Подземелье Иркаллы (СИ)

Лорен успокаивал своих спутников тем, что ему не спалось, он прошёлся по городу, а потом долго сидел в церкви и молился.
— Вы не понимаете, господин Рин, как опасно ходить по этому городу в слишком поздний час ровно как и в слишком ранний! — воскликнул Авдий Веррес, качая своей бурой головою.
— Я молился за сестру, которую не смог уберечь ни я, ни королевские соглядатаи, — твёрдым, грубым, ясным, не терпящим возражений голосом отчеканил Лорен. — Могу я позволить себе хоть это?!
Авдий Веррес потрясённо замолчал и так и не нашёлся, что ответить. У лестницы он заметил принцессу Плио. Лицо её было бледным, глаза красными и опухшими. Она к груди прижимала ладошки и смотрела на Лорена такими полными отчаяния глазами, что у целителя зашлось сердце.
— Я решила, что ты тоже уехал, как и Гаральд! — прошептала Плио, всхлипывая. — И оставил меня одну!
Помня о своём решении не поощрять её и навсегда оставить свои мечты о ней, он прохладно ей поклонился, сухо поздоровался и поднялся в свою комнату.
— Да где же ты пропадал? — такими словами встретил целителя Элай.
— Вижу, ты чувствуешь себя уже лучше, — сказал Лорен, снимая плащ и садясь перед кроватью Элая.
— Лучше, но все из-за тебя тут места себе не могут найти.
— Я гулял по городу.
— Поглядите-ка на него! — возмутился Элай, когда Лорен начал осматривать его раны и щупать его жар. — Все тут сходят с ума, тормошат меня, а я и представить себе не мог!..
— Элай, — отрезал Лорен. — Буду краток и откровенен. Пару дней, и ты наберёшься сил, чтобы продолжить путешествие. Я остался в Кереях лечить тебя, пока остальные кинулись за моей сестрой. Услуга за услугу. Принцесса должна вернуться в Нодрим. Я хочу, чтобы ты сопровождал её путь домой.
Элай, к изумлению целителя, остался спокоен. Он долго смотрел на него, пока не спросил:
— Ты же знаешь, почему она поехала и из-за кого.
— Я догадываюсь.
— Как ты себе представляешь всё это? Ты думаешь, она так просто возьмёт и повернёт обратно?
— Я должен это представить. Возьми и обезопась обратный путь своей возлюбленной.
Элай вскинул на него глаза и слегка покраснел.
— Она дорога тебе, — продолжал Лорен. — Она дорога и мне. Но в Кубанулу вы идти не можете. Не с твоим ранением.
— Она не согласится.
— Моя забота — сделать так, чтобы она согласилась. Твоя — сопровождать её.
Элай погрузился в молчание. Бесспорно, подобное предложение было весьма удобно для него, но он ответил:
— Мы путешествуем недолго, но уже через столько прошли.
Лорен фыркнул и воскликнул:
— Ах, Элай, что за ерунда! В твоих руках жизнь женщины, которая нужна тебе! Я уже потерял сестру, я не могу потерять ещё и её!
— Что же ты за недоумок?! — вздохнул Элай, поднявшись с кровати, и Лорен огрел его маниакальным взором, которого тот, однако, не испугался. — Так бы и огрел тебя по башке, но ты, чёрт бы тебя побрал, спас мою жизнь. Она оставляет отца, мать, брата, государство и, не помня себя, летит в ад. За тобой. Она исполняет твой малейший каприз. Она плачет и волнуется, не находит себе место. Из-за того, что спасителю Архея вдруг вздумалось пошататься по городу. Теперь же она должна бросить и своих друзей, ибо ему так стало угодно.
— Чтобы из-за меня она не потеряла жизнь! — воскликнул Лорен. — Я не просил её идти за мной!
— Когда-нибудь ты думаешь о ком-либо, кроме себя?! Себя ты любишь больше! Ты боишься, что потом тебе придётся мучиться угрызениями совести, если с нею случится беда! Ты боишься, что её гибель повесят на тебя! Но сама она тебя нисколько не интересует!
Лорен подскочил и схватил Элая за грудки, но молодой виконт оказался не из робкого десятка. Он волком поглядел целителю прямо в глаза и зарычал:
— Ты любишь себя, а я люблю Плио! Вместо того чтобы забрать принцессу с собой и добиться любви, я упрашиваю тебя взять её с собою, ибо она будет несчастна, если её чёртов возлюбленный вышвырнет её из отряда, как ненужную тряпку, а я подберу её!
