Корона опустошения (СИ)
Пролог
— Откуда берется эта сила?
Таргарон, в этот момент занимавшийся возведением каменного дома при помощи собственных сил, остановился и повернулся, взглянув на молодую девушку, задавшую вопрос.
— А так ли это важно? — улыбнулся Длань, всем своим видом показывая, что не горит желанием отвечать на вопрос ученицы, но Шенна была довольно упертой, и если уж чего-то не понимала, то предпочитала выяснить. Так было и сейчас. Сколько бы она не размышляла о силе Ткачей Иного, она не понимала её истоков. Другие просто приняли дар от Таргарона, сделали его частью себя, превратились в первых Ткачей, но даже не задумались, что сила откуда-то исходит.
— По мне, это очень важно, — не согласилась она. — Я очень хотела бы знать, что из себя представляет Иное. Мы касаемся его, словно заимствуем силу у кого-то, но у кого? Явно не у вас.
— Тебе нет ни малейшего проку от этого знания, — устало вздохнул её учитель и скрестил руки на груди. — Просто используй её и…
— Нет, — настаивала девушка на своем. — Пожалуйста, учитель.
Таргарон вновь вздохнул, так по-человечески, а ведь она помнила время, когда он был максимально далек от людей. Холодный, отрешенный, величественный. Он и сейчас мог быть таким, но все чаще она замечала в учителе все больше человеческого.
— Куда мы идем?
— Подальше от других глаз. То, что я тебе покажу — секрет. Не стоит рассказывать об этом остальным.
Шенна кивнула. Её не интересовали другие, лишь источник силы Ткачей.
Когда они спустились глубоко под землю, Шенна словно вернулась в прошлое, в те времена, когда на поверхности было невозможно жить, когда палящее солнце выжигало все живое, и людям приходилось существовать в пещерах. Благодаря Длани, вернувшей планету на нужную траекторию, все закончилось. Солнце перестало быть безжалостным врагом, оно превратилось в дающего жизнь друга. И все же его воздействие далеко на юге все ещё остается достаточно сильным.
Девушка уже и забыла, каково это, когда стены давят на тебя. После бесконечных открытых просторов и зеленой травы эта сырость и темнота угнетали.
Они все шли, продолжая углубляться под землю, пока Таргарон внезапно не остановился.
— Здесь подойдет, — удовлетворенно кивнув, сказал он.
Это была широкая часть пещеры, где могли бы поместиться несколько десятков человек.
— Встань за мной, — предупредил он её, — и ничего не делай. Тебе нельзя подходить к этому.
Он хлопнул в ладоши, и пространство перед ним начало расплываться и ломаться, пока в пещере не появилось странное и жуткое четырехглазое существо. Оно чем-то напоминало гигантскую уродливую обезьяну с огромным брюхом и обвисшей женской грудью.
При виде Таргарона и его ученицы, неведомый монстр зарычал и бросился на них, а Шенна попыталась коснуться Иного, но тут же словно пощечину получила. Сила ударила её так, что чуть ноги не подкосились.
— Я же сказал ничего не делать, — устало повторил Таргарон.
Монстр бросился на них, но врезался в невидимый барьер, и теперь что есть силы молотил по нему руками, время от времени нанося и удары энергией.
— Это… Это сила Иного?! — внезапно осознала Шенна. Она ощущала силу, исходящую от этого существа, и она казалась ей такой знакомой и похожей на её собственную.
— Да, — немного сухо ответил Таргарон, без каких-либо эмоций наблюдая за тщетными попытками существа прорваться сквозь преграду.
— Что это за существо? — девушка нервно сглотнула, смотря на монстра перед собой. Она даже подошла к барьеру и заглянула в глаза твари, словно увидев в них отражение собственных. — Почему я чувствую… близость к нему? Почему я…
— Потому что это ты.
— Что? — она вздрогнула и резко обернулась.
— Ты так хотела знать, откуда берется твоя сила, и теперь знаешь ответ. Как ты правильно сказала, вы её «черпаете». Вы можете её копить, но это ничтожные объемы, ведь ваши тела для этого не предназначены, а в этом мире слишком мало энергии, чтобы использовать её «с ходу». Поэтому были созданы они.
— Они? Хотите сказать, что этих монстров много?
