"Фантастика 2023-195. Книги 1-17 (СИ)

Долго рассиживаться не стали. Кощеева нянька отдала девушке несколько записок и подробно объяснила, где кого искать. Впрочем, помимо писем, Василисе выдали и денег на всякий случай. Мало ли лекарка, которая у Яги обучалась, отлучилась на тот берег в деревню, да так и осталась там ждать, пока путь проложат. Не на улице же оставаться. Костя объяснил, в каком гостевом доме останавливаться, чтобы не обидел никто. И тоже вручил пару писем, к хозяину, да к воеводе, кой за городом смотрел, чтобы не прогнал девушку, не выслушав. Одно дело, коли она просто так заявится, и совсем другое, если с грамоткой от Кощея.
Василиса же думала, не совершает ли она ошибки, отправляясь в путь без должного сопровождения. Она и по Городцу то почти не гуляла, разве что рядом с усадьбой кощеевой, или сопровождала Ягу, когда та отправлялась за покупками, опять же не далеко. А тут совсем одна, поскольку Горыныч вряд ли на долго в Купце задержится, а вот с ней пока не ясно, в незнакомый город. Тут она уже с соседями познакомилась, даже кое-какими идеями поделилась. А там ни одного знакомого не будет. И к кому бежать, случись что? И отказываться от идеи поздно. Хорошо бы там все тихо и спокойно было. Тогда она переговорит с кем надо, и вечером со Змеем домой вернется. А если там половина города этой медовухи перепилась?
Девушка помотала головой, отгоняя мрачные мысли. Как ни крути, ехать надо. Именно в Купце один из мостов через Волгу, то есть Итиль. Если люди выпили отравленного вина, надо им помочь, пока басурмане не появились. А то и кто страшнее. Мало ли врагов у Московии. Кому Кощей дорогу перешел, а кому царская политика мешает. Казалось бы, мелочи, отказался увеличить поставки древесины, или не дал ввезти лишнюю штуку сукна. А на деле — такие проблемы получил, что кризисные менеджеры ее мира могут вешаться на собственных галстуках. Здесь вам не там, надо все учитывать. И мнение жрецов, и отношение нечисти к тому или иному вопросу. Люди лишнего деревца не срубят, лешего не задобрив, чтобы посевные площади расширить. Так что все взаимосвязано.
Одно плохо, нечисть сейчас или в спячку по зимнему времени впала, или, как водяной, в таком настроении, что лучше не соваться. Оно и понятно, тебе спать пора, а лед не встает. Одно дело — в проруби белье полощут, совсем другое — на лодках разъезжают, сети ставят. Хотелось бы поговорить да расспросить, кто может замыслить супротив города. Но лучше и не пытаться. Русалке какой гребень ни предложи — сначала под воду утянет, только потом прощения просить у трупа будет.
— Может, все-таки какого провожатого подыскать? — в десятый раз спросила Яга.
— Бабушка, — взмолилась Василиса.
— Нянюшка, — вторил ей Кощей. — Какой провожатый? Кого я могу с Васей отправить? Разве что вон, Ваську. С хлопцами дружинными она сама не поедет, а женщину к ней приставить не получится.
Василиса согласно кивала и вздыхала в нужных местах. В самом деле, кого с ней послать можно? Никитку этого? Да она ему быстро чего в суп добавит, чтобы отстал. Кого-то еще? Все они примерно одинаковые. Пусть после внушения, кое им Костя устроил, откровенно не подкатывали, но взгляды-то красноречивее иных снов бросали.
— Волнуюсь я, — вздыхала Яга, замолкала на время, а после снова начинала вздыхать, бросать взгляды на девушку, предлагать найти провожатого.
В какой-то момент Константин не выдержал.
— Пойдем, Васюш, — он подхватил ее вещи и вышел в сени.
— Бабушка, не скучайте. Я не долго там. Седмицы не пройдет — вернусь обязательно.
— Ох, дитятко мое, — Яга порывисто обняла Василису, после перекрестила и принялась старательно утирать глаза концами платка.
Девушка вышла вслед за Кощеем, быстро сунула ноги в валенки, набросила тулуп. Вместо платка пришлось надеть шапку, но это Василису только радовало. Потом вышла во двор. Костя уже вывел лошадку, запряг в сани. Своего конька предпочел пока оставить на конюшне — нечего ему по снегу ноги ломать. Он — конь боевой, в городе можно и смирным животным обойтись.
