Северная Ведьма (СИ)

– Хорошо, – сказал доктор. – Были ли одновременно с появлением ведьмы какие-то обстоятельства, которые вас огорчали или расстраивали?
Климов рассказал о Татьяне, недавнем разводе и ее претензиях на квартиру. Доктор одобрительно кивал и делал пометки.
– Знаете, док, я не могу отделаться от мысли, что я на самом деле видел Ведьму, – задумчивопроизнес Климов. – Она была очень реальна, ну… То есть, если бы я протянул руку, я бы ее потрогал. Наверняка!
– Я хотел бы задать вам вопрос,– мягко проговорил Алексей Павлович. – Во время нахождения в нашей клинике вы встречали ведьму? Или, может быть, видели какие-то знаки, которые она вам оставляла?
– Нет, – покачал головой Климов после некоторого раздумья. – Ничего такого.
– Это происходит потому, что здесь вы получаете адекватное лечение и восстанавливаете свой истощенный организм, – сказал доктор. – Вы испытывали тяжелый стресс, связанный с некоторыми жизненными обстоятельствами. Разумеется, о режиме дня, правильном питании и полноценном отдыхе речь не шла в принципе. А здесь вы находитесь вдали от травмирующих вас мест, людей и событий, получаете препараты для улучшения мозгового кровообращения, мягкие седативные средства и растворы витаминов и микроэлементов, что безусловно полезно, вкупе с прогулками и чтением художественной литературы. Понимаете, человеческий организм имеет определенный запас прочности. Но если воздействие стрессового фактора продолжается долгое время и стресс становится хроническим, тогда работа внутренних органов нарушается. Последствия очень трудно предугадать. Кто-то приобретает соматические заболевания , например, сахарный диабет, ишемическую болезнь сердца, язву желудка. Список, как вы понимаете, обширен. У кого-то, как у вас, к примеру, нарушается высшая нервная деятельность с формированием неврозов, психозов, а в особенно тяжелых случаях и более серьезных психических нарушений. Другими словами, стресс ударяет либо по физике – телу, либо по психике – мозгу.
– То есть все болезни – от нервов? – усмехнулся Климов.
– Вы зря смеетесь, – серьезно ответил доктор. – Так оно и есть.
– Знаете, в первый день здесь мне повстречался любопытный старичок, – сказал Климов. – Семен Аркадьевич. Он каким-то образом угадал, что меня напугала именно женщина, женское существо, ведьма, привидение, не знаю, как точно назвать… Неважно. И еще он говорил, что галлюцинаций не существует, а есть множество реальностей, которые пересекаются…
– Семен Арнольдович, конечно! – засмеялся Алексей Павлович. – Это давний наш пациент, время от времени ложится в клинику подлечиться. Его патология имеет возрастные причины. Он был умнейший человек, профессор, преподавал какую-то дисциплину, связанную с физикой, в университете, но годы, вы же понимаете, не щадят никого. Сейчас он неплохо себя чувствует, но иногда его посещают такие вот странные мысли, сродни бредовым, что он вам и озвучил.
– Галлюцинации все таки существуют? – на всякий случай переспросил Климов.
– Разумеется, это научный факт, – кивнул Алексей Павлович. – Семен Арнольдович – превосходный рассказчик, сказывается многолетняя университетская практика, но множественные реальности, пересечения, привидения и разные инопланетяне… Знаете, я практик. Кроме того, много лет увлекаюсь историей и могу вам сказать, что я не встретил ни одного загадочного происшествия, которому бы не нашлось рационального объяснения.
– А как тогда объяснить, что я ездил в Ковалевку с уже несколько часов как мертвым Иваном? –спросил Климов.
– Это был ваш последний день в Череповце, так? – спросил доктор.
– Да, потом я очнулся уже здесь, – сказал Климов.
– Я полагаю, на тот момент вы были уже порядком испуганы и утомлены, – отметил Алексей Павлович. – Был ли ваш попутчик, Иван, привидением?
– Нет, он был как живой человек, настоящий, – сказал Климов. – Только цвет лица у него странный был, как будто из подземелья вылез… Но в целом ничего особенного я не заметил.
