Барышня ищет работу (СИ)

Правда, у моих предков не было магического подспорья, и — магического освещения, отопления, нагрева воды… но как-то же они справились без этого? Значит, и я здесь тоже справлюсь, мне должно быть ещё и проще.
Так вот, в губернском городе Сибирске имелось множество разных магазинов и лавок. Прямо как у нас — были б деньги, а куда потратить, найдётся. Кучер Афанасий вёз нас с Антонией по улицам, и кажется, Софья Людвиговна дала Антонии определённые указания, куда именно меня нужно свозить. Или Антония сама знает. И хорошо, я буду искать нужное долго, и не факт, что найду, так что — пусть везёт.
Дорогой я попыталась расспросить её о тех улицах, где мы едем, но она отвечала односложно и больше отмалчивалась. Я поняла, что она уже не в первый раз приехала с хозяйкой из столицы. И что лавок с разным товаром хватало в городе всегда, но нынешнее изобилие завелось лет пять-семь назад.
Я припоминала — да, город расположен на торговом пути из Китая через Кяхту, и везли в обе стороны всякое и разное. Это хорошо, когда так, правильно.
Первым местом, куда мы приехали, оказался магазин дамского белья. Я постаралась не выдать своё изумление и восхищение — как же, я же из благородного сословия по легенде, кстати, нужно уточнить, из какого именно. Так вот, панталоны с кружевами, сорочки тоже с кружевами, чулки и подвязки, и пояса для тех чулок, и корсеты — парочка стояла в витрине, рядом лежала этикетка — «под самое модное бальное платье». Так, мне на бал не светит, можно, я пока без корсета?
Оказалось — можно и правильно. Антония одобрительно кивала, когда я выбрала себе пяток панталон — таких, обычных, тонких и батистовых, но не прошитых кружевами во всех направлениях. Хотя… наверное, одни-то надо? И сорочку к ним?
В общем, я выходила из бельевого магазина с коробкой, в которую упаковали те самые панталоны — и обычные, и красивые, и сорочки — несколько на каждый день и одну красивую, и шесть пар чулок, пять тёплых и одни ажурные, и пояс к тем чулкам. Про корсет Антония сказала — придёт Татьяна Ивановна, измерит и сошьёт. Ну да, такой предмет, наверное, нужно изготавливать по индивидуальным меркам.
Дальше мы двинулись в магазин обуви, и там передо мной тут же выставили сапожки, которые застёгивать специальным крючком, туфельки на изящнейшем каблучке на свете и мягкие домашние туфли из овчины. Я подумала и остановилась на туфлях и домашних тапочках, мои сапоги пока живы, а о зимней обуви подумаем в следующем месяце. Будучи спрошена, Антония подтвердила, что проще всего — купить на ярмарке валенки, унты тоже можно, и полушубок. И пуховый платок. Так, значит, часть денег нужно отложить до той ярмарки, потому что зима близко. И если она здесь такая же, как у нас, то одеваться нужно нормально.
А в лавке дамского готового платья меня поджидали длинные юбки, белые блузки, приталенные жакеты и платья. Антония оглядела предложенные нам примеры и прямо указала на две юбки, четыре блузки, кружевное жабо, которое прикалывать на грудь, и жакет, которой подойдёт к обеим юбкам. И на платье из плотной переливчатой тафты, прямого силуэта, с отделкой из чёрного шнура. Ещё мне очень понравилось серое пальто со шляпой к нему такого же цвета, за него просили довольно много, но я подумала, что если подойдёт — то я соглашусь. Потому что сейчас на мне был пуховый платок, который выдала на эту поездку добрая Агафья, а что дальше? Примерка показала, что пальто подошло, а со шляпой — и вовсе, жакет и платье нужно немного подогнать по моей фигуре, мне обещали сделать это завтра к утру, и заверили, что приказчик доставит заказ на Рождественскую улицу до обеда. Нас это совершенно устроило, и мы отбыли с очередными коробками, в первую упаковали юбки и блузки, во вторую пальто, а в третью, круглой формы — шляпу. Коробка была достаточно велика, чтобы не помялись все украшения — перья, вуалетка, бантики и кусочки кружева.
