Корона опустошения (СИ)

Тем временем перед ними возникла Руш. Она уже восстановила искалеченную руку. 
— Как любопытно! Я и не думала, что встречу в этом времени так много сильных фурий. Казалось, что подобные вам давно в прошлом. Что-ж… Развлеките меня ещё немного.
  
Глава 17. Схватка в Хэйар-Плаза. Часть вторая
 
— В данный момент они сражаются. Нам вмешаться? 
— Нет, — немного поразмыслив, сухо ответил Нейрам. — Наблюдайте и докладывайте обо всем, что происходит. 
Оборвав связь, магистр Детей Света откинулся в кресле и провел по усталому лицу руками. 
Испепели Свет их всех!
Эмоции внутри так и били через край, и все же он был вынужден оставаться спокойным. Он уже слишком стар, чтобы им поддаваться. 
Ситуация выходила не слишком хорошей, как ни посмотри. Ламат’Хашу и подчиненные Альдрима вступили в прямое противостояние, что в итоге привело к серьезным разрушениям в Хэйар-Плаза. Схватка продолжается прямо сейчас, и судя по докладам, силы примерно равны. 
Вмешаться? 
Нейрам постучал указательным пальцем по столешнице, обдумывая все возможные варианты. Ламат’Хашу ему ещё нужна, как и он ей. Их нельзя назвать союзниками, в конце концов они преследовали совершенно разные цели, просто до поры до времени их дороги идут в одном направлении. Они использовали друг друга, но Нейрам не питал иллюзий по поводу их взаимоотношений. В итоге они все равно станут врагами. Его цель — наступление Последнего часа, а её — уничтожить все, что в этом мире создал Таргарон 
Ламат’Хашу не так просто убить, в конце концов она божество, меняющее личины, хоть и на этот счет у Детей Света имелись кое-какие наработки. Но использовать их сейчас? Нет. Пока у Ламат’Хашу Рэман-дал-Тор, меч, убивающий богов, нельзя её трогать. 
Но и устранение ближайших сподвижников Владетеля превратилась бы в серьезную проблему. Альдрим не доверял Детям Света, но разве можно было винить его в слепоте? Как бы то ни было, именно он является ключом к Последнему Часу, и идти против него из-за Ламат’Хашу? Нет уж. 
— А зачем мне вообще что-то предпринимать? — очевидная мысль, но в последнее время Нейрам часто не мог позволить себе просто бездействовать и безучастно наблюдать. — Если они так хотят поубивать друг друга — пусть. Мы не имеем к этому никакого отношения. 
* * *
Кригер неторопливо шел по коридорам частично разрушенного отеля в поисках древней богини пещер. Он чувствовал её где-то рядом, но никак не мог найти. Она играла с ним в прятки, пока его компаньонки сражались с Руш. 
— Хватит пряток, Ламат’Хашу. Покажись. 
— Чтобы ты сломал мне очередные кости? Ну уж нет. Этому телу и так сильно досталось, — словно насмехаясь над ним, сказала богиня, и её голос несколько раз сменил направление. Казалось, что она была в стенах. — Нам нет причин сражаться, Данэс. Мы с тобой не враги и, в сущности, хотим одного и того же. Порядка. 
Кригер остановился. Его рука все ещё крепко сжимала боевой молот.
— Абсолютного порядка, где все находится на своих местах. 
— …
— Я много слышала о тебе, Данэс Кригер. Человек, что выковал Рэман-дал-Тор. Кто бы мог подумать, что смертный способен на такое… Мне бы пригодился кто-то вроде тебя. 
— Ты всерьез думаешь, что способна переманить меня на свою сторону? — Кригер даже не стал скрывать насмешку, которая в его исполнении вышла уж слишком жуткой. 
— Сейчас — нет. Ты слишком долго следуешь за Альдримом, считая, что именно он в итоге сделает мир таким, каким его видишь ты. И ты прав, но лишь отчасти. Альдрим лишь инструмент. Мой инструмент. 
Кригер сделал несколько шагов вперед, поудобнее перехватив молот, и ударил по стене, раскалывая её на мелкую крошку и вместе с тем лишая богиню укрытия. 
— Неплохо, — сказала она, улыбаясь. — Как ты смог меня найти? 
— Слишком много болтаешь. 
Мужчина сделал шаг навстречу, а богиня отступила. 
Ещё шаг, и она уперлась спиной в стену, по которой тут же пошли алые трещины, в одной из которых она и укрылась. Это выглядело так странно, словно её человеческое тело стало жидким и буквально затекло в образовавшуюся щель. 
 
