Русская война. 1854. Книга 4
Никто не знал.
* * *Сижу на холме, смотрю на спящий Константинополь. Огромный красивый город, чьи миазмы добираются даже до столь отдаленной окраины. Рядом сидит Степан. Ночь… Снова время его отборным ребятам показать себя, и сегодня я иду вместе с ними.
– Может, надо было сесть на корабли и поплыть дальше вместе со всеми? – казак не боялся, а просто спрашивал.
Понимаю его. Мне и самому непривычно от осознания того, сколько вокруг врагов и что будет, если они все разом навалятся. Хотя… Что будет? Будем отступать. Но это если они соберутся, а мы постараемся не дать им такой возможности.
– Если бы уехали, турки бы захватили обратно все свои крепости. Ты же видел, там со стороны суши никаких укреплений, как раз на такой случай… И все, в следующий раз так легко подобраться уже не получилось. Так что надо держаться, пока наши не возьмут еще и проход в Эгейское море.
– А что турки могли бы сделать, чтобы нас остановить?
– Войска бы подтянули, деньги вложили не во взятки, а в пушки… И это еще не самое печальное. Боюсь, после такого Англия с Францией могли бы продавить султана на введение своих военных контингентов в проливы, а это было бы хуже, чем поражение.
– Кстати, в Пере стоит английское посольство, – Степан кивнул на ближайший к нам район столицы. – Владимирцы говорят, что видели флаг. Его сняли, чтобы не привлекать внимание, но дом они приметили.
– Если сегодня получится, то и к ним тоже наведаемся.
Рядом с нами опустилась огромная черная тень. «Адмирал Лазарев» готовился принять на свой борт десантную партию для самой дерзкой авантюры, какую только можно было придумать, но я еще сомневался. Провести «штурм дворца Амина» с нашими силами было возможно. Конечно, не настоящий «Шторм 333», но захватим дворец, пленим султана, а после этого можно будет подать сигнал Рудневу и Квицинскому, чтобы подтягивали войска. И все. У Турции не останется выбора, кроме как признавать поражение и выходить из войны.
Вот только в этом плане было столько рисков… Именно поэтому на общем совете мы его так и не приняли. И я бы даже не вспомнил о нем, если бы не Михаил. А вот и он. Великий князь, четвертый сын Николая, тоже пожелавший стать частью операции, незаметно подошел к нам.
– Спасибо, что решились, Григорий Дмитриевич, – он пожал мне руку. – Я понимаю, как это опасно. Но столько русских жизней можно спасти сегодня одной-единственной атакой, и мы просто обязаны попробовать.
В этом он прав. Сколько жизней можно спасти… Да, надо пробовать!
– Грузимся, – кивнул я Степану, а тот махнул рукой своим головорезам.
Глава 3
Степан проводит последний разбор перед высадкой. Перед нами макет, на котором неизвестным мастером в масштабе вылеплен дворец султана или Топкапы, Пушечные ворота. Название очень простое – каждый раз, когда повелитель Османской империи куда-то выезжает, должна выстрелить пушка.
– Внутри дворец состоит из четырех дворов, – напомнил Степан. Повторение никогда не бывает лишним. – Главные ворота или ворота Повелителя, Баб-ы Хюмаюн. За ними самый большой двор, куда могут пройти просители, янычары или иностранные послы. Считается, что все эти люди выступят живым щитом перед любым возможным вторжением.
– Но мы туда не пойдем! – подал голос кто-то из моряков.
Вообще, изначально Степан хотел набрать к себе в десант только казаков, но я это социальное расслоение пресек на корню. Сказал, чтобы проводил конкурс и брал лучших. Меня обозвали Сперанским в погонах, но все сделали, и удачно вышло. Моряки оказались лучше в использовании ракет и других технических новинок, казаки были впереди всех, когда доходило дело до рубки. Одни прикрывали других, и это делало отряд лишь сильнее.
– Правильно, мы не пойдем во внешний двор, – кивнул Степан. – Но вот за вторые ворота Баб-ус Селям или ворота Приветствия высадиться придется. Там находится казна султана, и мы должны проследить, чтобы ее растащили. Четвертое отделение, не подведите!
