Вампиресса Туманной долины (СИ)

- Ты можешь, - сообщила без всякой задней мысли, на что мужчина как-то глухо хмыкнул, даже не уверена, что мне не показалось.
- Как поживает твой отец? – он приподнял правую бровь, намекая, что я шпионю за ним по просьбе родителя.
Если думает так, то почему стал моим любовником? 
Но как он далёк от истины! Меня так и подмыло сказать правду. Что ненавижу отца. И люблю. Но ненавижу всё-таки больше. За всё, что он со мной сделал. За то, что сломал мне детство. И почти сломал меня. Но ключевое тут слово? Почти. Слава Восху.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍У меня были те, кто поддерживал во мне искру, которая по-прежнему горит ярким пламенем, позволяя надеяться, что не всё потеряно. И, например, такой мужчина как Блейк Вуд когда-нибудь обязательно станет моим полностью, а не только на те жалкие крохи, до которых меня допускают. А учитывая, что между нами стоит именно отец? Как же я могу быть предана ему, а не себе и тому, ради кого так громко бьётся моё мёртвое для остальных сердце?
Но магистр мне не поверит. И чем больше буду убеждать в своей правоте, тем дальше буду от… его тела. Хотелось бы сказать сердца, но до него мне ещё далеко. Не сейчас, но может быть когда-нибудь…
- Не знаю, - я широко улыбнулась, подходя к нему ближе и поднимая ладонь, чтобы погладить по гладко выбритой щеке. – Ты уверен, что хочешь говорить именно о Харрисе Вайхе?
- Действительно, - уверенно кивнул Блей, приподнял меня за бёдра и с силой прижал к ближайшей стене. – У нас есть дела поинтереснее, Даниэль.
С радостью отдалась этим ощущением, поклявшись себе, что, во что бы то ни стало, добьюсь любви этого мужчины. Чего бы мне это не стоило. И сколько бы времени на это не ушло. Есть вещи, ради которых надо и нужно стараться. Иначе, зачем тогда жить?
Глава 39
Я не понимаю, почему это называют разбитым сердцем. Такое чувство, что и все кости сломаны тоже. Болит меньше, когда тебе просто безразлично. 
***
- Ты поступила неосмотрительно, Даниэль. Разве этому я тебя учил?
Осуждающий голос отца бил по натянутым нервам как по струнам плохо настроенного музыкального инструмента. Каждое слово било наотмашь и причиняло невыносимую боль.
Но жалела ли я о чём-то? Разве что только о том, что он – мой отец.
Порой мечтала, чтобы это оказалось не так. Но природная предрасположенность к родовой магии нашей фамилии – перемещениям, не давала возможности для ошибки.
Какая жалость.
Нехотя перевела взгляд на отца и удивилась. Он сгорбился и выглядел постаревшим лет на двести, не меньше. Неужели всё же переживает? Только за меня ли? Или за свою репутацию? А может, понял, что все активы, которые он столь усердно вкладывал в меня последние двадцать четыре года - пошли прахом? Обидно, наверное.
- Почему ты мне не сказала?
Я молча уставилась на него, не понимая, чего он от меня хочет. Правды? А разве она не очевидна? Советник был много кем. Чёрствым чудовищем. Самовлюблённым тираном. Но никогда - глупцом. Не до такой степени.
- Как давно это продолжается? Как давно вы спите?
Пожала плечами и перевела взгляд на стену камеры, куда меня переместил отец, после того как застала их с советником Нериком.
С горечью заметила руны, которые не позволят мне покинуть это славное место. Всю жизнь жила в золотой клетке, так хотела вырваться на свободу и что в итоге? Сменила золото на затхлый душный камень. 
Ну и пусть! Мой подбородок взлетел вверх, а губы упрямо поджались. Лучше так, чем продолжать тот фарс, где я - сама кротость, а Харрис - любящий, заботящийся обо мне отец. Лучше получить кол в сердце, чем продолжать жить как упырь в цирке. 
А интересно заметит ли кто-то моё исчезновение? Наверное, Джеки. И может Блей. Хоть кому-то я всё же не безразлична. Впрочем, на счёт Вуда – тут ещё спорно. Он так и не сказал то, что я так отчаянно мечтала услышать.
 
