Трудоголик 2 (СИ)

В ответ раздался нечленораздельный вопль Иоганна.
— Наш малыш разбушевался! Это хорошо, пригодится, — сказал Энтон и нажал соседнюю кнопку. — Приём, как слышно?
— Боеприпас-сы… только пулемётные ленты, — зашипел динамик в стене. — Наполовину пус-стые. Пара крупнокалиберных с-снарядов. Но не думаю, что пригодны для ис-спользования — плохо хранились.
— Заряжай пулемётные. А мы пока что прогуляемся. Так…
Энтон уселся в кресло, расположенное напротив экрана переднего обзора. Щёлкнул тумблером и схватился за два больших рычага.
— Откуда ты знаешь, как им управлять?
— Нашёл брошюру! — Энтон поднял откуда-то с пола и помахал замызганной надорванной книжицей. — Слушай, если хочешь помочь… может, пойдёшь наверх? Будешь дозорным. Там тоже связь есть, кнопку найдёшь.
— Ага.
Наверное, мне не стоило так сразу беспрекословно подчиняться и проявить инициативу — но, с другой стороны, опыта военачальника у меня не было, и я решил воспринять это как практику.
Только я шагнул к лестнице, пол под ногами дёрнулся, зашатался, заходил ходуном, внизу что-то загудело, застучало, и я понял, что наша шагающая крепость пришла в движение.
Вылез на крышу за одной из четырёх башен, выглянул. Огни за просекой, вдали становились всё ближе. Крепость уже вылезла из рукотворного оврага, в котором сидела всё это время. Вековые ели — или как правильно называется местный вид растительности? — медленно проплывали за бортом. Скорость крепости была чуть выше скорости пешехода, но постепенно она ускорялась. Я услышал за спиной, как что-то гремит, ревёт и стучится в крышу. Затем со скрипом одна из крышек, прикрывающих ракетные шахты открылась и показалась голова Иоганна. Тот прорычал что-то маловразумительное, но с вопросительной интонацией. Я сочинил заклинание перевода, со второго раза сработало.
— [Транслейт гиантс лэнгвидж, стрим, давай!] — и после спросил. — Повтори фразу, пожалуйста?
— Почто мы сдвинулись с места, Каменный червь Станислав? Мне казалось, наше местонахождение отвечает требованиям безопасности.
— Увы, наше местоположение засекла вражеская армия. Судя по всему, королевство Ала. Сейчас к нам движется два десятка всадников. Я бы советовал не высовываться.
Гиант на миг задумался, затем сказал:
— Я могу не высовываться. Однако если речь идёт о сохранности жилища, и исходя из товарищеских соображений — мы же теперь являемся малой социальной группой, так? — я готов принять участие в обороне жилища.
— Благодарю за помощь! Но, предполагаю, их оружие куда совершенней.
Зашуршал передатчик, послышался недовольный голос Энтона:
— Вы там лясы точите? Уточни местоположение врага.
Огней за просекой уже не было видно.
— Рассредоточились. За просекой не вижу. Либо факелы погасили.
— Видимо, в лес ушли, окружают с флангов, — успел сказать Энтон, прежде чем прогремел первый залп вражеских орудий.
 Глава 8 
 Сражение 
Я среагировал быстро. Инстинктивно поднял локоть, пробормотав что-то вроде:
— [Дефенд, Блокейт обжектс, блин!]
И в тот же миг буквально в десяти метров от нас громыхнул снаряд, взорвавшийся у невидимого купола.
— Рюрик, слева! — рявкнул я. заметив движение в кустах.
Тут же позади меня развернулась башня с пулемётом, застрекотало, загудело. Молодец, Рюрик, может, когда хочет! Снова бахнули вражеские орудия. Совсем близко со мной, всего в паре метров от меня по броне «Единорога-3» простучали пули. Я отвлёкся на них, пригнулся, и стальной снаряд жахнул прямо по переднему бронелисту шагающей крепости. Тряхнуло изрядно. Страшнее всего, подумалось мне, если попадут по «ногам» и решил сразу защитить весь корпус по периметру.
— [Селект обжект, блокейт олл обжектс, давай!]
