Не ломайся, девочка! (СИ)

— Спасибо, — благодарю сухо. — Я подумаю.
Подумаю, но откажусь! Теперь это заведение в моем черном списке.
Администратор прощается, Кулаков снова протягивает мне цветы.
— Прими, пожалуйста. Еще раз приношу свои глубочайшие извинения и обещаю больше тебе не досаждать своим обществом.
— Надеюсь, что ты не соврал. Цветы мне дарить не стоит, лучше подари жене.
— А, жене, — кивает как-то вяло и с опаской смотрит вверх. — Жена меня того… выгнала. Ей откуда-то стало известно о моих интрижках. И не только ей… — снова вздыхает. — Я в заднице, — добавляет трагическим шепотом.
— Ладно, давай цветы. Пусть у тебя все наладится, Сергей. Пока!
Он быстро отдает мне букет, едва ли кланяясь при этом, пятится в сторону и застывает, кажется, вызывая такси…
В полном шоке я вхожу в подъезд и поднимаюсь на нужный этаж.
Неужели Тихон не солгал? И как ловко прижал негодяя. Чем он его взял, интересно? Подловил на чем-то…
Неужели применил силу? Но по лицу Кулакова незаметно, чтобы его били. Может быть, Кулакова били по телу?!
Однозначно, какое-то внушение было. Без этого такой человек не пришел бы извиняться.
***
Открывать дверь своим ключом не приходится. Тихон распахивает ее и приглашает войти.
— Прошу.
Делаю шаг внутрь и замечаю, на полу что-то рассыпано.
— Лепестки роз?!
— Они самые.
— Так…
Я испуганно вжимаюсь лопатками в дверь.
— Прекращай это. Я на свидание с тобой не согласна. И никакой квартирной романтики мне не нужно.
— Вот коза. Упрямая! — злится. — Да ты хоть посмотри для начала, потом критикуй! Трусиха.
— Вот и нет, — мотаю головой. — Хорошо я посмотрю. Дай только поставлю цветы в вазу. Кстати, как тебе удалось заставить Кулакова извиниться? Ты его бил?
Тихон адресует мне уверенный взгляд.
— Клянусь, и пальцем не тронул. Не бери в голову, как. Просто иди, куда тебя ведут лепестки роз.
***
Из коридора сворачиваю в единственную комнату. На журнальном столе высится огромная коробка, в красным подарочным бантом, корзинка с десертами и клубника в шоколаде.
— Это от меня, если что. Не от Кулакова, — с усмешкой произносит Тихон. — Открывай смелее. Мой презент не кусается.
Я снимаю большую крышку с бантом и вынимаю…
Шелковый халат и роскошный комплект пижамы: сорочка на тонких бретелях, лиф отделан кружевом, подол — тоже.
Жар приливает к щекам.
— Дарить подобное… девушке… Просто неприлично для едва знакомого парня.
— Во всем виноват болтливы консультант, — мигом отзывается Тихон. — Я всего лишь зашел купить обещанный банный комплект, а дальше все, как во сне, и у меня огромный пакет в руках того, что… точно понравится любой девушке.
Под прекрасным безобразием из нежнейшего шелка дымчатого цвета я нахожу вафельный халат, мягчайший, приятный к телу. Под ним полотенце тюрбан и… те самые полотенца, обещанные Тихоном.
Целый комплект. Нежные, пушистые, словно облачко.
— Спасибо. Но часть товара тебе придется вернуть в магазин.
— Я не сохранил чек. Можешь оставить, выкинуть или подарить подруге. Но я был бы рад, если бы ты оставила. Поужинаем?
— На свидание не пойду! — добавляю торопливо.
— Что ты имеешь против свиданий?
— Ничего, в целом, но я против свиданий… с тобой.
— Ты передумаешь уже сегодня. Пока просто ужин здесь, в квартире. Готовить не умею, заказал.
С некоторой толикой недоверия смотрю на мужчину, ожидая, чем еще удивит. Искренне ли это?
— Поверь, мы можем быть мирными соседями. Тем более, я преимущественно работаю по ночам.
— Ты вышибала в клубе? — выпалила первое, что пришло на ум.
— Нет. Еще две попытки. Не угадаешь — пойдешь со мной на свидание! — требует хам.
 Глава 10 
Глава 10
Тихон
— Вот еще! — фыркает Аглая, забавно выпятив губки.
