"Фантастика 2024-39". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

— Лукка, — прошипел Дырявый Мешок, — ты как хочешь, а мне пора. Эльфы гибнут один за другим. Там каждый меч на счету. А расправившись с нами, они примутся за Уилтаван. Извини и прощай. Мне действительно пора!
Где-то далеко ожившие мертвецы кончали первый и второй ряд эльфийских стрелков, взявшихся за мечи. Где-то далеко один за другим гибли солдаты человека, собиравшегося вздернуть меня на висельнице, и врага моего друга, пришедшего на помощь людям и платившего за эту помощь кровью и жизнью своих бойцов и друзей, даже не зная, а не повесят ли его самого по окончании этой битвы.
Прочистив горло, собравшись с духом и силами, я начал говорить. Крики умирающих слышались уже почти рядом.
— Вэн сотур, тролло!
  
Глава 20
 
Мой голос пронесся над толпой. Сотни глаз уперлись в меня, что я читал в них? Что? ЧТО?! И тут меня осенило!
— Тролло!!!
— И вот Лукка-Висельник, представ перед своими непослушными земляками, начал говорить. Он говорил не очень долго, ибо на счету было каждое дыхание, каждое мгновение. Тролли развернулись и, оскалив клыки, ринулись вперед. Оставшиеся в живых эльфы еле успели расступиться перед ними. Воодушевленные речью тролли врезались во врага, разбрасывая и буквально разрывая его. Битва с мертвецами была воистину жаркой… и страшной… — закончил Гурдиж-Мусорщик.
Я допил свою порцию, с сожалением разглядывая уже виднеющееся дно кувшина.
Да, действительно, драка была просто жуткой! Не успевших вовремя отойти эльфов, тех самых, с которыми делили кусок мяса и вина, тролли просто потоптали, сминая все на своем пути. Они ворвались в самый центр зорситэ, втаптывая их в землю. Мои друзья, товарищи по оружию были с ними. Не думал, что Дырявый Мешок так может драться. Я уже не говорю о Купе и Дио. Дио… Бедный кентавр! Уже потом, после битвы, Куп сказал мне, что он был последним из своего племени. У мужика была мечта возродить свое племя. Он рыскал по всей земле в поисках той, которая помогла бы ему в этом! Его просто загрызли, когда он сломя голову влетел в самый центр сражения.
Это было на моих глазах, и я никак не мог помочь ему. Кентавр намеревался добраться до Гиера. Своим двуручным мечом он рубил направо и налево. Головы только и летели! Правда, вот добраться до вождя зорситэ ему было не суждено…
Та четверка оставшихся в «живых» конных рыцарей втоптала его в землю. После битвы мы так и не смогли отыскать его останков — он был похоронен в общем костре. В общем для снова мертвых и просто-мертвых….
Пинвол… Эльф, которого я знал в этой жизни всего несколько дней. День пьянки и день сражений. Этого мало? Не знаю, мало или нет, но его гаснущие глаза, его последние слова, умоляющие: «Лукка, отцом твоим заклинаю… сожги меня, когда я умру, не дай мне стать…» — я буду помнить.
Когда зорситэ встретились с эльфами, Пинвол, перестав надрывать глотку, ринулся вперед, размахивая мечом. И, кстати, славно им помахал! Когда мертвяки смяли первый ряд, приступив к следующему, они встретили Пинвола. Эльф дрался, как мог и как умел. Его свалили, придавив к земле, и начали тут же пить его кровь, заедая ее теплым свежевырванным мясом. Я не успел этого предотвратить… Такова лично для меня была цена медлительности троллей!
Исход сражения был решен, когда волна моих сородичей протаранила первые ряды мертвецов. Тролли умеют, но не любят долго драться, однако тогда им пришлось попотеть. Им достался такой же упертый противник, как и они сами. Когда мы добрались до середины толчеи, зорситэ пошли на попятную и атаковали гарнизон города, усиленный ватагой Шера.
Не в пример своим товарищам сам разбойник остался жив. Он привел с собой не только людей, но еще и с десяток орков. Бить стрелами из-за кустов и грабить караваны по дорогам — это не сходиться лицом к лицу в битве, пусть даже если твой противник уже давно мертв. И по новой жив.
Разбойники Шера полегли все. Полегли люди ради тех, кого обирали на дорогах и, как часто бывало, протыкали несговорчивых. Полегли орки ради тех, кого ненавидели по закону крови. Шер остался жив. Он рубился так, как будто сам восстал из преисподней, когда сразу с полсотни мертвецов напали на него.
 
