Беглянка в академии дракона (СИ)

— Пожааалуйста, — с силой протянула я, подрагивая нижней губой.
Никто не устоит перед таким жестом. Даже отец, а я ни разу не любимая примерная дочь. Сколько мгновений я испытывала его терпение, но он сдавался…
— Тогда тебе не понравится, что я скажу, — резко отвернулся Ойлистрей и убрав руку. — Твоя матушка была слабой, — твердо припечатал он, — не перечила Генриху, хотя по факту, власть здесь принадлежала ей. В ее силах было все изменить. Думаешь, Ревенера устраивает все это? Нет. Наш император не относится к женщинам предвзято, но королева де Тион не стала бороться за свои права.
— Ты верно рассуждаешь, — согласилась я с ним.
Она таковой и была. Никогда не видела себя правительницей и очень желала сбросить это ярмо, доверившись отцу.
— Не буду спорить, — снова согласилась я с его доводами. — Просто было интересно, что ты думаешь об этом.
— Для чего? — не понял тот.
Я, не замечая собственных движений, придвинулась ближе, почти прижималась к телу мужчины.
— Все говорят, что мы очень похожи. Вот и думаю, стоит ли мне появляться? Трон по праву мой. Но смогу ли я править? — смотрела на пламя огня, не оглядываясь. Мне было страшно услышать слова Милира.
— Лекси, — положил тот руку на мое колено. — Вы совсем не похожи.
— Что ты говоришь? — сильно возмутилась я, повернувшись к дракону.
Наши лица застыли в сантиметре друг от друга.
— Правду, — он опять удержал мой подбородок, когда я пожелала отвернуться. — Я не так долго знал твою мать, но она была неспособна противиться мужу. А ты сбежала, и долго и успешно скрывалась. Генрих обратился ко мне, но до определенного момента, я не рассматривал твою кандидатуру. Сейчас я вижу общие черты, а еще знаю, что ради друзей и родных ты пойдешь на многое, но ты совсем не слабая. Наоборот…
— При схватке это не было заметно, — ответила я, вспомнив свою скованность и страх.
— Не все победы происходят в битвах, — Ойлистрей погладил меня по волосам, — да и к тому же, ты встала на защиту, создала невероятной силы иллюзию. Клянусь, это было неописуемо. Ваохцы знали, что это колдовство, но все равно растерялись.
— Спасибо, — выдохнула я, — жаль, что кто-то из твоих людей погиб.
Милир резко встал, не желая дальше обсуждать эту тему, да так, что я чуть не упала. Для любого хорошего полководца, потеря каждого подданного — трагедия.
— Я обещал тебе отдых. Не в моих силах выдать удобную кровать, но ты можешь устроиться на моем плаще.
— Хорошо, — грустно кивнула я. — как скажешь.
— Отчего мне кажется, — сузил тот взгляд, — что мы не все обсудили?
— Не имею понятия, — пожала я плечами, хотя из груди вырывалось и выстукивало сердце: «Вообще ничего не обговорили, узнай намерения»!
— Лекси!
— Милир!  — не осталась я в долгу.
— Ладно, — согласился мужчина, указывая на плащ. — Устраивайся.
Мне оставалось лечь и накрыться уже своими предметами одежды. Казалось, что после пережитого, я не сомкну глаз. Но нет, почти сразу забылась некрепким сном, чтобы проснуться глубокой ночью.
Очнувшись, поняла, что дракон лежит рядом со мной, накрыв мое тело своей тяжелой рукой.
— Что случилось? — вскочил он спросонья, почувствовав легкие движения.
— Нет, ничего, — помотала я головой, не желая выходить из объятий. — Непривычно, — полусонно добавила я, сменив позу.
— Ты должна знать, — Милир присел на месте, проведя рукой по тяжелой ткани, накрывавшей меня.
— Что? — я тоже приподнялась, желая услышать слова мужчины.
— Ты моя. Я не отдам тебя ни отцу, ни Ревенеру, ни тому злополучному жениху.
— Не отдавай, — казалось, что это сон. — Спрячь и защити.
— Не сомневайся во мне, Лекси.
Проснувшись утром, я подумала, что последние слова мне приснились. Мы слишком много времени проводим вместе, оттого и возникают яркие образы. Милир тоже не давал понять, что ночью что-то было. Чинно собирался, надевая помятый и грязный плащ на себя.
