Легенды полуночных драконов (СИ)

Я вслушалась, пытаясь хоть немного сфокусировать плывущий из-за пережитого удовольствия взгляд.
Он просил меня перестать его так пугать. Говорил, что умрет, если меня вдруг не станет. Обещал, что в следующий раз обязательно накажет сильнее, отшлепает меня по попе так, что я сесть не смогу целый день. Клялся, что не хотел сделать мне больно или унизить, но я совсем о себе и нем не думаю, так что он не смог сдержать себя.
– Подожди, – попросила, восстанавливая дыхание. – Что случилось-то?
– Эти драконы! Со своим сердцем. Этот проклятый камень чуть тебя не убил. Я просил тебя остановиться, а эти старые сволочи лишь довольно нашептывали, что нужно еще чуть-чуть, совсем немного. И так длилось и длилось, пока я насильно не оторвал тебя от этого булыжника. Ты едва дышала! А эти старые козлы посмотрели на меня так, словно я плюнул им в лицо. Не знаю, Селена, но с этим сердцем не все нормально. Оно как кровосос какой-то. Тянуло из тебя магию с такой силой, что даже мне стало плохо. Причем чем дальше, тем сильнее был поток. Ты просто сгорела бы! Нежели нельзя в несколько заходов?
– Я… – заговорила я, немного ошарашенная сказанным. – Не помню ничего, – призналась.
Страж тут же заледенел и нахмурился.
– Ты больше не подойдешь к нему. Ясно? Что бы ни говорили эти ублюдки, ты не сделаешь ни одного шагу в сторону этого камня.
– Хорошо, – я кивнула, впервые сталкиваясь с таким Иллиадаром. Обычно он спокойный, что бы ни случилось, а сейчас, кажется, он в бешенстве. – И я хотела сказать по поводу того, что только что было, – попыталась я увести мужа от неприятных мыслей.
Взгляд Иллиадара тут же стал виноватым.
– Прости, я сделал больно?
– Нет, – выдохнула я, обнимая мужа. – Не сделал. Наоборот, – я неожиданно для самой себя смутилась, пряча лицо у него на груди. – Мне понравилось. Ты можешь иногда быть более… грубым со мной в этом плане. Я не буду против, если тебе нравится такое.
Иллиадар замер, а потом руками поднял моё лицо, заглядывая в глаза.
– Что-то мне подсказывает, что такое нравится тебе, – сказал он, и я увидела, как в его глазах вспыхнули предвкушающие веселые искры. – И что ты хочешь, чтобы я сделал с тобой в следующий раз?
Я разволновалась не на шутку. Честно говоря, мне было даже немного боязно: вдруг муж подумает, что у меня с головой не все в порядке? Впрочем, ничего такого я ведь не думала. Подумаешь, немного разнообразия. Не сказать, чтобы мне с ним надоело, вовсе нет. Каждый наш раз наполнен таким удовольствием, что, кажется, никакой дополнительной стимуляции не нужно, но ведь это не так.
Нервно засмеявшись, я снова притиснулась вплотную к мужу, обнимая его за шею и начиная шептать ему прямо в ухо. О том, что можно быть немного грубее, я не рассыплюсь. О том, что можно ограничить в этот момент свободу, например, связать руки. О том, что когда завязаны глаза, удовольствие становится острее. А еще поделилась  тем, что в моем теле есть еще одно место, которое может ему понравиться. И да, если он немного накажет меня, то против я не буду. Не сказать, чтобы я была большой любительницей всего этого, но мне нравилось, как изменялось дыхание мужа, когда я нашептывала ему все эти пошлости, чувствуя себя при этом какой-то змеей-искусительницей. Мне было приятно ощущать, как он снова возбужден и стискивает меня в объятиях с такой силой, что с каждой минутой становилось труднее дышать. А еще я чувствовала, как его тело мелко дрожит, будто он едва себя сдерживает.
– Я ведь не хрустальная, – шептала я, касаясь губами мочки его уха.
– Сомневаюсь, – хрипло отозвался страж, принимаясь слегка покусывать мне шею. – Ты просто не видишь себя со стороны.
– Я крепче, чем кажется, – настаивала я на своем. – Разве ты еще не понял? Мы ведь столько прошли вместе.
– Я обязан хранить себя и защищать, даже от самого себя, – едва проталкивая слова из-за совершенно сбившегося дыхания, прошептал страж, обхватывая при этом ладонями мои ягодицы и приподнимая.
– Глупости, – снова возбуждаясь, возразила я. – Ты не можешь причинить мне вред этим.
 
