Скромная королева (ЛП)

— Хорошо.
Я завершаю звонок и смотрю на телефон.
— О боже, даже его голос возбуждает, Холли. Неудивительно, что ты влюбилась. Так, значит, вы действительно любите друг друга — слава Богу. Но нам все равно придется притворяться, что он мертв, верно?
— Да. А что?
— Ну, ты молодая вдова с разбитым сердцем, которая вышла замуж за миллиардера. Судя по его шкафу и этому самолету, я предполагаю, что он богат. Так что… мы, сестренка, собираемся прожечь дыру в кредитной карточке этого человека. Мы пойдем по магазинам, — визжит она.
— Я не уверена, что шопинг поможет мне не горевать.
— Не поможет. Это отвлекающий маневр. Давай, нам нужно сесть и пристегнуться, чтобы мы могли приземлиться. Я убираю телефон в карман и иду за Райли в салон. Все уже ждут нас. — Извините, ее трудно разбудить, — объясняет она, садясь на ближайшее к Брэю место.
Я сажусь рядом с Нео, который все еще набирает какую-то чушь в своем телефоне.
— Ты оставил кого-то особенного? — спрашиваю я.
— Нет. — Он отвечает, убирая устройство в пиджак.
— Хорошо. А когда мы приземлимся, что мы будем делать? Я могла бы отвезти тебя к родителям, но не всех остальных. — Я действительно не подумала об этом.
— Ты не можешь остаться у родителей, Холли. Это недостаточно безопасно. Не волнуйся, Тео купил резиденцию в городе на следующий день после знакомства с тобой. Тогда я подумал, что он сошел с ума, но теперь, похоже, она пригодится.
— Он купил резиденцию? Это дом? В Сиднее? Почему?
— Потому что он влюбленный дурак, у которого слишком много денег, чтобы тратить их налево и направо.
— Хм. Когда ты говоришь «слишком много денег»… Ти дал мне эти карточки с моим именем, но я ими еще не пользовалась. Есть идеи, какой у них лимит или как мне это выяснить?
Нео смотрит на меня так, будто я сошла с ума.
— Карты черные?
— Да.
— Они безлимитные, Холли.
— Что значит безлимитные? У всего есть ограничения.
— Ты действительно не проверяла финансы своего мужа? Я точно знаю, что он вписал твое имя во все счета. У тебя есть доступ ко всему.
Я пожимаю плечами.
— Я никогда не задумывалась об этом раньше. Мне не нужны его деньги, Нео.
Глава одиннадцатая
Тео
После разговора с Холли я нахожусь на седьмом небе. То, что я не могу обнять ее, поцеловать, когда захочу, становится невыносимым. Я как гребаный наркоман, переживающий ломку и хватающийся за любую дозу, которую могу получить. И в данный момент эти дозы состоят из текстового сообщения или короткого телефонного звонка. Это просто пиздец. Как только я нашел ее, нас разлучили внешние силы. Мне нужно сосредоточиться. Потому что я знаю, что по окончании этой работы я вернусь домой к своей жене.
Я отправляюсь в тот сомнительный стрип-клуб, который, как известно, посещал Джон-младший. Не понимаю, зачем человеку с таким богатством приходить в такое место. Он мог бы позволить себе высококлассных проституток, если ему это нравилось. Показываю вышибале свое поддельное удостоверение, и он пропускает меня, даже не взглянув на него. Либо я выгляжу чертовски старым, либо им просто наплевать.
Наверное, с мешками под глазами я выгляжу на пятьдесят. Я не спал. Мне везло, когда удавалось выкроить добрых три часа за ночь. Без жены рядом со мной я ни хрена не могу успокоиться. До Холли я никогда не спал рядом с женщиной. А теперь мне чертовски нужна эта женщина, чтобы заснуть. Какую бы власть она ни имела надо мной, она проникла чертовски глубоко. И я не собираюсь обрывать эту связь.
Я направляюсь к бару и заказываю виски на английском. Пусть все думают, что я турист, приехавший на родину своих предков. Местные будут вести себя более развязно, если решат, что я не знаю языка. Может быть, я и родился в США, но не заблуждайтесь, наследие моей семьи по-прежнему связано с Сицилией. Семья Валентино хорошо известна на родине. Мой дядя сейчас там Дон. Я мог бы сказать ему, что нахожусь рядом, и все ресурсы были бы в моем распоряжении.