Я встала, и не осталось ощущения той близости, которую мы испытывали вчера. Может быть, если бы мои глаза распахнулись раньше, то… Но не стоит об этом думать.
 
— Сегодня полетишь на мне, Лекси, — подал он руку и помогая встать.
Я отбросила налепившиеся на лоб пряди. Как бы мне ни хотелось не страдать женским тщеславием, все равно переживала о том, как выгляжу. Одежда скрутилась, волосы уже не как волны, струящиеся по плечам, а скорее, как всклокоченный ком. На лице, наверняка, огромный слой пыли.
— На спине? — с ужасом спросила я, красочно представив эту картинку.
— Тебе страшно? — он ухмыльнулся и потушил костер.
Вокруг нас сразу стало темно. На выходе из пещеры едва забрезжил рассвет, значит, мы совсем немного отдохнули. Хотелось быстрее выйти, чтобы ощутить свежий воздух.
В этом пути я почти не ощущала времени. События неслись одно за другим. Если мы быстро достигнем дворца, я совсем не успею подготовиться. Что говорить, весь этот год ведет себя, как датхарский благородный скакун — несется без остановки и без всадника.
— Ты молчишь, — сказал очевидное Ойлистрей.
— Да, — я едва повернулась к дракону. — Да, в смысле боюсь, так как у меня не было такого опыта.
— А вчера?
— Вчера ты меня даже не спросил, — заворчала я, — так что испугаться не успела. Неужели ты думаешь, что я добровольно взберусь на твою спину?
Говорят, в древности, для дракона и его пары это было сакральным жестом. Так, они по-настоящему испытывали близость и проверяли чувства. Тьяна рассказывала в каком восторге была, когда прилетела в академию на спине Бастиана, а я слушала с замирающим сердцем. Мне одновременно хотелось пережить нечто подобное, но вот, есть возможность, а я тушуюсь.
— Здесь нечего бояться, — Милир легонько подтолкнул меня вбок. — наложи на себя необходимые заклинания, и не упадешь.
— Ты так легко рассуждаешь, — я уже улыбалась.
Не знаю почему, но хорошее настроение преподавателя было заразительным.
— Ладно, — потупила я взгляд, — воплощайся, постараюсь не кричать.
— И сколько муки в этих словах, — приподнял тот мой подбородок.
Скоро начну думать, что это его любимый жест. Мужчины… ДФля них все просто. Ободрил, улыбнулся, и вот, можно делать все, что захочешь.
Отойдя на несколько метров назад, дес Ойлистрей преобразился в дракона. Я осторожно подошла ближе к морде, желая взглянуть на желтые зрачки. Не знаю, кто боится этих существ, но вторые ипостаси прекрасны. Что там прекрасны, невероятны. Проведя ладонью от носа к глазам, я завидела, как он спустил крыло, чтобы мне было удобнее взобраться. Э, нет, дорогой. Лекси Тревиль или Александра де Тион — лекарь. Для начала она все изучит.
Ящер сел на лапы и ожидал моих дальнейших действий. Я не торопилась. Датхар и отец подождут. Что там интересного? Злая мачеха, настроенные против меня братья и сестры? Глупый и недальновидный отец? Прошлась вдоль всего туловища, отмечая все ранения. Где-то уже зажившие, где-то совсем свежие. Коснувшись магией, подлечивала последние раны.
Громкий рык возвестил, что мне стоит поторопиться.
Ладно, действительно пора. Не буду испытывать терпение дракона.
Глубоко вздохнув, я взошла и устроилась на шее, закрепив себя магией. Зверь круто изогнул шею, словно проверяя, а потом отошел назад и разбежался, спрыгнув со скалы.
Благая Мира! Я лечу.
Через минуту смогла разжать веки и смотреть, что находится под нами. А еще через некоторое время успокоилась и перестала испытывать ужас. Это неописуемо… Безграничная свобода! Смотреть на этих существ, уже событие, а сейчас я напрямую участвую в нем.
Под нами оставались пески, оазисы и маленькие деревни. Крошечные точки, это люди, выбегавшие посмотреть на мощного волшебного ящера.
Вдалеке я увидела карету под императорским знаком, и то, потому что Милир снизился, обозревая происходящее. Раздался глубокий рев, и можно было заметить его соратников и подчиненных. Еще два дракона зеленого цвета летели вблизи повозки, видимо охраняя.