Трудоголик 2 (СИ)
Но следом вернулось ощущение, что где-то меня обманули. Что-то тут не чисто. Меня преследовало чувство, что всё это безделье, безумные развлечения, сказочный оазис вымершей цивилизации служат прикрытием для каких-то странных дел.
— Сколько, Джереми, говоришь, разумных у тебя в усадьбе? Двадцать? А как тогда вы управляете климатом и геологией?
— Итак, третий раунд.
Джереми не ответил. тоже перестал истекать кровью, но всё ещё еле держался на ногах.
— Раз… Два… Три!
Прозвучали выстрелы, и в следующий миг время замедлилось. Боль почти исчезла. Всё стало ярким, с искажёнными цветами, как бывало в первые мои разы применения Алгоритмов. Я увидел пулю противника — в преломлённом воздушным потоке она материализовалась в метре у меня перед глазами. Кусок свинца медленно, со скоростью пару сантиметров в секунду приближался прямо к моему лицу. Я наклонил голову, посмотрел на Джереми, всё ещё державшим ствол в моём направлении. Гильза от выстрела медленно падала на землю, а моя пуля была куда ближе к противнику, зависнув всего в десятке сантиметров от его темнокожей шеи. Я увидел, как он слегка отодвинул голову и начал моргать. Движение ресниц только началось, но выглядело гораздо быстрее. а лицо скорчилось в гримасе, которая бывает на замедленной съёмке перед ударом в боксе.
Лицо Лии тоже изменялось — глаза округлились, она чертила пальцами какой-то знак, глядя на меня. Похоже, она тоже была ускорена, но гораздо меньше моего. Что ж, хорошо, выходит, что она не предатель.
Мой взгляд устремился дальше. Я снова ощущал себя словно в трёхмерном редакторе и чувствовал предметы — их вес, запахи и свойства, только теперь это был мой редактор, мой язык Алгоритмов. Вот пистолет весом семьсот грамм, двухтонная беседка рядом с теннисным кортом, солёная капля пота весом одну двадцатую грамма, брызнувшая со лба Джереми. Полуторотонный жираф, прогуливающийся в трёх сотнях метров за полем для гольфа, поместье весом в четыреста двадцать тонн…
И гигантский бункер под ним весом семьдесят тысяч тонн, полный разумных, спящих в стазис-капсулах. Бесконечный лабиринт переходов и лестниц, два десятка этажей, тысячи комнат и сотни тысяч, если не миллион разумных — ярких пульсирующих точек, в которых теплилась жизнь.
В этот миг мне сразу стал ясен ответ на вопрос — как такое маленькое поместье может давать достаточное количество мана-тонн, нужных для управления климатом. Господа Пузохски, словно вампиры, сидели на огромном подземном улье, дающем их силу.
Но кто все они? Кто все эти люди? И люди ли это?
Я видел и почувствовал это лишь доли секунды, затем наваждение прошло, время начало ускоряться, снова пришла боль, но я успел среагировать. Взмах рукой — пуля, нацеленная на шею Джереми, отклонилась под острым углом и чиркнула под щекой. Сам же я успел наклонить голову, и пуля обожгла ухо. Я схватился, но крови не было, Джереми же кашлянул и заныл. Затем посмотрел по сторонам и увидел, в какую сторону улетела пуля.
— Не дурно, не дурно… Но она упала слишком под тупым углом. Я так понимаю, это вы, Лия, спасли меня? Изменили траекторию? Или вы не целились в мою шею сознательно?
— Ты! — я бросил пистолет и заковылял к нему навстречу с твёрдым намерением надрать ему задницу. — Мелкий черножопый уродец! Это я тебя спас! А ты хотел убить меня, говнюк!
— Убить! — Джереми уселся прямо на траву и принялся расстёгивать рубашку на животе. — Вы серьёзно?
Он посмотрел на меня снизу вверх. Вид у старика и так был жалкий, и я остановился — хотя так и подмывало пнуть его. Но нога продолжала болеть, хоть и чудесным образом куда меньше.
— Вы всё ещё не верите? Не осознаёте свою мощь? Я хотел вас проверить. Действительно ли вы — первого поколения. Не врут ли эти слухи. Согласно моим данным, Сеяных Первого поколения невозможно убить даже при очень большом их на то желании. Сразу включается какой-то инстинктивный алгоритм — или телепортация, или замедление времени, или что-то ещё. Разве что другой Первого поколения может, наверное, да… Вы знаете — я согласен. Я согласен работать на вас. С Кэролайн я поговорю.
