Удача любит смелых (СИ)

— Уяснил?
— Уяснил, — подтвердил Денис, сглотнув. Похоже, он только сейчас поверил в серьезность моих намерений.
— Вопросы или сомнения, что мы можем платить тебе такие деньги, есть?
— Теперь нет.
— Будешь работать с нами, станешь частью команды. Мы всегда будем помогать, чем сможем. Но это не значит, что можно творить любой беспредел, а потом взваливать решение проблем на нас. Нет, так не получится. Наоборот, работать и решать вопросы будем максимально тихо, стараясь не привлекать пристального внимания органов. Это понятно?
— Да, — кивнул парень. — Но у меня есть несколько уточнений и вопросов.
— Слушаю.
— Первое. Я никогда не буду трогать простых работяг, стариков, женщин и детей. Если моя работа это предполагает, лучше сразу прекратить разговор и разойтись.
— Ни в коем случае, — отмахнулся я. — Ты правильно всё сформулировал. Скажу больше, мы никогда и не собирались это делать. Наоборот, решили с друзьями в будущем помогать ребятам, воевавшим в Афганистане, ветеранам ВОВ, детдомовцам. Определенный процент из полученных денег, когда наша структура оформится и начнёт регулярно зарабатывать, мы планируем на это потратить. Даже если ты откажешься с нами сотрудничать, мы все равно через небольшое время закупим лекарства для афганцев, организуем им любую посильную помощь, это даже не обсуждается. Но с тобой, как членом нашей команды, распределять деньги будет намного легче, эффективнее и проще.
— Это хорошая новость, — чуть улыбнулся уголками губ Денис. — Второе. В чем конкретно будут состоять мои функции? Придется ли идти на «мокрое»?
— Твои функции: охрана грузов и нас. Разборки с бандитами и уголовниками, которые могут наехать. Расследования разных ситуаций. Сопровождение меня и моих приятелей с крупными суммами денег. Впрочем, это и входит в пункт первый — нашу охрану. Что касается «мокрого». Мы всеми силами будем этого избегать. Но если возникнут ситуации, «мы или они», сам понимаешь…
— Кто, ещё кроме меня будет заниматься охраной и безопасностью?
— У нас есть ещё один парень, тоже друг мой и Олега. Он отличный спортсмен, бывший морской пехотинец, но с ним ещё мы не говорили.
— Вова согласится, — вмешался Олег. — Я его как облупленного знаю.
— То есть, я и ещё один боец, — задумался Денис. — Получается, охраной у вас будет заниматься всего два человека. Правильно?
— Пока да, — развел я руками. — Понимаю, что это мало, но на данный момент больше кандидатур нет.
— У меня есть, — загадочно ответил афганец. — Но сперва я хочу прояснить ещё несколько вопросов. Например, обеспечение и вооружение. Ты же понимаешь, что голыми руками уголовникам противостоять нельзя. Нас просто завалят, несмотря на все навыки в рукопашке. Мысли по этому поводу есть?
— Есть, — признался я. Вопросительно глянул на Олега, он утвердительно кивнул.
— Кое-что у нас имеется. Но мало. А что, ты что-то хочешь предложить?
— Хочу, — кивнул афганец. — У меня прапор знакомый есть. С нами за речкой был, сейчас в Подмосковье служит, при складе с оружием. С ним можно договориться, я знаю, как. Можно пару калашей через него достать, пистолеты, РГДшки и ещё много чего хорошего. Деньги на это выделите? Для начала тысячу-полторы.
— Выделим, — пообещал я. — Но ты же понимаешь, что, если вас с оружием возьмут, срок будет обеспечен? Мы, конечно, всё сделаем, чтобы вас вытащить и подогреть на зоне. Но риски надо осознавать.
— Понимаю, — парень оставался спокойным. — И даже больше скажу, если бы не Олег, я бы тебе об этом даже не заикался. Я его давно знаю, доверяю, и он за тебя поручился. Что касается «возьмут с оружием». Пистолеты можно легко скинуть или сделать тайники в машинах. Автоматы никто возить с собой не будет. Спрячем их в надежном месте. Пусть лежат. Если другого выхода не будет, достанем.
— Принимается, — вздохнул я. — Я так понял, ты будешь работать с нами?