Следующей в плане стояла аптека, из которой я вышла с пахучим мылом, зубным порошком, зубной щёткой и мочалкой, магическим средством для мытья волос — сказали, что хорошее, и кремом для лица и рук — от зимней сухости. И не удержалась, купила ещё туши и помады, и тоненьких кисточек — хотелось и глаза подвести, и ресницы накрасить, и губы немного тоже. Антония глянула неодобрительно — мол, к чему вам это, но я только пожала плечами. Это на выход, дома действительно незачем, всё верно.
 
И по дороге домой мы потом заехали разве что в некую пекарню, где пекли пончики, которые, как оказалось, очень любит и сама Софья Людвиговна, и некоторые её гости, а гости сегодня будут, вот и погляжу на них.
Мы уже доехали до дома, и Афанасий стучал, чтобы Степан отпер ворота, а я вышла из экипажа — оглядеться. На улице было прохладно, я перетаптывалась с ноги на ногу, но доставать из коробки пальто и надевать прямо сейчас я не стала. Ничего, ещё немного — и уже буду дома. Но засов заел, Степан ругался внутри, Афанасий подталкивал его добрым напутствием снаружи, а Антония ждала в экипаже.
Громкий резкий звук так меня напугал, что я подпрыгнула, поскользнулась на подтаявшем днём, а сейчас уже снова схватившемся ледке и растянулась прямо на мостовой. И пока соображала, что да как, меня уже поднимали.
— Что ж вы так неосторожно, барышня… Ольга Дмитриевна, неужели это вы?
Меня поднял и пытался поставить на ноги господин Соколовский, маг-некромант. А позади него возвышался… автомобиль. Настоящий старинный автомобиль, как с картинки или из кино.
 5. Сосед 
5. Сосед
— Здравствуйте, Михаил Севостьянович, — я смотрела на Соколовского во все глаза. — Зачем так пугать людей?
— Простите меня, прошу, — он выглядел сконфуженным. — Я хотел всего лишь, чтобы Афанасий быстрее заводил коней и экипаж во двор.
Ну да, наш экипаж перегородил не слишком широкую дорогу.
— Почему-то мне кажется, что авто на здешних улицах не слишком удобно, — усмехнулась я. — И улицы не слишком широки, и ещё люди и кони, и никаких правил никто не соблюдает.
— Вы правы, — он тоже усмехался. — Но увы, уже поздно. Автомобиль прибыл вместе со мной из столицы поездом, и что же, после всех затрат на его транспортировку держать его в гараже?
О, кажется, я поняла, кто вы его, господин Соколовский. В моём мире таких называли понтовщиками.
— Обидно, понимаю, — киваю.
— И вы правы, того и гляди, кто-нибудь под колёса кинется — не красна девица, так старый дед, не собака, так поросёнок. Что поделать, будни губернского города.
— Приходится ограничивать скорость? — подняла я бровь.
— Увы, — согласился он и вздохнул. — Разве только на тракте за городом и можно развернуться.
Мне было любопытно — с какой скоростью едет авто и вообще как передвигается по этим улицам, и тем более — за городом, там же нет никакой обустроенной федеральной трассы. Но я подумала, что если начну расспрашивать, то это уже будет выглядеть неприлично. У меня машины не было, у меня и прав-то не было, а вот у мамы всё это было, и мы вполне так ездили… когда ездили.
Тем временем ворота отперли, кони двинулись в ограду.
— Ольга Дмитриевна, так вы поселились у госпожи Серебряковой? — быстро спросил Соколовский.
— Верно, я её компаньонка.
— Отлично. У меня есть новости для вас, я постараюсь заглянуть, может быть, даже сегодня. Я тут по соседству квартирую, — он показал на следующий на нашим дом.
Это его, что ли, Софья Людвиговна называла домом принца? Ладно, это потом, сейчас Антония уже махала мне от калитки, потому что ворота успели запереть. Да и холодно.
— В таком случае до встречи, Михаил Севостьянович.
— До встречи, Ольга Дмитриевна.
Я осторожненько, чтобы не растянуться снова, добрела до калитки, обернулась. Он сел в машину и тоже осторожно проехал мимо, и ещё рукой мне помахал.
— Откуда вы знаете нашего соседа? — строго спросила меня Антония.
— Познакомилась в больнице у Василия Васильевича. Он приходил по своим делам, доктор Зимин рассказал о моей ситуации, и он помогал искать мои пропавшие вещи и документы. Ботинки нашёл, к слову. А он наш сосед?