Советские партизаны. Мифы и реальность
В беларуской историографии события апреля — мая 1944 года в районе Ушач известны под названием «Полоцко-Лепельская битва 1944 года».
Немцы прочесывают местность.
«Баклан» («Kormoran»)
Проводилась в июне 1944 года для окончательной (после операции «Весенний праздник») очистки тылов немецкой 3-й танковой армии, восстановления нормального движения по дорогам Докшицы — Лепель, Минск — Витебск и захвата Бегомля.
Операция «Корморан» по масштабам была крупнее операции «Коттбус» и проводилась в основном силами резервов 2-го эшелона группы армий «Центр», оттого ее темп оказался с самого начала разгромным для партизан. За основу был взят план операции «Коттбус», «котёл» предполагалось устроить в районе болот возле озера Палик. На востоке партизанской зоны создавалась плотная линия окружения вдоль дороги Лепель — Бегомль.
5 июня был захвачен Бегомль и действовавший там партизанский аэродром. 6 июня, в результате наступления со стороны Плещениц немцы заняли населенные пункты Литвичи, Веретей, Отрубы, Кальник, Ускромы, Бабцы и ряд других.
На следующий день из кольца окружения, через реку Цна в сторону реки Вилии, удалось вырваться нескольким соединениям, в том числе бригаде «Железняк», которая ушла на запад Бегомльской зоны — в Жамойтский лес.
Советские историки позже писали:
«В ходе операции „Корморан“ бригада „Железняк“ совместно с другими бригадами северных районов Минской области сковала крупные резервы немцев из 2-го эшелона группы армий „Центр“; сорвала попытки фашистов создать оборонительный рубеж по реке Березина севернее Борисова, не допустила восстановления движения по шоссейной магистрали Плещиницы — Лепель и удержала свой рубеж до подхода советских войск. Соединениями Борисовско-Бегомльской зоны были нарушены коммуникации витебской группировки немцев, затруднено маневрирование наличными силами».
Реальная картина выглядела куда более грустной — соединения Борисовско-Бегомльской зоны чудом избежали гибели. За 8 дней немцы загнали в котёл у озера Палик почти все бригады региона.
«Партизаны, измученные многодневными изнурительными боями, испытывали острый недостаток в продуктах питания, боеприпасах, были отягощены ранеными, больными, заботами о населении, которое вместе с ними стойко переносило все ужасы блокады. К тому же фашисты обрушили на „пятачок“ у озера Палик сотни бомб. Только один налет вражеских самолетов, совершенный утром 18 июня, продолжался более часа. Затем начался артиллерийско-минометный обстрел. Все перерыли снаряды и мины. Возросло количество убитых и раненых. Получили ранения Р.Н. Мачульский (командир соединения Борисовско-Бегомльской зоны — М.П.) и уполномоченный БШПД А.Ф. Бардадын…
Девять дней вели тяжелые бои в полном окружении партизаны. А в ночь на 23 июня, когда должен был произойти решающий штурм партизан, радист принял сообщение о начале Белорусской наступательной операции. Фашистское командование вынуждено было снять действовавшие против партизан войска» (Высшее партизанское командование Белоруссии. 1941–1944: Справочник, с. 169).
Как видим, дело завершилось бы полным уничтожением партизан, но на их счастье началась операция «Багратион».
Наш обобщающий вывод таков:
Практически все операции немцев, проводившиеся до конца 1943 года, несмотря на больший или меньший частный успех, в целом не дали желаемых результатов. Тому две причины, но это не стойкость партизан, и не поддержка их местным населением.
1) Операции проводили силы, явно недостаточные для решения поставленных задач, притом в спешке.
2) Акциями руководили высшие чины СС и СД, не имевшие опыта проведения боевых операций вообще, операций подобного рода в частности.
Немецкий патруль убил «подозрительного», оказавшегося возле железной дороги.
Глава 7. Чем партизаны помогли Красной Армии?