— Буду, — подтвердил Денис. — Но предупреждаю: если в чём-то обманешь, сразу уйду. Теперь по поводу моего предложения. У меня товарищ есть — Серега-самбист. Я о нём уже упоминал. Он третьим у Леопардыча был. Сявок и урок не переваривает. Парень мировой. Только один нюанс есть.
 
— Какой? — поинтересовался я.
— Он мент бывший, опер, — признался Денис. — Недавно уволился, сейчас работу ищет.
— Отклоняется, — скривился я. — Только ментов в нашей дружной компании не хватает. Зачем такие сложности? Проще сразу явку с повинной написать, чтобы время сэкономить.
— Подожди, не торопись, Миша, — вмешался десантник. — Знаю я Серегу. Действительно, мировой парень. Да, был ментом. Но нас в жизни не заложит. Не такой он человек. Дэн его на спине раненного километров пять на себе тащил, а после операции постоянно к нему бегал, когда мог. Для Сереги он как брат.
— Он, да, может и брат, — проворчал я. — Но не мы. Нельзя мента к нашим делам подпускать. Плохо может кончиться.
— Миха, ты знаешь, почему Серый уволился из ментовки? — вдруг спросил Олег.
— Нет, конечно. И знать особо не хочу.
— А я тебе расскажу. Сам Серега — коренной москвич. Но так получилось, что мать рано умерла от рака, а отец начал пить с горя и превратился в алкоголика. Сына часто пьяным бил, трезвым, правда, раскаивался, прощения просил, но речь не об этом. Так вот, Сережка, когда папаша его начинал лупить, убегал из квартиры. А потом долго сидел во дворе, ожидал, когда тот уснёт. И почти всегда его забирал к себе сосед — дядя Леша. Он тоже любил выпить, но был тихим, и особо водку не глушил. Кормил и держал у себя, пока папаша не засыпал. Потом отца увезли в дурку из-за белочки. Там он и сгинул. Серегу в детдом хотели отправить, но тетка из Краснодара приехала. С ней он и жил. А дядя Леша ему регулярно конфетки покупал из своей скудной зарплаты. Своих детей у него не было. Сереге в Афган посылки периодически слал. Как второй отец ему был. После Афгана Серега в ментовке опером начал работать. Дядю Лешу никто не трогал, даже в вытрезвитель не забирали, пьяного до дома вежливо провожали, знали, Серега за него голову оторвёт. Но однажды Серый выехал по одному делу в длительную командировку. На район приняли двух новых ППСников, а третий, который давно работал, отошёл по своим делам ненадолго. И они приколупались к выпившему дяде Леше. Захотели бабло у пьянчуги забрать. А дядя Леша, привыкший, что его все знают и уважают, возникать начал. Короче, избили его сильно. Уложили в больницу. Третий, когда пришёл и увидел, что его коллеги натворили, за голову схватился и матом орал на весь двор.
Но было поздно. Дяде Леше эти дятлы, чтобы не отвечать, попытались по дурости оформить сто девяносто первую, часть первую — «Сопротивление работникам милиции». Серега, когда узнал, взбеленился. Показания у жильцов собрал, нашел свидетелей, которые видели, как ППСники у дяди Леши деньги забирали. Начальство его очень просило, спустить историю на тормозах, эти дятлы готовы были скинуться на лечение и отдать денег в несколько раз больше. Но Серый закусил удила. ППСники пошли под суд. Дело было громкое. Начальника райотдела и его зама тоже хорошо взгрели. И они прямым текстом заявили Сереге: нормально работать ему не дадут. Пусть лучше рапорт на увольнение пишет и сваливает. Он подумал и согласился. Теперь для многих ментов чужой человек — своих вломил. Хотя связи остались, некоторые из оперов его до сих пор уважают. И не заложит он нас никогда, не такой парень, отвечаю на что угодно.
— Ладно, уболтали, — буркнул я. — Поговорим с ним. Но до встречи, ему ни полслова о нас. Он не должен знать, кто мы и чем занимаемся. Только в общих словах, что, мол, есть вариант поработать вместе. Хотя, он может взбеситься, когда меня увидит. Уж больно я специфично выгляжу.
— За это не переживай, — заверил Денис. — Я с ним сам предварительно беседу проведу. Не взбесится. И вообще, он хоть и был ментом с понятиями, но мог подкалымить на стороне. В рамках приличия, конечно, беспределом не занимался. Если ты никакой херни творить не будешь, например, людей простых трогать, всё будет нормально.