Говорят, он теперь остепенился. Так, иногда прогуливается по дорогам королевств, но уже не ради наживы, а просто чтобы не заплыть жиром. Пользуется вечным прощением и доверием королевы Бревтона. Опять же, по слухам, в своих вылазках никогда не трогает гномов. А если и пересекается-таки с ними, то щадит и, бывает, провожает до безопасного пути…
Когда последний зорситэ был отправлен в землю, а это, слава Небесному Троллю, случилось задолго до полуночи, началось самое страшное!..
Всех полегших, и бывших мертвецов, и бывших живых, сожгли…
Дым, вонь и вопли мучеников стояли потом несколько дней.
Раненых из людей и эльфов, с молчаливого согласия вождей, добивали на месте и кидали в огонь. За что, кстати, и получил стоул под ребро Владыка Уилтавана, брат Скорпо Локо Бревтонский. Кто, что да как — не знаю. Да и… Короче говоря, сход с ним. Я не питал к нему ни дружеских, ни других приятных чувств.
Мои тролли выжили практически все! Даже царапины и укусы мертвяков не сделали их зорситэ, и слава Небу! Те, кто тогда умер, были сожжены. Те, кто был укушен или погрызен, не в пример эльфам, потом оправились и не стали живыми мертвецами. Сын Сухого Роса набил не один десяток рож, но так и не дал умертвить своих раненых.
Что еще? Мне в награду, как в той бумажке было нарисовано: «За организацию обороны Уилтавана, личное мужество и героизм», подарили небольшой домик в окрестностях столицы королевства, а также… «право пить вино в любом питейном заведении города до той поры, пока ноги не смогут держать. Сроком до самой смерти!». Я так думаю, что это Дож для меня расстарался.
Дож — Дырявый Мешок потерял левую руку, по самое запястье, и получил в «награду за организацию», «преданность» и чего-то там еще постоялый двор «Южный Тракт» в вечное пользование. В последний раз, когда я его видел, а это было полгода назад, гном отрастил себе приличный животик и на полном серьезе подумывал о… женитьбе…
Ныне покойный… дважды покойный король Гиер Одиннадцатый… В третий раз мы схватились с ним, когда исход битвы был предрешен. Это случилось у места, где кровь земли по зову друидов вышла наружу и тихо догорала, подожженная стрелами эльфов.
Я засунул в огонь Гиера целиком и не давал ему оттуда даже высунуться ударами меча. Он сгорел на моих глазах, проклиная меня и всю мою родню. Его предсмертный рев до сих пор звенит в моих ушах.
Кто еще остался? А, Куп! Эльф с еле выговариваемым именем МалЙавиэУиал. Он вернулся к своей возлюбленной Винетте Вильсхолльской. Живут уже лет десять. Счастливы. Приезжают в гости. Постоянно зовут к себе. Детей пока нет.
Война в Вильсхолле длилась два с лишним года. Волшебники доставили Винетту в самый разгар конфликта. Доставили, представили ее занимающемуся огнем междоусобицы двору и исчезли, предоставив ей разбираться со всем этим бардаком самостоятельно. А дело было в том, что, как это часто бывает, нашлись те, кто после смерти короля заявил о своих древних правах на трон. И не все бывшие вассалы короля Гиера смогли вынести то, что на престол взошла женщина. Да еще и с эльфом, не человеком, в придачу. Было все! И заговоры, и жестокие бессмысленные убийства, и внезапные непонятные смерти. Была даже пара драк, в смысле больших серьезных битв. Каюсь, поучаствовал… И морды по переулкам бил, и ахастом помахал! И по лесам пришлось побегать. Между прочим, рука об руку с учителем Айдо и его учениками. Много чего было… В конечном итоге Винетта стала королевой.
Прошло десять лет. Нет, конечно, не ровно десять, чуть больше. Что еще изменилось в этом мире?.. Кого я забыл? Конклав Двенадцати… Мастер Скорпо…
Конклав почти в полном составе убрался из этого мира. Я так понимаю, что в страхе перед пришествием Отродья те девять драпанувших волшебников, как говорится, отрубили концы общения с нашим миром. Да и ладно! И без них здесь дышится более-менее хорошо.