Ассистентка (СИ)
Комната озарилась тёплым фиолетово-оранжевым светом. Затем мой босс переключил свое внимание на планшет, начав водить над ним руками, и тихо произносить непонятные для меня слова. Признаюсь, что я не была уверена, что он говорил на русском или каком-то другом из современных языков. «Фишка» принялась быстро двигаться по доске. Я пыталась уловить, повторяет ли она его слова либо отвечает, ведя замысловатый диалог. Судя по тому, как периодически замирали пальцы Глеба, и как пристально он следил за движением фигурки — это была недоступная моему пониманию беседа. Но как бы сильно я не пыталась вглядеться, я не успевала так быстро читать.
Тем не менее наблюдать за манипуляциями было очень увлекательно, тем более, что над планшетом начала появляться серебристо-дымчатое волнообразное свечение и потянуло стойким запахом церковного ладана.
В этот миг я полностью обратилась во внимание, понимая, что мне предстоит увидеть нечто очень интересное. И действительно серая масса начала приобретать очертания мужского тела.
— Кто ты? — хрипло, будто с того света (хотя почему будто?) раздался скрежетащий голос. — Что ты делаешь в моём кабинете?
— Твоя жена попросила меня помочь узнать у тебя коды и пароли от сейфа, денег хочет.
— Не дам, — видно было что каждое слово даётся ему с трудом.
— Все равно с собой не заберешь… А так я помогу тебе уйти. Отвяжу тебя от всех клятв, которые ты здесь раздал… И которые тебя теперь не пускают. Выкуплю так сказать у всей нечести. Ох и часто ты к ней обращался. И сам не знал, — готова поспорить, что Глеба этот диалог откровенно забавлял.
У меня же буквально мороз шёл по кожи… Настоящий мертвец собственной персоной стоял передо мной! И как я после такого спать буду? Удивительно, но я думала, что приведения пахнут разложениями, а он вполне прилично попахивал церковными свечками. Да и вообще выглядел не агрессивно, хотя мы и вызвали его не по графику. Более того, в его глазах — если будет уместно так выразиться — мелькнул интерес.
— А ты можешь?..
— Я много чего могу. Если мы договоримся. У всего есть своя цена. За фарт при жизни — нужно дорого платить после смерти.
— Хорошо, записывай, — доска начала показывать знаки складывающиеся в слова.
Не дожидаясь указания Глеба, я выхватила свой блокнот из рюкзака и под диктовку босса начала записывать слова. Честно это была какая-то странная абракадабра европейских столиц и странных слов: Пушок, Рубежевичи, Катька, Алькор, Серёжка-Якорь…
— Всё. Больше ничего нет, — выдохнуло приведение. — Поможешь уйти?
Глеб просмотрел написанные мною слова. Затем удовлетворенно кивнул, а вслух сказал.
— Это ты жене помог со мной рассчитаться. А теперь твоя очередь платить. Свободная вечность — это не тридцать процентов от Наташкиной доли в бумажных банках. Подумай.
Вглядываясь в стоящего передо мной призрака я поняла, что меня удивляло в нём больше всего. Оно не дышало. Вроде бы достаточно чёткое очертание человека. В котором ничего не шевелится, не колышется. И это самое неестественное. Но с другой стороны это же логично. Зачем мертвым дышать? Правда когда Глеб произнёс свои последние слова, нежить словно с шумом выдохнула, по лицу прошли судороги-помехи. Оно почернело практически сливаясь с тёмной комнатой. Пламя свечи задрожало…
Кристовский вновь перешёл на неизвестный мне язык.
Фишка буквально летала по планшету.
Мне стало по-настоящему страшно.
— Варвара, уходим, — приказал мне Глеб.
— НО, — вскричал Сыромятин.
И даже я поняла, что он на всё согласен.
Еле слышимым шёпотом он что-то произнёс. Планшетка буквально летала по доске. На сей раз Кристовский мне ничего не диктовал. Но по блеску в глазах шефа было ясно, что он всё понял, запомнил и ему этого достаточно.
— Теперь твоя очередь, — громыхнула фигура.
— Прощай, — единственное слово, которое произнёс медиум.
