драгоценную жидкость. Потом перезарядила оружие, дополнив обойму недостающими патронами, и теперь настала очередь дневника.
Она с трепетом достала из кармана маскхалата "священную книгу" и открыла первую страницу. Неровные, корявые буквы складывались в отдельные предложения, которые прольют свет истины для нее одной.
"Здорово свежачок! Считай, тебе повезло держать эти записи в руках. Авось выживешь, если правильно применишь эти знания. Постараюсь изложить все четко и кратко. Твой крестный, Антибиотик!", — гласили первые строки, и Артемида принялась читать дальше.