А.Н.О.М.А.Л.И.Я. Дилогия
Андрей Лестер
А.Н.О.М.А.Л.И.Я. Дилогия
Москва 2066. Сектор
Начало
Анжела
Чагин
Полковник Адамов
Чагин
Адамов
Чагин
Анжела
Адамов
Чагин
Адамов
Чагин
Анжела
Адамов
Чагин
Прыгающий человек
Анжела
Регина
Анжела
Адамов
Рыкова
Чагин
Адамов
Чагин
Адамов
Рыкова
Чагин
Адамов
Рыкова
Губернатор Хабаров
Чагин
Мега вспышка
Чагин
Адамов
Анжела
Чагин
Анжела
Рыкова
Чагин
Анжела
Адамов
Чагин
Анжела
Война
Рыкова
Вика и Леша
Чагин
Адамов
Леша
Анжела
Адамов
Чагин
Регина
Леша
Сервер
Чагин
Леша
Анжела
Рыкова
Адамов
Чагин
Рыкова
Чагин
Адамов
Чагин
Рыкова
Чагин
Рыкова
Чагин
Анжела
Рыкова
Адамов
Москва 2077. Медиум
Часть первая
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
Часть вторая
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
Часть третья
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
Часть четвертая
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
Часть пятая
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
Андрей Лестер
А.Н.О.М.А.Л.И.Я. Дилогия
Москва 2066. Сектор
Взгляд, перебегающий с одного на другое, теряет из вида Господа
Антуан де Сент‑Экзюпери
Солнечный лучик постели коснется, Звук смс‑ки нарушит покой….
Популярный статус
Часть первая
Начало
Анжела
Нет ничего лучше маленького щенка.
Чагин
Старший садовник Никита Чагин, высокий мужчина тридцати пяти лет, в прекрасном настроении возвращался домой из питомника вечнозеленых. На нем был рабочий комбинезон цвета хаки, грубые черные ботинки с толстой подошвой. Длинные светлые волосы развевались на теплом апрельском ветру. Как и всегда, он ехал на велосипеде.
Во дворе невероятно длинной панельной девятиэтажки, в которой жил с семьей Чагин, шла обычная московская жизнь. На скамейках, под цветущими молоденькими абрикосами, сидели старики. Женщины развешивали на веревках белье. Школьники играли в волейбол на песочной площадке. Малыши носились веселой стайкой, преследуя большого рыжего кролика. Кролик, подкидывая зад, пытался уйти от преследования по длинной полосе асфальта, когда‑то служившей проезжей частью. «Здравствуйте, дядя Никита!» – закричали дети Чагину. «Здравствуйте, дети!» – ответил Чагин и внезапно нажал на оба тормоза.
Сердце старшего садовника сделало прыжок, которому кролик, спасающийся от детей, мог бы от всей души позавидовать.
В дальнем конце двора, у подъезда Чагина, стоял большой белый автомобиль.
Никите сразу же стало ясно, что приехали к нему.
Таких автомобилей он не видел уже много лет. Во дворе иногда появлялись машины: крошечная коробочка управдома, «Скорая», трактор ремонтной бригады. Но это случалось так редко, и въезжали они так осторожно, даже робко, что родители могли не опасаться за детей, играющих на бывшей дороге.
Этот стоял уверенно и зло. Весь сиял в косых лучах заходящего весеннего солнца. Кузов был большой, дутый, колеса громадные, окна непрозрачные, темные. «Джип. Такие автомобили раньше называли джипами», – думал Никита, упираясь ногой в асфальт и не слезая с велосипеда. Вертелось еще какое‑то слово, связанное с такими вот большими угрожающими машинами, но Чагин никак не мог вспомнить его. «Как же их называли?» – спрашивал зачем‑то себя Никита, чувствуя неприятные мурашки, поднимающиеся по спине.
Соседи возвращались на велосипедах с работы, ставили их у специальных стоек, выгнутых из красивых никелированных труб, подзывали детей, перекликались с женами, вынимали из багажников авоськи с продуктами. Они видели автомобиль. Но никому не приходило в голову подойти и рассматривать диковину.
Даже дети игнорировали чужака, и в этом, конечно, тоже было что‑то жутковатое.
«Они не любопытны», – успокаивал себя Чагин. – Не зеваки».
Наконец он оттолкнулся ногой и покатил к своему подъезду.
Полковник Адамов
К сорока пяти годам я повидал много страшных вещей. Даже слишком. Отравленные колодцы, взорванные подъезды, осколочные ранения в живот, целые деревни, умирающие от голода.
Но, кажется, не было ничего страшнее, чем то, что я увидел ранним утром 10 марта 201… года у метро «Кропоткинская», в начале Бульварного кольца.
Это была огромная, дикая, паническая очередь к телефонам‑автоматам.
Чагин
Войдя в подъезд, Чагин взбежал к лифту, на табло горела красная цифра «9», именно на девятом и жил Чагин. Он нажал на кнопку, лифт долго, очень долго спускался.
Наконец двери шахты открылись, и ударило тяжелым запахом мочи. Стенки были мокрые, на полу поблескивала вонючая лужа. Чагин остолбенел. «Внедорожник!» – вдруг возникло в голове слово. Внедорожник! Вот как назывались раньше такие машины с большими колесами.
Мочи в лифте Чагин не видел лет пять, не меньше. Он просто забыл, что это возможно. Поколебавшись с мгновение, Никита прошел мимо лифта и через две ступени побежал вверх по лестнице. Ступеньки лестницы были веселые, яркие: пролет салатовый, пролет светло‑оранжевый. Салатовый, светло‑оранжевый. Салатовый, светло‑оранжевый. Интересно, Вика уже дома? Одна?
На площадке пятого этажа жужжала машинка для чистки обуви. Сосед Витя надраивал черные туфли. Несколько пар обуви других цветов, среди них женские и детские, стояли рядом на стеклянной полке.
– Привет! – бросил Никита, пробегая.
– Эй! – позвал вслед Витя. – Что с тобой? Помощь нужна?
– Нет. Утюг забыл выключить, – крикнул Чагин в просвет между перилами.