Он поднял руку вверх. Сероватый эфир, из которого состоял хозяин кабинет начал растворяться, становясь сизовато-синим. Другой пас рукой — изображение словно тлело на глазах. Рябь становилась всё мельчи. И в тот миг, когда оно должно было исчезнуть, погасла свеча. В комнате стало совсем темно.
Но мне больше не было страшно.
Я точно знала, что здесь никого нет. Только я и шеф. При всех его недостатках он по крайней мере состоит из крови и плоти. И дышит! А это уже многое значит.
— Включи свет, Варвара, — попросил мой начальник.
О! Это просьбу я исполнила с удовольствием, по наитию быстро нащупав выключатель. Яркий свет разогнал последних призраков, если еще кто-то здесь оставался. Кристовский уже складывал свои предметы в «дипломат».
— Нам пора, — коротко сказал он.
Я оглядела комнату, понимая что нахожусь в ней последний раз. На полу оставалась почти незаметная горстка пепела. Кристовский открыл дверь. Неожиданный порыв воздуха развеял её. Я выключила свет.
Когда мы оказались в машине, решилась спросить,
— Он не мог покинуть этот мир потому, что кикимора его прокляла?
— Брось! Люди сами себя прекрасно проклинают! А вот спасать не умеют!
— Что ты попросил у него за то, чтобы помочь уйти?
— Узнаешь, в своё время. Может быть, — загадочно сообщил Кристовский.
— А почему ты не помог ему просто так?
— Зачем? — искренне изумился Глеб.
— Ну спасение человеческой души — это же так благородно!
— Мхм, во мне нет благородства.
Некоторое время мы ехали молча. За поворот до дома я вновь не выдержала:
— Ей действительно было опасно ночевать в доме?
— Нет, но так было интереснее. Это маркетинг, Варя. У клиента должно быть ощущение, что он платит за что-то действительно значительное. А если еще и опасное! Так вообще прекрасно!
В этот момент черный ЗИЛ остановился возле моего подъезда, попрощавшись до завтра, а по сути уже до сегодняшнего утра, я вышла и быстро поднялась к себе. Лишь когда я открыла дверь, то услышала, как машина тронулась с места, дождавшись, что я в целости и сохранности добралась до квартиры.
Почему-то на душе стало тепло.
Кажется кто-то знал обо всём на свете, но ошибался на собственный счёт.
Глава 4
Нехорошее собрание
Разглядывая одежду в шкафу, поймала себя на мысли, что выбираю то, в чём буду более выигрышно смотреться. Неужели я слегка приревновала моего босса к этой пластмассовой стерве? Словно назло самой себе вытащила первый попавшийся свитер. Чтобы я ни надела, у меня есть 10 очков в мою пользу, ведь я вас младше, госпожа Сыромятина. А ничто не украшает девушку так как румянец юности, бе-бе!
«Купи пожалуйста те плюшки еще раз», — пискнул сообщением в мессенджере телефон. О, а вот кто-то не боится растолстеть и плохо выглядеть, конечно, с его способностями к трансформации можно поглощать калории не глядя.
Небо было ровного серебристо-белого цвета с одним бирюзовым пятном, через который прорывался одинокий луч розового солнца. Осень окончательно выдавливало лето на задворки, расчищая дорогу зиме. Сжимая тёплый картонный пакет со свежей выпечкой, вошла в кабинет. Глеб был уже там и даже сам сделал кофе. Приятно когда тебя ждут, даже на работе!
Клиентка порадовала пунктуальностью, явившись в самый разгар завтрака, Пришлось и ей налить кофе, а вот от булочки она ожидаемо отказалась.
Сегодня Наталья была в сером костюме: удлиненной юбке чуть ниже колена, графитовой рубашке и небрежно накинутом на плечи блейзере.
— Как всё прошло? — выждав небольшую паузу, поинтересовалась она.
— О, даже лучше, чем я ожидал! Во-первых, держи пароль от сейфа, — Кристовский протянул ей лист с написанными на нём цифрами. — А вот соотнесение европейских столиц с находящимся в них банками и кодовым словами, — он отдал ей вторую бумагу.
— Вау! Как тебе удалось, — вдова не скрывала своей радости и даже восторга!
Пожалуй я впервые пусть и за совсем короткое знакомство увидела у неё искренне проявление эмоций. Теперь это не была холодная и высокомерная светская львица, это был дикая кошка, почуявшая добычу.