— Я назвал их Опустошителями. Знаю, звучит не очень, но это хорошо отражает их суть. Они своего рода аккумуляторы, что впитывают силу, и эта же черта делает их агрессивными. Я бы даже сказал «злыми». Они готовы убивать, поглощать и уничтожать все, что окажется рядом с ними. И это ещё одна из причин, почему они не живут рядом с вами.
Таргарон махнул рукой, и искажения пространства вернулись, затягивая монстра в себя. Послышался едва слышный хлопок, и от твари не осталось и следа.
— Значит, я беру силу у этих Опустошителей?
— У конкретно этого Опустошителя, — поправил Таргарон. — В момент рождения Ткач, в ином мире появляется опустошитель, начинающий аккумулировать силу. И чем дольше он живет, тем больше энергии копит.
— А разрядки? Зачем нужен обмен энергиями, если вся сила исходит от этих монстров?
— Затем, что они тоже разных типов. Мужчины и женщины. В отличие от вас, они не могут «отдавать» энергию, а лишь брать. Я так и не смог сделать так, чтобы они сами обменивались ей, поэтому пришлось завязать это на вас.
— То есть, когда я вбираю мужскую энергию….
— … она передается твоему Опустошителю, да, — подтвердил Таргарон. — И это значительно стимулирует его рост и вашу с ним связь.
— Просто безумие…
— По этой же причине невозможно сделать человека Ткачом, — продолжил рассказывать Таргарон. — Одних лишь узлов силы в теле недостаточно. Они являются связующим звеном между Опустошителем и Ткачом, но не более того. Ткач Иного не сможет накапливать энергию без Опустошителя.
— Значит, если уничтожить узлы, то связь порвется? — уточнила девушка.
— Да.
— Но тогда получается, что если убить Опустошителя, то Ткач перестанет быть Ткачем?
Учитель утвердительно кивнул.
— Ваши миры не должны пересекаться. Они существуют в своем, а вы — в своем.
— А если это все-таки случится?
— То я все исправлю, как и всегда, — улыбнулся Таргарон, положив руку девушке на плечо. — Когда настанет Последний час, в них больше не будет нужды. А сейчас не забивай себе этим голову.
Шенна кивнула, но невольно бросила взгляд на то место, где ещё совсем недавно была «другая она».
А что мы будем делать, если миры пересекутся раньше Последнего часа, а вас не окажется рядом? Учитель прав, о некоторых вещах лучше не знать…
— Идем, — сказал он ей. — У нас ещё очень много дел на сегодня.
Шенна кивнула, и они отправились в обратный путь. Таргарон обладал огромной силой, что способна была перестраивать реальность, но редко ей пользовался, лишь тогда, когда это было действительно нужно. Даже сейчас он мог бы щелкнуть пальцами, чтобы моментально оказаться на-поверхности, но предпочитал идти пешком, даже если это занимало больше времени.
На выходе их уже ждал Могдин, черноволосый и статный, с копьем в руках. Несмотря на красивое лицо и мускулистое тело, Шенне Могдин никогда не нравился. Слишком тщеславный, слишком надменный, он всегда мнил себя чуть ли не правой рукой Таргарона и всячески пытался это показать.
— Учитель! Я вернулся из похода. Мы привели одного из язычников, — объявил Могдин и махнул рукой. Тут же один из его подчиненных толкнул к ногам Таргарона избитого и связанного мужчину. Шенне стало жаль его, но вслух она не отважилась проявить сочувствие. — Он возглавлял целое племя, проповедовал, что вы никакой не бог. Что вы…
Таргарон жестом велел ему замолчать.
— Это правда? — спросил он у связанного.
— Лишь Ламат’Хашу истинный бог.
Шенна уже не раз слышала об этом Ламат’Хашу, боге тени. «Еретики», как называл их Могдин, почему-то были уверены, что не Таргарон изменил климат, а таинственный Ламат’Хашу укрыл мир своей тенью и спас его от солнца. Разумеется, все это было полнейшей ерундой, ведь девушка самолично видела, какие чудеса творил Таргарон. Все эти разговоры о «ложном боге» и «боге тени» становились все более проблемными. Почему-то людям было проще верить в бога-байку, чем в того, кто ходит с ними по одной земле.