Корона опустошения (СИ)

Внутри оказалось довольно уютно. Все тут было просто, но вместе с тем обжито и доведено до… гармонии? Пожалуй, именно это слово пришло Теону в голову, когда он осмотрел комнаты, где казалось каждый предмет был на своем месте. Добавить что-то ещё, и комната была бы захламлена, убрать — и чего-то бы не доставало, а так идеальный баланс. 
Проходя мимо одной из полок в коридоре, Шенна засмотрелась на маленькую фарфоровую фигурку котика. Девушка даже протянула руку, чтобы её потрогать, но одернула себя. Теон в тот момент словно услышал, как она говорила сама себе, что сейчас не время разглядывать безделушки. 
И в этом она была права. Хозяйка дома, которая пригласила их в гостиную и указала на диван, сама убежав за травяным чаем, была богиней. Такой же, как и Хранитель воды, а следовательно, не стоит обманываться её внешним видом. Она опасна. 
— А вот и чай, — дружелюбно сказала она, поставив поднос с чайничком и маленькими чашками перед ними. Теон, несмотря на свои способности к восстановлению, даже не посмотрел на напиток, а вот Шенне явно хотелось попробовать, но она сдерживалась по той же причине, что и Теон. — Ох, милости ради, он не отравлен. Какой бы я была хозяйкой, если бы травила своих гостей? 
— Что вам нужно? — прямо спросил Теон, игнорируя напиток. — Вначале то существо, теперь вы. Учитывая прошлый разговор и его итог, я ожидал какую-нибудь ловушку. 
Лицо хозяйки удивленно вытянулось, а затем она усмехнулась и покачала головой. 
— Ох, так вот в чем дело? В таком случае прошу прощения. И нет, никакой ловушки. Мне просто хотелось поговорить и…
— Если вы хотите попытаться переубедить нас, то ничего не выйдет. 
— Не переубедить, а рассмотреть другие варианты.
— Варианты? — не понял Теон. 
— Да. Как вы видите, мы довольно неплохо живем, но… такая жизнь накладывает целую кучу ограничений. По питанию, рождаемости, потреблению воды. Это место может и выглядит хорошо, но это не так. Жизнь тут сурова и полна компромиссов, порой весьма жестоких. Для примера, женщина в трех домах отсюда с неделю назад родила ребенка. С уродствами. И, к сожалению, ему было отказано в жизни. 
— Мне казалось, что такие, как вы, способны лечить. 
— Способны, — кивнула она. — Но наши силы очень ограничены. Богов много, жителей мало. Это вы способны использовать чистый Свет, являющийся почти бесконечным источником силы, а мы же живем за счет веры. Сегодня мы вылечили ребенка, а завтра не смогли помочь мастеру с нужными навыками. Я говорю про такого рода компромиссы. 
— И, как я понимаю, вам это не нравится. 
— А кому это может нравится? — вздохнула эта женщина. — Все наше общество, весь наш мир подобен одному сложному механизму, где все на своих местах. Он работает и это позволяет обществу жить, но… у любого механизма есть предел прочности. И наш не за горами. Уже не одно столетие мы пытаемся что-нибудь придумать, но наши возможности ограничены. Мой безымянный друг верит, что если мы разорвем связь с вашим миром, то он сможет связать себя узами со всеми Опустошителями и тем самым сделать поверхность безопасной. Люди вновь смогли бы жить под солнцем, а с помощью богов мир бы вновь стал живым и цветущим. 
— Что-то мало энтузиазма в ваших речах, — отметил Теон.
— Немного бестактно, — заметила Хранительница очага. — Но да, я рада, что вы отказали ему, потому что какими бы благими не были его намерения, он как ребенок. Слишком радикален, не желает идти на компромиссы, и… не может здраво оценивать свои силы. 
— Хотите сказать, что ему не хватит сил такое провернуть? — понял, о чем она говорит, Теон. 
— Именно. Да, он бог, но молодой бог. Без сомнений сильный, но ему ещё многому предстоит научиться. Он связывает себя узами с опустошителями и забирает их агрессию, делает их способными сосуществовать с людьми, но у этой силы есть вполне конкретные пределы. На данный момент он, по моим расчетам, может связать себя с пятью-шестью сотнями, но речь про сотни тысяч Опустошителей. Если бы он попробовал осуществить это, то в лучшем случае у него бы просто ничего не получилось. Нестабильные узы разрушились бы, и все. 
 