На царском подворье было шумно и людно. На первый взгляд могло показаться, что все перемещаются хаотически, просто бегают или ходят туда-сюда. Но, присмотревшись, становилось ясно, что у всех есть дело. Дружинники медленно фланировали по двору, особое внимание уделяя, разумеется, воротам. Слуги перемещались или между хозяйственными постройками, или от царского терема к ним же за чем-то особо нужным. На крыльце совещалось двое мужчин в богатой одежде и высоких шапках — на картинках в книжках точно так же изображали бояр.
 
Костя оставил сани возле стены, попросив знакомых приглядеть за ними. Понятно, что не уведут, но мало ли. Потом помог Василисе выбраться и повел внутрь. Девушка старалась не сильно озираться, чтобы не выглядеть совсем уж деревенщиной. Хотя было интересно. Вот только Кощей уверенно вел ее вглубь построек, подальше от царского терема.
Ближе к конюшням было не так суетно. Да и свободного места там было больше. А вот из-за конюшен раздавались голоса. Кощей улыбнулся и повел девушку туда.
— Нет, ты вообще понимаешь, что ты нам наварил? — вопрошал кто-то невидимый пока у кого-то. — Вот как мы это есть должны?
— Так каша самолучшая, на бульоне.
— Вот-вот, — раздался другой голос, — на бульоне. А мы мясо вообще не едим.
— Так то не мясо, — упорствовал неведомый собеседник в споре с, как поняла Василиса, Змеем Горынычем, — то просто вода, в котором оно варилось.
— И что? — хором вопросили три головы. — Мы-то тут причем? Ладно бы, рыбным был, а то мясным. Или ты хочешь, чтобы мы царю пожаловались? Сейчас устроим. Даже никуда ходить не надо. Нас и отсюда услышат.
— Горыныч, — окликнул его Кощей, — что лютуешь?
— А, Костя, — радостно осклабились все три головы. — Да вот, подсунули. Ему говорили на молоке варить, а он… — змей обиженно указал на большой котел каши. — Словно в первый раз нам готовит. Изверг.
— Да, не дело, — колдун посмотрел на повара. — Сам додумался или надоумил кто?
Мужчина совсем потерялся под взглядом Кощея. Спорить с Горынычем было не так страшно. Мужчина, не отличавшийся богатырской статью, вызывал больше страха, чем змей.
— Я думал, раз такое дело, в другой город дорогу торить, то сытнее будет.
— Марш отсюда, и чтоб новую кашу сварил, живо, — рявкнул голодающий.
— А эту куда? — попытался спорить мужик, понимая, что проиграл.
— Свиньям отдашь, — нахмурился Кощей. — Бегом распоряжение выполнять, пока самого в борова не превратили.
Повара словно ветром сдуло.
— Думал он, — тихо буркнул Горыныч, радуясь, что с вмешательством друга ситуация быстро разрешилась. — А ты зачастил сюда.
— Дело у меня к тебе, приятель. Важное дело, можно сказать, государственной важности.
— Да? — головы дружно уставились на колдуна.
— Вот, ученицу няньки моей надо в Купец сопроводить. Слышал ведь о зелье, что людей разума лишает. Нашли мы противоядие.
— А что Яга сама не поехала, — головы внимательно изучали девушку.
— Возраст, — многозначительно произнес Костя. — Вот, приходится Василису отправлять.
— И не боишься, что в другом городе кто встретится красавице, — средняя голова подмигнула девушке, в то время как две другие изучали реакцию Кощея.
— Что делать, — притворно вздохнул мужчина, — не запрешь же в тереме.
— Я тебе, — Вася продемонстрировала колдуну кулак. — Как запрешь, так потом и будешь ходить и думать, то ли кальция много ешь, то ли в супе что не то было, раз рога полезли.
— Молодец, девка, — рассмеялись головы. — Боевая. Нам нравится.
— Спасибо, — девушка потупилась.
— Вась, — между тем вкрадчиво произнес Кощей ей на ухо, — я надеюсь, что больше никаких вариантов происхождения рогов не будет.
— Ну… — девушка сделала вид, что задумалась, потом посмотрела в небо, — посмотрим на твое поведение.
Горыныч плюхнулся на попу, продолжая смеяться. На них косились, но близко не подходили, в первую очередь опасаясь попасть под удар змеиным хвостом, кой был мало того, что не худенький, так еще и с острым кончиком. И уже потом не желая выяснять, что такого сказал Кощей своему приятелю. Впрочем, при взгляде на лицо колдуна, желание любопытствовать пропадало окончательно.