Сестры. Мечты сбываются

Света насторожилась: так рано баба Нина никогда не засыпала. Она вышла из машины, поднялась по лестнице, позвонила. Кто-то поднимался следом за ней, но когда она остановилась, шаги вдруг стихли. Света, волнуясь, не обратила на них внимания, позвонила еще раз и, не дождавшись ответа, отперла двери, зажгла свет в прихожей и вдохнула знакомый запах лекарств. Села на табурет, сняла кроссовки. Вот она и дома. Украдкой, как воровка, проникла в свою квартиру. Было тихо, пыльно и пусто – бабушка либо в больнице, либо ее увезли от греха подальше.
Если б что-нибудь случилось, в доме бы был беспорядок, а тут все прибрано, каждая вещь на своем месте. Халата розового только нет. «Наверное, все-таки в больнице...» – решила Света. Или у мамы. Нельзя думать, что с человеком случилось плохое. Накликать, как говорила бабушка.
Она прошла в комнату, открыла гардероб с вещами и нащупала на полке под полотенцами стопку документов. Вынула свое свидетельство, засунула в карман. С наслаждением переоделась в чистую футболку и штаны, взяла заколку для волос, подумав, что неизвестно, когда еще доберется до парикмахерской, когда сможет позволить себе постричься. Деньги, выигранные у стрелка, еще оставались, но не хотелось их тратить. Деньги и визитка были как талисман. Так мало у нее осталось от него на память, но так много эта память занимает в ее жизни. Как странно.
Она прихватила любимую зубную щетку, подумав, что покидает дом налегке. В общем, ничего у нее и нет. Кассету Цоя она отложила в сторону с сожалением. Так долго его любить, и разлюбить окончательно. Грустно. Дом, в котором она отсутствовала несколько дней, показался ей состарившимся. Но вряд ли он успел измениться. Скорее изменилась она. Словно его покинула одна девочка, а вернулась другая. Сейчас он выглядел не слишком надежным убежищем. Домом, в котором оставаться нельзя. Стены ее не защитят. Только сама, только на себя и можно надеяться. Еще на хороших людей, которых надо уметь отыскивать среди сброда.
Она замкнула двери и вышла. На площадке стояла миниатюрная женщина, выражение ее лица Света не могла разобрать в тускло освещенном пространстве с темными обшарпанными стенами.
– Света? – спросила женщина и сделала шаг вперед.
Вообще-то Алла оказалась здесь случайно. Она проследила, как Наталья увезла мать в загородный санаторий, а дальше пропала из поля зрения. Жена Мирзы научилась испаряться прямо на глазах, и, как ни старалась Алла, она все-таки ее потеряла. Теперь, после убийства Гурама и Витька, никто не знал, где Мирза и члены его семьи. Даже Костя, занервничав, заметался, поняв, что касса уходит, а поделать ничего нельзя.
Сегодня Алке, можно сказать, крупно повезло. Она узнала, где находится Наташкина мать. Правда, чем это поможет братве? Вряд ли Алик так уж дорожит своей тещей. А теперь вот подарок лично ей. Эту девочку она узнала бы из сотен. Она была именно такой, как ей представлялось. Со сдвинутыми бровями, неприступная, серьезная красавица, небрежно, кое-как одетая, пренебрегающая внешностью.
Зачем, спрашивается, Алле было возвращаться в этот дом? Ее привела интуиция.
– Да, а что? – Света глянула исподлобья. – Что-нибудь нужно?
– Хочешь узнать об отце, пойдем со мной.
Света застыла. Получалась, как в Динкиных страшилках. К тебе подходит незнакомка и предлагает конфету. Ты, как овца, идешь. А что дальше? Скелеты детей в подземелье?
– Мы можем поговорить и здесь, – Света кивнула на дверь. Потом сообразила, что приглашает в квартиру человека, которого впервые видит.
– Нет, здесь мне нельзя, – Алка сказала правду, она видела, что ей время от времени уделяют внимание Аликовы братки, а встречаться с ними не хотелось. – Мы можем дойти до ближайшего кафе...
– Хорошо, – сразу согласилась Света.
По виду женщины было не сказать, что это мошенница. Дорогие шмотки, и волнение. Главное, она сильно психовала, отчего Света почувствовала себя уверенней. Они спустились по лестнице, вышли из подъезда, и Света повернула к машине предупредить Юлю, что задержится, но Алка вдруг нервно схватила ее за рукав. Ей показалось, что Света передумала и хочет уйти. Девочка вырвала руку и посмотрела внимательно. Алла едва не задохнулась, встретив знакомый взгляд. Она даже знала, как его расшифровать. «Ты что делаешь?» – так бы прозвучал этот вопрос в устах Димы.
 