Лорен медленно отпустил виконта и процедил:
— Если любишь, для тебя это чудесный шанс добиться взаимности принцессы вдали от меня.
 
— Она не кукла, Лорен. Она живой человек. Лицемер… — гневно прошипел Элай, но Лорен вышел из комнаты.
Целитель долго сидел на первом этаже гостиницы один на один с обедом, к которому едва ли притронулся, но кубок с вином осушил тотчас. Не выспавшийся, мрачный, злой, небритый, он походил на головореза, и все его спутники решили дать ему время просто успокоиться и примириться со своей разверзнувшейся тьмой.
Устав от посторонних взглядов, он вышел во внутренний, залитый солнцем дворик гостиницы. Усевшись на перекладину небольшого фонтанчика, он глубоко вздохнул и погрузился в беспокойные мысли.
Просидев подобным образом с четверть часа, он почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд, обернулся и увидел принцессу Плио в тени деревянного навеса.
— Ах, Ваше Высочество… — вздохнул Лорен, отвернувшись от неё, чтобы привести свои чувства в порядок.
— Ты плохо выглядишь, Лорен, — тихо и серьёзно проговорила она, подойдя к нему.
— Ваше Высочество… — Лорен сделал вид, что пропустил слова её мимо ушей, и напустил на себя холод и безразличие. — Зачем вы здесь?
Секундное молчание. Замешательство.
— Я хочу поддержать тебя в твоём горе.
— Нет, не во внутреннем дворике, — он обернулся и обратил к ней своё безразличное лицо. — Почему вы в этой гостинице, в Мернхольде, на западе Архея, когда должны быть на юго-востоке в королевском дворце?
— Это что, шутка такая? — тихо обронила она, присев рядом с ним, не отводя от него глаз.
Лорен вздохнул и тихо сказал:
— Ваше Высочество, я не остановлюсь не перед чем, чтобы довести до конца то, что мы начали вместе. Я не смею вести за собой тех, кто не должен быть в этом походе. Я потерял сестру. Принц может потерять кузину. А Элай возлюбленную…
Плио слушала его очень внимательно и ни разу не позволила себе перебить нескончаемый поток его увещеваний. И когда Лорен все же закончил, она подняла на него топазы своих глаз и тихо, вкрадчиво, необыкновенно решительно, с оттенком непривычной строгости произнесла:
— Неужто думаешь ты, что я испугаюсь этих опасностей? И твоих глупостей? Ты можешь отвергнуть привязанность мою и надежду на взаимность, но домой я вернусь только тогда, когда довезу тебя до Карнеоласа и оставлю тебя под защитой дяди и своих кузенов. Куда пойдёшь ты, я тенью пойду за тобою. Гаральд говорил нам о том, что у всех нас есть долг перед нашими близкими и перед самими собой, и все мы согласились с ним. И у меня есть долг перед теми, кого я люблю, — защищать их, хранить покой их. Акме была твоим хранителем…
— Где она теперь?… — горько заметил Лорен.
— Я не знаю. Но отныне с тобой рядом буду я.
— Плио, очнись! — выдохнул целитель. — Сила Акме не спасла её. Что же есть у тебя?
— Меня оберегать не нужно… Я позабочусь о себе сама…
Решившись, Лорен похолодел, поднялся, очень тихо и сухо произнёс:
— Хватит. Я не желаю ни твоей любви, ни преданности, ни привязанности. Я не смогу ответить тебе взаимностью. Ты не нужна мне ни здесь, ни в Кунабуле, ни в любом другом месте Архея. Я устал от твоего упрямства и взбалмошности. И я не желаю видеть тебя с нами больше. Вернись в Нодрим, займи место рядом с троном отца и брата.
Плио побледнела и несколько долгих мгновений глядела на него широкого распахнутыми глазами. После она очень медленно встала, сделала несколько шагов в сторону лестницы, обернулась и пробормотала пугающе глухо:
— Это было доходчиво. Но зачем ты подарил мне подарок?
— Какой подарок? — осведомился Лорен, силясь выдавить из себя насмешку, но получалось не очень. Он не смотрел на неё.
— Этот…
Лорен не хотел смотреть на то, что она протянула ему, чтобы не выдать себя. Он обернулся. В руках она держала цепочку с золотым крестом, инкрустированным сапфирами. Лорен и подумать не мог, что его доставят так быстро.