— Но в противном случае — вы бы меня или убили бы, или жестоко покалечили!
— Но подобное могло быть только в одном случае — если вы ренегат, самозванец, выдающий себя за Первого! Не вижу ничего постыдного в пресечении деятельности подобного субъекта.
— Складно поёшь, — я подал ему руку и помог подняться. — Но, может быть, ты был уверен, что я — Первого поколения, и что ты сможешь меня убить, а?
— Слушай, просто прочитай мои мысли, — нахмурился он, тоже внезапно перейдя на «ты». — Ни за что не поверю, что не умеешь! К тому же, я сразу увидел, что у тебя на сознании защита — и очень серьёзная.
Тут я в кои-то веки поблагодарил Халиба.
— Хорошо, мистер Джереми. Я подумаю, брать ли тебя. А теперь кто-нибудь, блин, пролечите нас!
— Сейчас, — кивнула Лия, подошла и продолжила в полголоса, уже ворчливо. — Мог бы и сам. Неужели до сих пор не выучил Алгоритмы лечения ран?
— Выучил, просто лень, — буркнул я и тоже перешёл на полушёпот. — Я кое-что увидел. После обсудим.
Раны затянулись, ломота в суставах и головная боль тоже прошли. В это время к нам подошла Кэролайн — неспешно, вальяжно. Она глядела на мужа, не моргая.
— Когда-нибудь я откажусь это делать, Джереми.
Мой визави тем временем тоже похорошел, казалось, даже потеряв пару годков. Поднялся, поправил одежду, подобрал пистолеты, вручив их Опт-Гету, и, как ни в чём ни бывало, махнул рукой:
— Прошу! Продолжим трапезу, сейчас вынесут сладкое.
Некоторое время я сомневался — стоит ли после дуэли продолжать беседу. Но тайна случайно замеченного мной бункера не давала покоя. К тому же, эти ребята выглядели по меньшей мере талантливыми, пусть и странными. Я согласился вернуться к трапезе и решил больше не расспрашивать о работе — что-то подсказало, что стоит показать свои, как модно было говорить, «софт-скиллы».
— Думаю, одно трапезой вы теперь не отделаетесь! Мне вас сдали, Джереми. У вас есть кофе, так? Покажите мне.
— Кофе… Надо будет спросить у Кэролайн. Кэри! Нашему гостю нужно кофе.
Кэролайн шепнула Ульме, и служанка убежала куда-то в поместье.
— Она поищет кофейное дерево. Пока идёмте обратно в дом.
Моё сердце забилось чаще, как будто уже получив дозу кофеина — неужели здесь есть настоящее кофейное дерево? Неужели я смогу где-нибудь соорудить настоящую оранжерею, полную кофе, чтобы пить его каждый день?
Пока шёл, начал фантазировать — как защищу её кучей заклинаний, вспомню алгоритм, ускоряющий рост растений и созревание плодов, как пожарю зёрна на сковородке, раздобуду кофемолку — или нет, лучше — ручную мельницу, как заварю, и…
Но мы уселись за накрытый стол, и кофейного дерева так и не несли. Постепенно неловкое молчание прошло, и от хозяев посыпались вопросы. Признаться, я впервые за недели жизни на Скрадо познакомился с такими неплохими знатоками двадцатого и двадцать первого века. Только вот вопросы всё равно вышли странные и заставившие почувствовать себя персонажем ксеноисторического анекдота, например:
— А правда, что вы по выходным охотились верхом на копытных животных, просто из развлечения?
— Урал — это же очень холодный и дикий край. Помню, родители рассказывали, что там однажды упал метеорит, и после наступил глубокий финансовый кризис.
— В ваше время уже были изобретены печатные машинки?
— Вы были знакомы со Сталиным? Или он жил после того, как вас погрузили в сон?
— Говорят, что вы держали дома ручных медведей, это правда?
— Как часто вы часто плавали на подводных лодках?
— У вас были права на управление личным самолётом?
— А можете подробнее рассказать про технологию излучающих пси-вышек, замаскированных под средства связи?
На последний вопрос я не удержался и в подробнейшем виде рассказал про то, как всем миру была вколота вакцина с микрочипами.
— И что же? Внутри вас сохранились эти микрочипы?