– Нам не туда, – сказала она Свете.
– Я предупрежу, – пояснила та. – Меня ждут.
Алла ревниво оглядела рыжеволосую девицу в машине. Ей хотелось обладать девочкой в одиночку. Чтобы никто не мешал...
Они прошли до ближайшего кафе и сели за крошечный стол напротив друг друга. Официант принес две чашки кофе. Они молчали, разглядывая друг друга.
У Алки заблестели глаза. Есть многое, что радует людей. Кому-то достаточно увидеть гору бабла, кто-то обрадуется виду паленой водки. Есть те, кому надо светиться, петь в свете прожекторов, без этого они чахнут. Есть и такие, кому надо плющить, убивать, мучить ближних и пинать бездомных собак. Много видов удовольствий и счастья. У Алки же все ее радости сконцентрировались в этой девочке, с ней были связаны ее планы на жизнь, и она ничего не могла с собой поделать. А девочка сидит, размешивает ложкой сахар и даже не догадывается об этом.
Но девочка что-то почувствовала. У нее от волнения начало колотиться сердце. Наступал момент, которого она так долго ждала. Сейчас она узнает об отце. Алка, заметив, что ожидание мучительно затянулось, пришла ей на помощь:
– Я сразу скажу самое тяжелое. Твой отец погиб сорок пять дней назад. Разбился на машине на мокрой дороге. Меня зовут Алла, я его бывшая жена...
Света растерянно замерла. Значит, он умер, а они не встретились... И уже не встретятся никогда... Как это могло произойти? Почему, за что? Это несправедливо. Как теперь быть? И эта картина в парке, когда два человека идут навстречу друг другу, медленно сближаясь и узнавая, неужели этого никогда не случится? Почему эта женщина явилась так поздно? Не могла прийти, пока он был жив? И что ей нужно? Света, опустив голову, молчала, сдерживая упреки.
– Я предлагаю тебе жить со мной. У меня есть деньги и цветочный магазин. Ты будешь обеспечена.
Света удивилась. Предложение показалось ей нелепым. У нее были свои дела и планы. В них странной незнакомке места не предусматривалось. Она была лишней.
– Зачем вам это? Жить вместе? – мрачно спросила она.
– Так будет лучше всем. Ты потом поймешь, может, не сразу. Человеку лучше жить с тем, кому он нужен. Это самое верное.
Света подумала, что такой человек у нее уже есть. Рано или поздно она отыщет стрелка и будет его помощницей, и это так же верно, как то, что за окном стоит Толик и их разглядывает. Алла его не видела, а он делал Свете знаки, мол, выйди. Но Света отвернулась, точно ничего не заметила. Эта женщина явилась поздно и некстати. От нее хотелось избавиться. Мечта об отце рухнула в один момент, но на ее месте уже выросла другая. Все остальное уже ни к чему.
– Ты подумай, я тебя не тороплю, – заговорила Алла. – Мирзе с Натальей не до тебя, да и долго еще будет не до тебя, может быть, всегда. А со мной скитаться и голодать ты не будешь.
Алка посмотрела преданным собачьим взглядом. Свете вдруг остро захотелось уйти и никогда больше не видеть эту особу. Она ее почти возненавидела за произнесенную вслух правду и даже не почувствовала угрызений совести. Раньше на Востоке гонцов с плохими вестями убивали. Эта женщина отняла у нее надежду, а взамен предложила безбедную жизнь. Света презрительно сощурилась. И почему она так странно смотрит? Как раб на господина, от которого зависит его жизнь. Она поглядела в окно, но Толика там уже не было.
 
– А кем он был? – сухо спросила Света, имея в виду отца.
– Ну... Он был большим человеком. И очень хорошим.
Света еще раз оглядела Алкин наряд, оценила уклончивость ответа и спросила напрямик:
– Кем он был по профессии? Только честно.