Как бы я ни доверял своей семье, в глубине души меня всегда терзают сомнения. Мне трудно поверить, что сицилийцы не знали, во что Джон-младший ввязался с этим ирландским ублюдком. Я просто не понимаю, почему они до сих пор не положили этому конец. Это касается их дочерей, их сестер, их внучек, их кузин — всех их похищают на улице и продают. Те девочки, которых я видел, были уроженками островов или материка. Их мольбы звучали на беглом итальянском языке.
 
Интересно, удалось ли команде, которую я послал на склад, вытащить их оттуда? Мне нужно связаться с Нео, чтобы выяснить, что из этого вышло… Остальные трое хотели, чтобы я забыл об этих девушках и занялся более крупной рыбой. Проблема была в другом: Я не мог забыть. Надеюсь, мой кузен добрался до них до того, как состоялся аукцион.
После того как я уже тридцать минут торчу в этом захудалом баре, рядом со мной садятся два тучных засранца в костюмах, которые свисают с плеч. Один из них поворачивается и ворчит:
— Come va8? — Я в замешательстве морщу лоб, а затем обращаюсь к бармену. — Еще одну.
Мгновение они внимательно смотрят на меня, а затем отворачиваются и продолжают свой разговор. Я достаю телефон и прижимаю его к уху.
— Детка, я скоро вернусь. Только возьму немного еды, — говорю я и якобы сбрасываю звонок. Мужчины рядом со мной хихикают и отпускают шутки по поводу американцев.
Я слушаю их разговор, насколько это возможно при громкой музыке. Притворяюсь незаинтересованным и листаю свой телефон. Смотрю на фотографии Холли, которые я сделал, когда она не видела. Те, на которых она работает в моем офисе, и те, на которых она спит. Мне нравится запечатлевать ее образ в те моменты, когда она не знает, что я за ней наблюдаю. Эти снимки искренние, естественные и чертовски великолепные.
— John Junior è fuori. Ho sentito che il trifoglio arriverà in città la prossima settimana. — Один из мужчин рядом со мной шепчет своему другу. Джон-младший вышел — да, потому что я, бл*дь, его убрал, ублюдок. А вот то, что Клевер приезжает в город, — это уже интересно.
Я заказываю еще один напиток, взбалтываю жидкость в бокале, прежде чем выпить его.
— Знаешь, Донателло что-то подозревает. Он знает, что что-то происходит. Когда он выяснит, что именно, головы покатятся, и я, бл*дь, не хочу быть не в той команде, когда это случится, — отвечает другой парень. Донателло… Может, мне стоит сообщить ему о своем присутствии? Но, впрочем, он, наверное, уже и так знает. В конце концов, это его страна; он должен знать, кто приезжает и уезжает. — Pensi che andranno fino in fondo? Prendere la nipote di Donatello è un vaffanculo9.
Моя рука сжимает бокал. Они говорят о том, чтобы похитить внучку Донателло. Какой долбаный идиот настолько глуп, чтобы попытаться сделать что-то подобное? В голове проносятся все возможные варианты. Неужели он знает об их планах? Поэтому они хотели, чтобы я приехал сюда? Как далеко все зашло? Я нахожусь в стране меньше суток, и мне удалось довольно быстро все выяснить. Конечно, человек такого положения, как Донателло, уже должен был знать об угрозе… если только его крыса не занимает высокое положение.
— Он этого не заметит. Он никогда не заподозрит, что младший босс хочет его убрать. Джованни знает, что старик сойдет с ума, если его драгоценная принцесса исчезнет. — Джованни? Я набираю это имя в поисковике. Я знаю, кто этот ублюдок. Неужели он действительно способен предать Донателло? Все возможно. Именно по этой причине я никогда никому не доверяю полностью: кто-то всегда стремится превзойти тебя. Холли, возможно, единственное исключение из этого правила. Эта женщина прикроет меня, несмотря ни на что. Я знаю это. Она доказывала это снова и снова. Я встаю на шаткие ноги и падаю на парня рядом со мной.
— Осторожно! — кричит он на ломаном английском.
— Извини, приятель, не стоило пить последнюю, — говорю я и направляюсь к двери. Только оказавшись в тени на тротуаре и направляясь в маленькую дерьмовую квартиру, я достаю телефон, который стащил у мерзкого урода в баре.