— Знаешь, как я родилась? — спросила богиня. — Один человек увидел щель, внутри которой жил светящийся гриб с легкой мутацией, из-за чего его свет был не белым, а красным. Он показал его другим людям, и кто-то сказал: «Наверное, это щель ведет в лучший мир! Что если мы сделаем её шире?». И они сделали трещину шире и длиннее, давая грибу расти в разные стороны. В конце концов он заполнил собой всю пещеру. 
— Хочешь сказать, что ты была грибом? 
— Хочу сказать, что вера людей способна на удивительные вещи. 
— По твоей логике Теон уже давно должен был стать богом, — фыркнул Кригер. 
— А разве это не так? Он может и не использует Свет Веры, как я, но он уже давно не обычный человек. Рожденные обычными людьми слишком тесно связаны с телами, им не так просто отринуть собственную суть. Но если бы Альдрим на самом деле захотел, то уже мог бы переродиться и стать подобным ученикам Таргарона даже без Темниц, лишь за счет веры людей в него. 
— По твоей логике богов в этом мире должно быть полным-полно. 
— Боги часто рождаются из нужды, из самых потаенных и сильных желаний. Людям древности была нужна та, кто их спасет, кто укажет путь в разрушающимся мире, где солнце обернулось самым страшным врагом. Владетель же олицетворяет собой перемены. Так было и во время его завоеваний, когда были низвержены Держатели, считавшиеся вечными правителями, наместниками учеников Таргарона. Так есть и сейчас. 
Кригер не понимал, чего именно добивается эта женщина подобными разговорами, но поймать её становилось все сложнее. Она пряталась в трещинах, а те в свою очередь перемещались по стенам, расползаясь в разные стороны. И её голос теперь, казалось, звучал из каждой из них. 
Кузнец смог разрушить несколько из них, но в этот раз Ламат’Хашу так и не явила свое человеческое обличие. Ещё одним неприятным фактом стало то, что Кригер не мог воздействовать своей силой на объекты, где имелись трещины богини пещер. 
Неприятный противник. Но я смогу с ней разобраться, если уничтожу каждое из её укрытий.
Стены одна за другой превращались в каменную крошку. В какой-то момент обвалился приличный кусок одного из верхних этажей, но это не приблизило Кригера к победе. Ламат’Хашу продолжала ускользать. 
— Альдрим слишком цепляется за связь с Таргароном. Тьма Длани медленно, но верно сводит его с ума, а Владетель отчаянно пытается за неё цепляться, ведь это его сила. Но как по мне, она давно тянет его ко дну. Он станет сильнее без неё, чем с ней. Помоги мне, Данэс. Если ты и впрямь заботишься об этом человеке, убеди его отказаться от Банрата-тан-Азура. Я смогу забрать его, запечатать, сделать так, чтобы…
Кригер ударил молотом, но в этот раз стена не треснула и даже не шелохнулась. Вместо этого по ней прошла энергетическая волна, заставившая алые трещины резонировать. Гул прокатился по пустым коридорам Хэйар-Плаза, а затем Ламат’Хашу вышвырнуло из её укрытия прямо к ногам Кригера. 
— Кажется, я только что разгадал твой трюк. 
— Да ты и впрямь чудовище… 
Кригер ударил молотом вновь. Женщина подставила руку, чтобы защититься, но в итоге конечность лишь превратилась в кровавое месиво. Впрочем, кое-чего она все-таки добилась. Молот в руках мужчины покрылся алыми трещинами и практически тут же развалился. 
Тем временем рука Ламат’Хашу со звучным треском начала восстанавливаться. 
 
— Тебе понадобится гораздо большее, чтобы убить меня, — сказала богиня, демонстрируя целую конечность. — И даже если ты сможешь каким-то чудом уничтожить это тело, я просто найду другое. Истинных верующих гораздо больше, чем может показаться. И они с готовностью отдадут тело своей богине. Эта схватка не имеет смысла. 
— У меня другое мнение на этот счет, — Кригер коснулся пола и создал из камня новое оружие. — Ты убила Арвин, и Теон дал слово, что найдет виновника и отомстит.