Трудоголик 2 (СИ)

Я выждал некоторое время, наблюдая за её реакцией, и продолжил.
— Спасибо. Не голоден. С того должна верить, что у вас крот во Дворце, Тизири. Причём — либо крот, который работает на комиссию по Лишению, это куда ни шло. Либо — крот, который работает на ренегатов, которых мы сейчас совместно с Халибом ищем. И тогда нам всем будет очень хреново.
— Ну-ка, расскажи поподробнее.
Мне пришлось описать вкратце диалог с Риной, рассказать про атаку на «Единорог» и про Серафимиона с Маркундой, отправившихся на задание.
— Я поняла тебя, — кивнула Тизири. — И расскажу отцу. Но прежде всего я должна убедиться, говоришь ли ты правду.
Шторки ложи запахнулись, создавая интимную обстановку, а лакей тут же куда-то испарился.
— Садись рядом и снимай штаны, — скомандовала мать моего будущего ребёнка, зачем-то натягивая тонкую шёлковую перчатку на правую ладонь. — Нет лучше способа проверить, говорит ли мужчина правду, когда он абсолютно беспомощен.
— Это обязательно? — спросил я, но всё же подвинулся ближе.
— Обязательно. К тому же, ты сильно напряжён. Разрядка не победит.
Спустя десять минут грубых и не очень манипуляций вердикт был вынесен.
— Похоже, ты не врёшь. Можешь отправляться дальше по своим делам, наш уговор в силе, я сообщу отцу. Да, выбрось, пожалуйста, по дороге перчатку.
В местное поместье Серафимиона, расположенное в десяти минутах на границе города, на горе, я ехал несколько ошеломлённым. Из оцепенения меня вывела преградившая путь длинная процессия из ярко украшенных фургонов и всадников на пёстрых мурлангах. Я подслушал и перевёл разговор в толпе зевак:
— Кто это?
— Это же Улша Гебуц, известный полководец! Храбрыми подвигами на западе он заслужил себе славу.
Прибегнув к помощи старого планшета, подаренного ещё Халибом, я вычислил путь и уже скоро был у поместья. Дворецкий — необычайно смуглый гмонни из не местной народности — проводил меня в поместье. В гостиной уже была развёрнуты здоровенные карты столицы и королевства с кучей светящихся точек. Посреди этого Маркунда сидела в чём-то вроде лёгкой ночнушки и чертила линии по паутине улиц.
Серафимион в халате принёс большую вазу с фруктами.
— Угощайся, Станислав!
— Я только что с деловой встречи, уже насытился. Что у вас за движуха в городе? Всё перекрыто.
— Смена коменданта в зоне оккупации Ала. Некоторые говорят, что Улша Гебуц будет метить на роль канцлера.
Я уселся по-турецки, всё же отщипнул что-то вроде виноградины и осведомился:
— Итак, что за успехи?
— Ничего подозрительного, разве что вот, — Маркунда указала рукой.
Биссектрисы треугольника, сложенного из светящихся точек, пересекались в центре на длинном сером здании.
— Казармы охраны сталелитейного комбината. Заброшенные. Все признаки алгоритма стирания памяти. Я спросила у дежурного — наших никого в этом районе не было. Возможно, кто-то удалённо, но…
— Чего мы сидим? По коням, у нас стирание памяти, возможно, криминал.
Собрались быстро, но до пункта назначения я так и не дошёл. В сознание ворвался звонок от Лии.
— Энтон, у нас ЧП. Йеркут пропал. Ещё вчера взял один из автономных сферолётов и направился куда-то на север. Вскрылось только сегодня. Я проследила путь — теряется где-то над королевством Ала. На связь не выходит. Я думаю, он изучил тот генный материал, что мы собрали у Пенсионеров… Думаю, он у них. Ты где?
Теперь к пропаже полусеяного и загадочной ламы присоединился ещё и полусеянный хиотт. Узел стягивался всё крепче.
— Вылетаю, — отозвался я.
 Глава 31 
 Пленники 
Я поборол желание телепортироваться прямо к порогу усадьбы и решил соблюсти нормы приличия — всё же, данных для анализа ситуации было не так много. Приземлился у того же старого дуба, за которым начиналась дорога в поместье четы Пузохски, как они себя называли, поднял трубку и прождал несколько гудков.
— Алло? — послышался голос Джереми и, не дождавшись моего ответа, уже понял. — А… Это вы, Станислав. Погодите немного. Моя супруга занята… Немного занята. Я не могу выехать. Вы сможете добраться самостоятельно?
 
Радушие, с которым прозвучали его слова, заставили меня поверить, что всё хорошо.