Единственная! Ну неужели было так сложно наступить себе на гордость и порадовать любовницу с которой спишь больше полугода? Сейчас была согласна и на сладкую ложь. Напоследок.
"Мужчины", - скептически проговорила Лотти. - "Если мужчина ведёт себя так, будто ему на тебя наплевать, значит… ЕМУ НА ТЕБЯ НАПЛЕВАТЬ!"
Язвительный голос крёстной, которую кроме своего десятилетия больше ни разу не видела вживую, но знала об её незримом присутствии, подбодрил меня. Не смотря на то, что он сказал.
- Лучше скажи мне, зачем? – холодно произнесла, обращаясь к отцу. – Зачем ты предал Кейров?
- Значит, язык у тебя всё же не отнялся, - сделал вывод Харрис.
- Зачем?
- Это не твоего ума дело, Даниэль. И это не тот момент, когда буду раскрывать тебе душу и выкладывать планы.
- Скажи… ты хоть немного меня любишь? – всё-таки снова посмотрела на него, желая видеть реакцию.
- Ты совсем размякла, - хмыкнул он. – Или Вуд так хорошо трахал тебя, что лишил последних мозгов? Не будь ты как две капли воды похожа на мою бабку, то решил бы, что ты не моя. Хотя она тоже была слаба на передок, правда выбирала только самый отборный материал. И умело им крутила, а не становилась марионеткой в чужих грязных человеческих руках. 
Ох. А это больно. 
"Я с тобой, Дани", - но даже Лотти не смогла смягчить удар, что так грамотно нанёс тот, кто когда-то был для меня всем. 
- Я разочарован. Вот что испытываю по отношению к тебе, - сухо осведомил меня отец. - Огромное разочарование. Ты никчёмная. Совсем как твоя мать. Не скрою, всё же надеялся, что от меня тебе досталось больше, но как оказалось? Ты полная дура, которая только и может раздвигать ноги перед врагом и при этом предавать меня.
- Кто бы говорил о предательстве, - фыркнула, стараясь усилием воли погасить ту разрывающую грудную клетку боль тысячи кинжалов.
Губы кривились, хотелось заплакать. Но такого удовольствия я Харрису Вайху не доставлю никогда. Более того! Больше он мне не отец. И не важно, что гены говорят об обратном. Он - чудовище. Из тех, которыми запугивают целые народы.
- Своим крохотным мозгом - тебе не постичь великих планов и не прочитать знаки судьбы, Даниэль, - он поднялся с единственного стула, нависая надо мной и рассматривая как букашку, которую мечтает раздавить. 
С моих губ сорвался смешок. Ну да! Какая речь! Только вот он сам учил меня, что всё в мире вертится вокруг трёх вещей. 
Власть. Деньги. И любовь. 
Впрочем, последнее в его понимании это страсть.
Но это ничего не меняет. Какой бы Волхов план не думали осуществить первый и второй советники Кейров и к чему бы ни стремились внешне, внутри всё обстоит именно так. Жадность. Эгоцентризм. Эгоизм чистейшей крови. Вот что у них за мотивы. 
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Что со мной будет? - спросила уже у спины Вайха, подошедшего к двери, через которую меня сюда втолкнули. 
- Ночью узнаешь, девка, - хмыкнул он. - Так же называют таких как ты? Или тебе привычнее - шлюха? 
Вот это уже действительно смешно! А разве нет? Не дорогой ли папочка сам подкладывал меня под мага? А теперь, когда понял, что я ударила его в спину - сама святая невинность. Непогрешимый. Бесит! 
 
- Что со мной будет? Могу я оставить записку Джеки? Попрощаться. 
- О! Не переживай. Ты оставишь вполне чёткое послание. Всем. И своему драгоценному любовнику в том числе. Ему особенно понравится, - хохотнул Харрис и уже почти вышел, но всё же счёл нужным добавить: - Не пытайся бежать. Помни, кто научил тебя почти всему, что ты умеешь. Ну кроме того, как раздвигать ноги. Этому ты научилась сама.