Незваный гегемон химеромира (СИ)
«Очевидно, что всё не так просто и красиво, как расписывает Джеймс, но время покажет» — подумал Дэвид и кивнул.
— Расскажи ещё, что знаешь. Так откуда у тебя ноутбук? Привёз из России? Ты же уже был там?
— Конечно. Всё расскажу…
* * *(
От автора… для определения курса валют в обстановке химеромира-1942, для рубля РФ и доллара США я использовал следующие очень упрощённые оценки:
Цена условного нового среднего автомобиля производства США-1942 ~ 1000–1200$
Ежемесячная «очень средняя» зарплата — 200$
Цена условного аналогичного по качеству и возможностям авто в РФ (взята подержанная ВАЗ 1111 «ОКА» в относительно хорошем состоянии, выпуска начала 20 века, с пробегом 70 тысяч км), ценой около 100 тысяч рублей.
Средняя зарплата по глубинке РФ взята в 30 тысяч рублей.
Т. е. условно-усредённо для покупки ТАКИХ машин в обстановке химеромира в США нужно потратить 5–6 месячных зарплат, в РФ — 3–4 месячных зарплаты.
)
* * *24 сентября 1942. СССР. Киев. Здание ЦК ВКП(б) СССР и ЦК КПУ на Михайловской площади. Генеральный секретарь Политбюро ЦК ВКП(б) Хрущёв Н. С., член Политбюро ЦК ВКП(б) Ворошилов К. Е, член Политбюро ЦК ВКП(б) Пономаренко П. К., кандидат в члены Политбюро ЦК ВКП(б) 1-й секретарь КП(б)У Бурмистенко М. А.
Уже больше года они собираются так, в этом же составе. Почти все остальные — новые члены Политбюро, как правило, основную часть времени проводят в своих республиках, прилетая в Киев только на общие собрания и по делам, оставив всю внешнюю политику на их четвёрку, имеющую самый большой вес в оставшейся после катаклизма с ходом времён части Союза и наиболее привечаемых в нынешней буржуазной Москве.
Вот и сегодня они говорят о паре щекотливых тем. И о соседях «слева».
Сегодня они говорят о самих тех, кого много раз за последние пару-тройку сотен лет делили. И у кого «неожиданно осталась жива» пятая часть почти двадцатипятимиллионного (даже с учётом того, что вернулось в СССР в 1939-м) населения.
— Ты видел, какие наглецы? На конференции в Москве они в кулуарах в открытую что говорили? Что никогда не откажутся от «мирного возвращения восточных кресов»! Им что, проблем с евреями у себя мало? — кипятился Хрущёв, когда они обменивались пока ещё не остывшими впечатлениями о происходившем на «общеевропейской конференции» в столице РФ, завершившейся подписанием «Акта о правах, свободах и мирном развитии».
— Ещё год назад это началось, как только всё их «правительство в изгнании» во главе с Сикорским из Лондона вернулось к себе. За год их аппетиты только выросли… — махнул рукой Ворошилов — … польский пан каким был, таким и остался. А что Никита Сергеевич, про слухи те думаешь?
— … Ну ты же понимаешь, что определённая доля правды в тех словах может и быть. — заметил новый генсек.
— Какие слухи? — встрепенулся Бурмистенко — бывший второй человек (ныне первый) на Советской Украине (тоже ставшей самой большой республикой Союза).
Ответил ему Пономаренко, веско припечатав новостью, которая была таковой только для вопрошавшего:
— Да что будто бы Черчилль, в отличие от американцев, отказавшихся от «сделки-1965», согласился на неё не только потому, что судьбой британской империи был больше озабочен, чем своим антикоммунизмом…
— А чем ещё? — наседал Бурмистенко.
— Злые языки болтают… что сохранение максимального довоенного уклада в Европе, в том числе и возвращение лондонских сидельцев в Польшу вошло в тайную часть сделки. Не только чтобы мы не пытались коммунистическую пропаганду вести снова в Европе.