— Смогу, конечно. Я взял с собой скакуна.
— Буду ждать вас через десять минут.
Вызволив из трюма свернувшегося мурланга, я оседлал его, обошёл дуб и направился по дороге. Солнце в этот осенний день особенно припекало, а одет я оказался не по погоде тепло. Наловчившись управлять скакуном одной рукой, я выудил свой смартфон из кармана, не удержался и сделал пару снимков, а затем залез в заметки, чтобы свериться с планом работ.
Через пару десятков шагов после этого мир рухнул. Я очутился в полной темноте, зафиксированный по рукам и ногам, веки открылись, но я видел полнейшую темноту, а ресницы коснулись гранита. Ногами я чувствовал, как судорожно дёргаются внизу шерстяные бока Илонмаска, пальцы, всё ещё сжимающие уздечку, ставшую неожиданно твёрдой, извернулись и пощупали, и тогда наступило понимание. Гранит. Меня вмуровали в гранит.
Я не помру, я телепортируюсь, я знал это, сейчас сработает амулет, и меня выкинет куда-нибудь в точку «респавна», но вот Илонмаск… мой дорогой шерстяной зверь — может погибнуть.
— [Селект обджект, мейк телепортейшн…] — начал бормотать я, но всё произошло быстрее.
Вспышка — и я дёрнулся наверх, оказавшись в широком коридоре. Глотнул воздух, захрипев, ослепшими на миг глазакми разглядел тройку силуэтов напротив и рявкнул:
— Зверь! Мурланг! Тоже!
— Сейчас, сейчас, дэш, вот э хелл… — послышался голос Джея.
Шерстяное тело тут же плюхнулось рядом, дёрнулось, сжалось, затем зверь разогнулся и встал в боевую стойку, грозно затрубив.
— Тише, тише, — сказал я ему, присаживаясь на корточки и поймав поводья.
Зверь немного успокоился, лишь продолжал нервно водить носом. Коридор был длинный и явно предназначенный для перевозки техники. Напротив стояли трое — Кэролайн, Джей и их дворецкий Опт-Гет. Коротышка вместе с последним тут же подбежались и подхватили меня, пытаясь помочь встать. Джей бормотал и выглядел испуганным.
— Жена… Она поставила ловушки… Думала… думала придёт кто-то из дворца Халиба, мы не знали, простите… Простите! Я не знал, мы не знали, что попадётесь вы, Станислав.
Я разогнулся и тут же отправил толчком воздуха Джея и его помощника об стенку.
— Значит, я буду разговаривать с тобой. Я так понял, ты главная. Простите за эмоции, да. Просто никто, понимаете, никто не имеет право хоронить заживо моего муравьедика. Поняла?
— Станислав, где ваши манеры! — возмутилась Кэролайн. — Вы, всё-таки, хозяин Дворца теперь! Имейте уважение, всё произошедшее — ошибка!
— Мы согласны, — послышалось из-за угла.
— Что⁈ — Кэролайн резко развернулась в сторону супруга. — Мы… мы ещё не решили!
Джей деловито отряхнулся, помог подняться слуге и, нахмурившись, заявил.
— Мы согласны, и точка. Согласны работать на тебя. Согласны перенести наше владение к тебе на территорию. Только… в обмен на некоторые… небольшие требования.
— Требования, говорите… Для начала подскажите, здесь нигде не объявлялся никакой синекожий товарищ? Я так думаю, ловушки вы поставили неспроста, ведь так?
Кэролайн переглянулась с мужем и коротко ответила, поджав губы:
— Неспроста.
— Подробнее? И вы не ответили про моего синекожего друга.
— Идёмте, — Джереми схватил меня за руку и потащил вперёд по коридору. — Идёмте, я вам всё покажу.
Стальная дверь — плита без единых швов, раскалывающаяся на части, Ещё коридор. Системы вентиляции с непривычным сухим воздухом. Незнакомые запахи — солёные, немного пряные. Следом — вторая дверь, а за ней…
Мой муравьед утробно загоготал и отступил назад, испугавшись. Было холодно, значительно холоднее, чем наверху. Впереди, сверху и вниз, насколько хватало остроты зрения, раскинулся бункер. Прозрачные тусклоосвещённые ячейки с бесконечными лестницами и переходами. Внутри каждой — две сотни двухметровых капсул, уложенных вертикально, вдоль стен. Я подошёл к ближайшей, потрогал — капсулы из непривычного материала, похожего не то на пластик, не то на липкий каучук. Из мутного студенистого иллюминатора на меня смотрело лицо…