То есть, я приказал блокировать все проходящие через барьер объекты в выделенный невидимый куб вокруг крепости. Мгновенно стало заметно тихо, не стало слышно ни ветра, ни звуков из леса, ни хруста веток под ногами «Единорога», и я понял, что немного ошибся. Позади гремела шестерёнками разворачивающаяся башня, шумно дышал и ворчал громила-Иоганн, а в динамике послышался голос Энтона:
 
— Эй! Ты чего сделал? Не слышно ничего!
— Щит какой-то сочинил, чтобы всё блокировать.
— А чего видно тогда? Может, и звук сделаешь?
Я вспомнил школьный курс физики и понял, почему так произошло.
— Не могу, я все перемещение объектов заблокировал. Звук — это колебание воздуха, то есть движение объектов, а свет проходит, потому что это, вроде как, это волны, излучение.
— А, понимаю. Ладно, перетерпим!
На кубической невидимой крыше уже начала копиться пыль, пыльца деревьев. Какая-то мелкая странная птичка с короткими вторыми лапами попыталась сесть на бок крепости, но тут же потерпела фиаско — нелепо кувыркнулась, покрутила крыльями и полетела куда подальше.
А через пару секунд прямо напротив меня разорвался снаряд — огромной безобразной огненно-дымной амебой. Мой щит напоминал стекло аквариума, на которое пролили сверху что-то горящее. Я инстинктивно пригнулся и почувствовал, что мне стало по-настоящему страшно. Я находился в каких-то полутора метрах от чудовищной разрушающей силы, от которой защищала моя Способность, сила совсем другая — совершенно непонятная и непостижимая.
Красная жижа медленно сползла, рассеялась и просека впереди снова стала видна.
— Слева! — рявкнул Энтон.
Краем глаза заметил движение в кустах. Там засели рейдеры на мурлангах, которые теперь палили из мушкетов. Пули разбивались о невидимую плёнку и падали вниз. Турель за спиной развернулась, и Рюрик загремел пулемётом, отчего на фоне тишины мигом заложили уши. Вот бы сюда хорошие шумопоглощающие наушники, подумалось мне, но в арсенале я таких не заметил. Либо умершие тимьянские вояки их потеряли, либо обменяли на что-то в ходе пути. Либо, подумалось мне, их вообще не изобрели — по сути, все нынешние разработки копировали земные только по крупицам, по источникам, и до такой мелочи могли просто не додуматься. Сложно жить в странном миксе из девяностых и девятнадцатого века.
Впрочем, пулемёт говорил совсем недолго, и вскоре я понял, почему. Пули, летящие изнутри барьера точно так же разбивались о стенку, как и пули, летящие снаружи.
— Ай, какая дрянь! Плохой пушка! — рявкнул Рюрик.
— Остановить стрельбу! — продолжал командовать Энтон. — Патроны не тратить! Стан, что за фигня?
— Тише, тише, сейчас всё исправлю.
Правда, как исправить без отключения купола, я с ходу не решил. Следом загудел и как-то странно закашлял в ракетной шахте Иоганн. Раскрылся люк, высунулась медвежья морда, крайне недовольная, и я услышал его переведённый голос:
— Каменный червь, ты душишь мою шею без рук!
— Что он сказал? — послышался голос Энтона. — Ты же включил переводчик?
— Говорит, что я его душу, — ответил я Энтону.
— Слушай, реально душно стало! Убирай барьер! Мы так задохнёмся.
И тут я понял свой прокол. Гасились не только звуковые волны, но и нормальный воздухообмен. Мощные лёгкие Иоганна, привыкшего к свежему воздуху, почувствовали избыток CO2 и нехватку кислорода в первую очередь.
— Я исправлю, говорю же. Но их много. Нас же тогда артиллерия накроет, и хрен мы тогда отобьёмся. А мне убивать их нельзя, и телепортировать теперь тоже.
— Мурлангов у них замочи! — послышался Энтон. — Про животных ничего не говорилось.
— Не, ну это как-то совсем… Мурлангов жалко.
В ходе диалога я забыл, что мои реплики слышит не только Энтон.
— Пушистые четвероноги этих первертов весьма вкусные, — сказал переводчик Иоганна. — Добавлю, что мне составляет немало усилий не сожрать ваших скакунов, сидящих внутри вашей крепости, потому я буду благодарен возможности съесть скакунов вражеских.
— Спасибо, Иоганн! Я услышал тебя.
— Дурацкая фраза, должен заметить, — сказал Иоганн и захлопнул крышку ракетного люка.