– Есть не подвести! – рявкнули пятнадцать глоток.
Как и в авиации, в десантном взводе мы сразу навели порядок. Итого с учетом грузоподъемности «Адмирала Лазарева» в него входило 60 человек. Они в свою очередь были разбиты на 4 отделения во главе с ефрейторами. Одним из них стал мой старый знакомый еще по Владимирскому полку Николаев, еще одним – инженер из Севастополя, и двое новеньких.
– Третьи ворота, – Степан тем временем продолжал, – скрывают гарем султана. Именно поэтому они называются вратами Счастья. Можно подумать, что нам нужно дальше, но на самом деле покои султана располагаются здесь же. За библиотекой и сокровищницей древностей. В них можно пройти через тайную дверь из гарема или же через Шимширлик, дворик самшитовых деревьев. Именно его будет проще всего заметить сверху, и именно там мы будем высаживаться. А теперь повторим задачи остальных отделений. Третье, ефрейтор Николаев.
– Прорваться во внутренние покои, захватить султана и отходить вслед за остальными.
– Второе отделение, ефрейтор Мельников.
– Прокладываем путь к четвертым воротам и берем башню Башлала как самое высокое здание в дворцовом комплексе. После этого зачищаем остатки местных и присоединяемся к первому отделению.
– Первое отделение во главе со мной и капитаном Щербачевым берет врата Счастья, – Степан подвел черту под обсуждениями. – Если все справятся, то в одной точке мы сможем контролировать всех, кто захочет пробраться на контролируемую нами территорию.
– Я слышал, что турки не очень верный народ, – заметил один из моряков. – Что помешает им бросить султана и просто посадить на трон нового?
– На самом деле хороший вопрос, – я ответил за Степана. – Но для этого мы захватываем еще и сокровищницу. Без денег вряд ли кто-то захочет идти на переворот, да и трон не так сладок, если за ним стоят одни проблемы. В общем, для успеха нам нужно, чтобы каждое отделение довело свое дело до конца. Одна ошибка, и все может пойти прахом. Но… Кто мы?
– Мы – первый десантный взвод его Императорского величества! – рявкнули разом улыбавшиеся штурмовики.
Когда-то Ильинский услышал эту нашу перекличку, отвел меня в сторону и на пальцах объяснил, что подобное звание надо еще и заслужить. Правильно на самом деле. Вот только отказывать ребятам в том, что они уже считали своим, я не стал. Ведь в чем проблема? Надо заслужить – заслужим!
– Тогда по местам! – Степан стукнул кулаком по стене, и алюминиевый бок гондолы ответил приятным гулом. Не весь бок целиком, только ребро жесткости, больше мы просто не потянули, но и каркас из еще недавно самого дорого металла в мире – это уже было чем-то невероятным.
Чего нам стоило довести процесс выплавки алюминия до приемлемых объемов, наверно, не понимаю до конца даже я сам. Но мы справились на шесть лет раньше, чем это должно было случиться и случилось в моем мире. Где-то повезло, где-то взяли упорством…
– Гриш, – шепот Степана отвлек меня от мыслей. – Ну что, с богом?
– С богом!
Стрелка на часах шагнула на единицу, и в ту же секунду на северной окраине города раздался грохот взрывающихся ракет. Турки весь день подтягивали к нашим позициям свои войска, и вся эта стоянка разом утонула в пламени и взрывах. Еще бы – туда должны были выпустить целую сотню 6,5-дюймовых ракет, начиненных новым порохом… Жарко вышло. Красное зарево поднялось над горизонтом, и его было видно даже сквозь облака, над которыми мы пока прятались.
– Опускаемся, – отдал я приказ.
И «Адмирал Лазарев» пошел вниз. Мы спускались с неработающими двигателями – только насосы, запитанные от гальванических элементов, нагоняли воздух в баллонеты, делая нас тяжелее воздуха. Не очень быстро, но очень тихо. Словно огромная тень, которая спряталась в отблесках далекого пожара, мы подобрались к самому дворцу. Наверно, нас сейчас было видно из порта, но кто из живущих там бедняков захочет предупредить султана? А даже если и захочет, то вряд ли он доберется до него быстрее нас…