– Думаешь? – спросил Иллиадар, а потом отстранился. Подойдя к ажурной каменной стене, он схватился за один из выступов и с легкостью сломал его, раскрошив камень прямо в руке. – Кажется, моя сила растет. Драконы намного сильнее людей. А что я буду делать, если в порыве сломаю тебе что-нибудь?
Увидев подобное, я сглотнула. Да-а-а, я и не подумала, что дело тут намного серьезнее. Иллиадар прав, с такой силой можно и не заметить, как покалечил. И ладно, если сломает руку или ребра, а вдруг переломит в порыве страсти шею? И что теперь делать? Я же вижу, что ему хочется проделать все, что я ему тут нашептала, но он боится. Нежность замечательна, но одной ею сыт не будешь.
– Участвуют ведь двое. К тому же я не верю, что наша связь позволит сделать что-то такое, чем ты можешь мне навредить, – твердо сказала я, выпрямляясь. – Иллиадар, ты никогда не сможешь причинить мне вред. Умышленно или случайно. Ты – мой страж. Никогда не забывай об этом. Я думала, что ты давно уже это понял. Перестань сомневаться, иначе ты делаешь мне больно своими колебаниями, будто ты сомневаешься в самой нашей связи.
Я говорила уверенно, хотя в глубине души не совсем понимала, откуда берутся эти слова. Мне хотелось в них верить, а еще больше – сделать так, чтобы в них поверил мой муж, иначе он так и будет сдувать с меня пылинки, боясь чуть крепче обнять. Я тут же подумала, что моя идея с чуть более жестким сексом будет отличной тренировкой. Его явно пугает собственная физическая сила, а значит, нужно сделать так, чтобы он приноровился к ней, научившись филигранно управлять.
Улыбнувшись, приблизилась к мужу и обняла. Да, такая тренировка мне по душе. Главное, убедить мужа, что она важна и необходима. Он же мой муж, значит, надо ему помогать. О да-а-а, помогать. И главное, польза от этого будет. Что может быть лучше, чем совмещение пользы и удовольствия? Вот и я думаю, что ничего.
  
Глава 14
 
Я не стала вмешиваться в разговор между мужчинами, решив, что Тоберон с Иллиадаром все равно не допустят того, чтобы мне причинили вред. Не знаю, чем отличается это сердце от всех остальных, но оно явно какое-то другое. Драконы не хотели говорить. И если на Лонгвара тот факт, что я альвара, произвел сильнейшее впечатление, то старейшинам, казалось, до этого нет никакого дела. Наоборот, пару раз я ловила на себе не совсем дружелюбные взгляды.
Когда Иллиадар, видимо устав, вышел ко мне в сад, где я до сих пор проводила довольно много времени каждый день, у меня созрел план.
– Тебе не кажется, что мы от этих драконов ничего не получим? – спросила я, поглаживая какое-то растение по широким мясистым листьям. Меня забавляло, как от моего прикосновения все растение начало мелко подрагивать, словно хотело сбежать, но корни держали крепко.
– У меня такое чувство, что все, что им надо, – это чтобы ты напоила их сердце до состояния, которое они помнят. А ты же видела ту чашу? Я им объясняю, что канал от магии уже есть, сердце постепенно будет наполняться, расти. Но нет, они все время говорят, что с источником быстрее и надежнее, – отозвался Иллиадар, вставая позади и наблюдая за моими действиями.
– А еще я заметила, что от этого сердца магия идет строго на купол, – прошептала я, отчего стражу пришлось сесть рядом и нагнуться ко мне, чтобы расслышать. – Сдается мне, эти старые пердуны решили, что для начала надо обеспечить магией драконов, а остальной мир пусть подождет. Я не видела сердце после того раза. Оно изменилось?
– Не особо, – страж пожал плечами. – То есть оно стало ощущаться более живым, но и только. Да и магии я от него не ощущал, как от других.
– Это потому, что остальные сердца тут же начинали выбрасывать магию во внешний мир, а это сердце действует как-то по-другому. Оно насыщает магией всю эту долину, но как-то не так, как прочие. Видимо, оно поддерживает купол и все заклинания, наложенные на это место. Не думаю, что драконы хотят умышленно помешать нам, дело в чем-то другом.