– Как вы полагаете, могут ли умершие люди материализовываться в другом месте после смерти? Не как привидения, даже если допустить, что они существуют, а во плоти? – продолжил Алексей Павлович.
 
– Думаю, нет, – с сомнением сказал Климов. – Наверное, нет.
– Тогда как можно объяснить ваше совместное путешествие? – спокойно спросил доктор.
– Не знаю… – растерялся Климов. – Я думал, этому есть какое-то объяснение.
– Разумеется, есть, – сказал доктор. –Галлюцинации – очень коварная вещь. Они могут быть реалистичными настолько, что человек перестает понимать, что на самом деле реально, а что – порождение его нарушенной психики. И это очень сложно понять тому, кто галлюцинации видит, изнутри, понимаете? Я уверен, вы видели именно галлюцинацию.
– Спасибо, – прочувствованно сказал Климов. – Это мне необходимо было услышать.
– На здоровье, – улыбнулся доктор. – А теперь отдыхайте, набирайтесь сил. Если понадоблюсь, я буду до шести вечера, заходите.
Климов не зашел. После слов Алексея Павловича ему наконец-то стало окончательно ясно, что Саня был прав. Ведьма – порождение его больного воображения. Точнее, воображения заболевшего. И Климов окончательно успокоился. Сеансы психотерапии, которые с ним каждое утро проводил доктор, определенно шли на пользу. В свободное время, которого у него теперь было навалом, Климов читал, спал, ел и в целом довольно быстро шел на поправку. Через две недели его выписали, и он вернулся домой.
Суд с бывшей женой по поводу раздела квартиры отложили по причине болезни Климова, и у него была возможность поискать хорошего юриста. Найти специалиста помог Толстый: он приятельствовал с известным московским адвокатом на почве общих байкерских интересов. Тот приехал к Климову, все еще невыездному из-за гипса на ноге, бегло просмотрел бумаги, узнал суть дела и заверил клиента в полном успехе.
– Я вообще не знаю, на что рассчитывает ваша бывшая жена, – заявил он.– Мы легко выиграем дело.
Партнеры договорились о гонораре, обсудили некоторые мелочи и адвокат откланялся.
Суд состоялся через три недели и был довольно быстрым и скучным. Татьяна потерпела полное поражение, ей же присудили выплачивать судебные издержки. После объявления решения суда она вскочила с места, заорала, что «так не оставит», и ее пришлось выводить из зала суда чуть ли не насильно. Климов смотрел на нее с сожалением и, кроме брезгливости, уже не ничего испытывал. Рефлексировать по поводу своей любви ему больше не хотелось. Он вышел, выкурил сигарету, наблюдая, как машина бывшей жены отрывисто развернулась во дворе и с визгом унеслась за шлагбаум, потом сел в подъехавшее такси и уехал.
Вечером Климов пригласил Саню с Толстым в «Пивную бочку», отметить выигрыш в суде и свое окончательное выздоровление.
– Наконец-то ты снова в наших рядах, Андрюха! – прочувствованно басил Толстый, сжимая тощего Климова в своих медвежьих объятьях.
– Аккуратнее, не сломай ему там ничего, – смеялся Саня. – Только-только гипс сняли.
– Ребята, я вам так благодарен! – едва сдерживаясь, сказал Климов. – Без вас я сейчас был бы неизвестно где и неизвестно как вообще…
– Да ладно! – махнул рукой Толстый. – Мы же друзья, должны выручать друг друга! Верно, Сань?
Саня солидно кивал и широко улыбался, тоже не скрывая своей радости.
– А Череп-то, адвокат твой, орел! – гордился Толстый. – Расскажи, как он на суде выступил!
– Да рассказывал уже сто-пятьсот раз! – ответил Климов.
– Он так пыжится, будто сам суд выиграл! – поддел Толстого Саня.
– А кто же такого спеца ему нашел? – простодушно обиделся Толстый. – Ты, что ли?
– Перестань, он же нарочно это делает, – толкнул Толстого в бок Климов. – Завидует, что Череп – не его приятель.
– А, так бы сразу и сказал, – заулыбался Толстый.
– Пфф, у меня таких приятелей – полная записная книжка, – презрительно скривился Саня. Толстый злобно посмотрел на историка и хотел что-то возразить, но Климов его перебил.