— В лучшем? А что же до худшего?
— В худшем стремления, которыми он связан, которые составляют основу его сущности, были бы подавлены инстинктами Опустошителей. Он бы превратился в Опустошителя с силами бога.
Как Мерфион… 
— Ужасный расклад. 
— И это одна из причин, почему я захотела с вами увидеться, — согласно кивнула она. — У меня есть и другое решение. Оно… более радикальное, но вместе с тем гораздо менее опасное. 
— Какое же?
— Миграция. 
Теон удивленно моргнул.
— Миграция? Кого? Куда? Хотите переселить Опустошителей? 
— Не Опустошителей, а нас. Людей. Вы смогли прийти, а следовательно, и другие смогут. Мы переправим в ваш мир всех жителей подземных городов. 
— И о каком количестве людей идет речь?
— Сто семьдесят восемь тысяч двести двадцать пять. 
Теон откинулся на кресле и потер пальцами переносицу, на пару мгновений прикрыв глаза. Сто восемьдесят тысяч человек. С одной стороны, это не так уж и много, если речь про целый мир, но вместе с тем это колоссальное количество людей, для переправки которых из одного мира в другой нужно приложить немыслимое количество сил. Ведь нельзя просто взять и доставить людей из одного мира в другой. Те порталы, что открыл Мерфион, были далеко, и перевозить людей через них, когда на обеих сторонах множество монстров, будет крайне проблемно. 
— Вы сомневаетесь, — Хранительница очага не спрашивала, а констатировала факт. 
— Вы просите очень многого. 
— И тем не менее, я надеюсь на вашу помощь. Уверена, что если кто из людей и способен справиться с такой проблемой, то это вы. 
  
Глава 22. Их место
 
— Ох! Нет! Фридерика! Фридерика! Моя дорогая Фридерика! Как ты могла покинуть меня в сей страшный час?! Но твой прощальный дар… твой прощальный дар будет согревать меня этим холодным и несчастным утром. 
— Это всего лишь кофеварка, Фэри, — вздохнул Зиммер, смотря, как его помощница лежит на полу и держит на вытянутых руках чашку с кофе. 
— «Всего лишь кофеварка?!», — вспыхнула она. — Да как у тебя язык поворачивается такое говорить? Моя Фридерика… моя милая Фридерика… ты была мне как сестра… 
— Мы её починим, не драматизируй. 
— Хнык-хнык-хнык…
Зиммер покачал головой и оставил помощницу в покое. Иногда она бывала просто невыносимой и могла устраивать такие сцены. Кайл несмотря на то, что они были знакомы уже не первый год, понятия не имел, зачем они вообще были нужны. Лично от него она сейчас ничего не хотела, и починить кофеварку могла бы и своими силами. Навыков и оборудования было предостаточно, а детали привезут ещё до заката. 
— Что у вас тут происходит? — на лестнице появилась Нефис, облаченная в урталевый костюм. Фэри при виде девушки тут же раздраженно фыркнула, что тоже было нормально. Фэри не любила Нефис по какой-то непонятной для мужчины причине. 
— Фэри убивается из-за сломавшейся кофеварки. 
— Фридерика умерла и больше не будет согревать меня сырым и холодным утром. 
— Фридерика это кофеварка? — догадалась Нефис. 
— Видимо, да, — Кайл пожал плечами и неторопливой походкой на своих стальных ногах отправился на встречу старой подруге. 
С Нефис Зиммер познакомился, когда они ещё были детьми. Их родители вели какие-то дела, и некоторое время они даже думали, что возможно поженятся, когда станут старше, но Нефис открыла у себя дар фурии, а Кайл узнал, что болен, и всему этому пришел конец. Они остались друзьями, но о браке больше не говорили. 
 
— Ладно, не важно, — махнула рукой гостья на Фэри и её «проблему». — Теон на связи, и у него какое-то срочное дело к тебе. 
— Владетель? Он уже вернулся? 
— Почти, идем.
Нефис прошла к одному из компьютеров и подсоединила к нему свой коммуникатор, выводя изображение на экран. Оно было немного нечеткое, билось на фрагменты, но все-равно легко было узнать Теона и его спутницу.