А они у нее ничего такие, сочные. На моем члене хорошо бы смотрелись, влажные, со слюнками.
Ох, от соблазна к концу приливает кровь, яйца потяжелели. В трусы будто пару кирпичей подкинули.
 
Долго она что-то ломается… Даже подумываю, а не сменить ли цель? Но и такую девочку для разнообразия распробовать хочется.
Охота. Я на охоте, осваиваю новый в отношении девчонок способ — осада длительная и упорная.
Рано или позно, даст и эта. Ишь, цаца. Французское белье не оценила, неприлично ей. Я-то когда выбирал, планировал, что буду сам потом это белье ко сну снимать. И явно не для того, чтобы поспать.
— Честный спор, Глаша. Угадыаешь — я весь твой. Твой персональный джинн.
— Из лампы? А где потереть?
— Я потом покажу, где… — подмигиваю, пытаясь держать планку весельчака. — Проигрываешь, идешь на свидвание.
У меня одна причинно-следственная цепочка: пригласить девушку на свидание — после свидания залезть к ней в трусики.
Работает безотказно, проверено.
— Окей, я попробую угадать. Значит, у меня три попытки, одна сгорела. Осталось еще две.
— Ага.
— Хорошо, я подумаю!
Миленько улыбнувшись, Глаша начинает перекладывать белье и полотенца в шкаф.
— Ну? — теряю терпение. — Где догадки?
— Мне подумать надо. Хорошенько. И потом, мы не оговорили, сколько времени я могу думать или сколько времени должно пройти между попытками. Может быть, я через минуту озвучу предположения? Может быть, на следующей неделе? Или через полгода…
И она снова посылает мне милую улыбочку из серии, понюхай, как пахнет твой проеб, Тихон.
Капитальное так проебался я с этим спором. Не могу поверить!
Точно, надо бросать эту цацу. Что у нее, пизда, не как у всех, что ли? Небось, не бриллиантовая… А вдруг… Вдруг ломается, как целка, а дает как порнозвезда? Да бля… Да бля, ну не… Точно, нет. Значит, отменная ебля в случае с Цацей мне светит только одна — мне поимеют мозг всухую.
Так стоит ли? Ирка вон… Готова на все, и как охотно дает в попку. Только шепни, она уже подставляется звездочкой ануса.
Блять…
Слиться?
Как бы не стремно…
Нет, все-таки новый способ окучивания девицы стоит отработать и отполировать, испытать в полевых условиях. Так что натренируюсь на Глаше, потом смело буду брать телок рангом повыше, а там глядишь и селебу раком нагну…
Так что я снова улыбаюсь, спрятав поглубже подкипающее дерьмецо мыслей.
— Тогда ужин? Не выкидывать же рамэн.
— Там еще десерты…
На личике Аглаи просыпается любопытство.
— Пожалуй, выкидывать не стоит.
***
Ужин Аглае понравился, особый восторг у нее вызвали японские сладости в виде крошечных тыковок, шашлык из сладких шариков — моти. Я заказывал и основное блюдо, и чай с десертами в одном из лучших японских ресторанов.
За ужином более-менее наладился контакт, узнал о Глаше чуть больше и очень-очень много соврал о себе. Вернее, не соврал, а примерил чужую жизнь, как одежку…
И все бы ничего, если бы вдруг не приперся кто-то, требовательно начав звонить и стучать.
— Ждешь кого-то?
— Нет, — отозвалась Аглая. — Хозяева на пмж в другой стране. Может быть, соседи? Вдруг мы кого-нибудь топим?
— Сиди, я посмотрю.
Какой-то умник прикрыл глазок ладонью.
Вот петушара, а…. Нарывается кто-то!
Дергаю дверь в сторону, готовый настучать по кумполу тому, кто приперся, но застываю, услышав:
— Мне нужна твоя услуга.
Смотрю на пришедшего, будто он явился ко мне с того света.
По сути, в какой-то мере так и есть.
Все прошлые связи я оборвал! Не связываюсь больше ни с кем.
Сам на себя работаю…
Нет, не ожидал я его появления здесь!
— Ты как… Какого хрена? — отхожу в квартиру. — Входи. Только не пались! Нафиг хату палишь?
Не хватало еще, чтобы нас связали вместе. Мирасов, какого черта?
— Ты не поднимал. Я тебе звонил.
Протискивается в небольшой, темный коридорчик. Оглядывается.