— А мы собирались?
— Нет. Но обывателю ведь у них жупел из нас делать привычнее. Москву они сразу приплетать боятся. Да и капиталисты тоже… вроде как свои и им… и нам.
Ворошилов же добавил:
— И ещё будто бы для того, чтобы американцы в Европу залезть совсем не смогли, как после войны… в «тот» раз. Не знаю, что уж там Черчилль с кремлёвских нынешних за своё согласие выпросил, но слушок такой я самолично… там, в кремлёвских коридорах, слышал. Да и рунет почитай сам, что ли. Там тебе докладов соответствующих часто и не надо — болтают все кому не лень. В основном мура, но иногда и правда пролазит. Цедить только надо много… — поморщился советский маршал.
— Они что, с капиталистами заграничными сговариваются понемногу? — крякнул всё ещё плюхавшийся в чудном вареве политики химеромира нынешний первый секретарь ЦК КП(б)У.
— Дипломатию они с первого дня разводить начали, а после Рура только тем и занимаются. Но если ты беспокоишься, что против нас обернётся, то вряд ли. У них счёты, к тем, кто за океаном, по их памяти, очень большие. Это мы, Черчилля всё больше как врага номер один воспринимаем. А он для московских — меньшее зло, да и не зло почти. А… как это… Медведев сам мне сказал? Во! «Ситуативный попутчик. Может, на четверть века…»- хохотнул генсек.
— Главное, чтобы самим нам «ситуативными попутчиками» не стать. — хмыкнул Ворошилов.
Глава 4
Правь, Британия! Или как уж получится. Эпизод I
Глава 4 — Правь, Британия! Или как уж получится. Эпизод I
26 сентября 1942. Великобритания. Лондон. Любимая резиденция Премьер-Министра Великобритании, лидера Консервативной партии («Тори») сэра Уинстона Леонарда Спенсера Черчилля на Даунинг Стрит, 10.
Обильно потакал собственному желудку Премьер-министр Великобритании всегда. И почти всегда — в одиночестве. «Нейтрализуя» неприятные эффекты от множества забот одного из главных политиков планеты, над которыми не переставал размышлять даже во время трапез, отдыха и развлечений.
Правда, увлечения молодости — фехтование и скачки на лошадях остались в туманной юности, он стал грузен и давно пристрастился к сигарам.
Вот и сейчас, после утренней дыни и омлета, пришло время отбивной, кофе со сливками и тоста с джемом…
За время обильного завтрака, перед дополнительным часовым сном, он неспешно обдумывал текущие дела. Мысли и текущие заботы часто перемежались чем-то личным. Вот и сейчас…
…узнать, что о тебе писали в будущем (пусть и в «ином, пропавшем неизвестно куда») — чудное удовольствие, недоступное ранее никому, но ставшее неожиданно возможным для многим, чьи дела и помыслы были описаны в разных источниках благодарными и ненавидящими современниками и потомками.
Свидетелями, наследниками и просто изучавшими жизнь сильных и известных мира сего. В том числе и его самого.
«Тогда».
Он с интересом продолжал читать всё новые «распечатки» электронных версий и традиционных книг — оригиналов на английском и переводов с русского своих биографий и жизнеописаний из «той» жизни во время и после потухшей «здесь» мировой войны. Как и собственные воспоминания… «тогда».
За год после всей кутерьмы со смещением во времени и последующего невероятного финала войны в Европе, было много неприятных моментов при встречах — как «глаза в глаза», так и «заочных». Писали о нём за 80 лет разное. Иногда привирали, иногда же ему приходилось соглашался — да, мог бы, «под настроение» спровоцировать в 1947 году того' хода времён' в частном разговоре с сенатором Стайлзом Бриджесом предложить подать идею тогдашнему президенту США Гарри Трумэну — нанести превентивный ядерный удар по СССР, по Кремлю… «пока большевики сами не обзавелись атомными бомбами».