Пример Европы
Во Франции в начале 1944 года партизаны и подпольщики создали единые внутренние вооруженные силы (ФФИ). И когда 6 августа 1944 года началась высадка войск союзников на побережье Нормандии, подразделения ФФИ повсеместно перешли в наступление. Во-первых, они полностью перерезали железные дороги. Немцы не смогли доставлять подкрепления войскам, отражавшим высадку десанта. Эвакуироваться им тоже пришлось с помощью автомобильного транспорта, но не по железным дорогам.
Во-вторых, партизаны освободили от оккупантов или от своих коллаборационистов («вишистов») десятки городов и сотни деревень. В том числе столицу страны. Вот что сказано об этом в советском источнике:
«ФФИ собственными силами освободили ряд городов и целые департаменты в Бретани, на Юго-Западе и в других районах страны (см. карту). Когда 15 августа 1944 года американские и французские войска высадились на юг Франции, в районе от Марселя до Бельфора отряды внутренних сил уже вели бои с оккупантами и вишистами. Кульминационным пунктом вооруженной освободительной борьбы французского народа явилось Парижское восстание (19–25 августа 1944 г.), в результате которого была освобождена столица Франции» (Советская Историческая Энциклопедия, том 15, с. 333–334).
Смотрим на карту и видим, что «ряд городов и целые департаменты» — это две трети территории Франции! Если Марсель находится на берегу Средиземного моря, то Бельфор — на севере страны, в Лотарингии. Вот что значит хорошо продуманный план действий и одновременное выступление всех партизанско-повстанческих сил в нужное время. Нужное — в плане общей стратегии войны.
Рассмотрим теперь пример Югославии. Тот же советский источник сообщает:
«В Югославии быстро росла численность партизанских отрядов (к концу 1941 г. — около 80 тысяч человек, к концу 1942 г. — 150 тысяч человек), их боевые возможности. Еще 22 декабря 1941 г. была сформирована 1-я Пролетарская бригада, знаменовавшая рождение Народно-освободительной армии Югославии (НОАЮ). (…)
К осени 1944 г. часть территории Югославии была освобождена НОАЮ, которая насчитывала к этому времени 50 дивизий, значительное число бригад и партизанских отрядов — всего 400 тысяч человек. (…)
В марте 1945 г. НОАЮ была переименована в Югославскую армию. К 15 мая Югославская армия завершила освобождение Югославии от фашистских войск и их пособников». (Советская Историческая Энциклопедия, том 2, с. 218; том 16, с. 722, 723).
К этому надо добавить, что войска Красной Армии, которые вышли через Румынию и Болгарию к границам Югославии, в октябре 1944 года участвовали в изгнании немецких и венгерских оккупантов лишь в полосе между румынско-болгарской границей и железной дорогой Суботица — Нови Сад — Белград — Ниш. Это не более 20 % территории страны, составлявшей около 255 тыс. кв. км.
Албанию местные партизаны освободили от итальянских оккупантов своими силами к осени 1943 года:
«Освобождение партизанскими отрядами городов и сел Албании сопровождалось ликвидацией старых органов власти. Вместо старых органов власти создавались национально-освободительные советы (впервые возникли в марте 1942). (…) После капитуляции Италии (сентябрь 1943) в Албанию были введены войска фашистской Германии. Попытки оккупантов во время зимнего (1943–1944) и летнего (1944) наступлений (…) подавить национально-освободительную борьбу, мобилизовав для этого все силы внутренней реакции, потерпели неудачу. (…) 29 ноября 1944 года национально-освободительная армия заняла последний опорный пункт оккупантов и предателей — город Шкодер» (СИЭ, том 1, с. 344).
Упомянем еще и «греческий опыт». Советские историки писали в 1963 году:
«В декабре /1941 г./ было решено создать греческую Народно-освободительную армию (ЭЛАС), численность которой за два года достигла 70 тысяч человек. К лету 1943 года греческие патриоты освободили около трети территории страны /для справки: площадь Греции вместе с многочисленными островами составляет 130,9 тыс. кв. км./ В октябре 1944 года оккупанты, теснимые силами сопротивления, были вынуждены покинуть страну» (Советская Историческая Энциклопедия, том 4, с. 765).
