Горячая афера. том 1 и 2 (СИ)
Мошенница осмотрелась и отдала должное вкусу своего похитителя – комната, которая являлась, по всей видимости, небольшой гостиной, была выдержана в одном стиле и в приятной цветовой гамме. Лексия не очень любила солидадские мотивы, но здесь они были уместны – пестрый ковер, низкие диваны с разноцветными подушками, тяжелые шторы и квадратный стол, едва возвышающийся над полом.
В углу стоял огромный кальян; на полках – ароматические лампы, чередующиеся с покрытыми инеем бутылками спиртного – доменус не пожалел и на каждую повесил артефакт-льдинку. Обычно устанавливали специальные шкафы: в комнатах – маленькие, под спиртное, а на кухне – огромные, для хранения еды. Артефакты – магические льдины, привезенные с северного острова Арктан, размещали внутри для поддержания температуры, близкой к замерзанию. Здесь же маленькие кусочки артефактов были прикреплены на каждую бутылку. Дорого и непрактично. Лексия сама любила дорогие и непрактичные вещи, поэтому прониклась к доменусу невольным уважением. Оказалось, не так уж они сильно и непохожи. Только вот ему говорить об этом не стоит. Вряд ли доменуса обрадует сравнение с мошенницей.
На стене над камином висели массивные механические часы, словно вызов чопорному высшему обществу – шестеренки, большие и маленькие, разных цветов были будто выставлены напоказ. Ажурные металлические стрелки отсчитывали мгновения с тихим раздражающим тиканьем.
Эта небольшая деталь была важна, она характеризовала доменуса лучше, чем его прищуренные глаза, высокомерная манера держаться и принадлежность к высшему сословию. Танир ри Аргос ценил собственный комфорт и был терпим к инакомыслящим. Именно поэтому с ледяными магическими кристаллами соседствовало механическое изобретение, созданное лишенными магии ремесленниками. Высшие в большинстве своем презирали механику, считая ее грубой попыткой дотянуться до мира магии, они отказывались замечать то, что механика тоже может быть полезна и удобна. Глупое, нерациональное ханжество, которое Лексия никогда не понимала. Видимо, ри Аргос – тоже, иначе откуда в его комнате взялись механические часы?
– Нравится? – совершенно искренне поинтересовался доменус с интонацией, присущей всем людям, недавно сделавшим дорогой и, по их мнению, удачный ремонт. Ри Аргос имел в виду явно не часы, а в целом обстановку комнаты, поэтому сдержаться Лексия не смогла и, почти не лукавя, ответила:
– Не люблю Солидад…
– Какое это имеет отношение к интерьеру? – искренне удивился доменус и немного отступил, предварительно отпустив локоть Лексии.
– Самое прямое. – Мошенница пожала плечами. – Здесь все о нем напоминает. Итак, мы, как я вижу, добрались до места назначения…
Лексия резко повернулась и уставилась прямо в глаза доменусу, отметив про себя, что на фоне волевого подбородка и выдающегося носа ресницы смотрятся трогательно-детскими, длинными и пушистыми. Непередаваемого графитового цвета. Того же пепельно-серого, что и волосы, только на несколько тонов темнее.
Яркая, многоцветная внешность Лексии легко менялась: от бледно-золотого до темно-каштанового цвета волос, не говоря уже о глазах, которые могли быть любых оттенков голубого и зеленого. А вот Танир был монохромен. В нем присутствовали все оттенки серого. Только глаза чуть выделялись своим болотистым цветом. Но под воздействием артефакта мужчина мог стать и нордическим блондином, и брюнетом с холодными льдистыми глазами и иссиня-черными волосами.
– Я бы взял с вас обещание дождаться утра и не предпринимать попыток сбежать и оставил бы в соседней комнате…
Танир начал отвечать на так и не заданный вопрос, и Лексия поспешно отвернулась. Не стоило его так пристально разглядывать. Вдруг истолкует внимание превратно? Лексии этого не хотелось бы, ею двигал исключительно профессиональный интерес. Она любила изучать различные типажи внешности.
– Я так и собирался сделать… но… – Ри Аргос задумался, не замечая, что мошенница слушает его вполуха.
– Вы мне совсем не доверяете, – закончила за него Лексия.
– Нет! – Танир взглянул на нее со странным выражением на породистом лице. – Конечно, я вам не доверяю, но это никак не относится к делу. Понимаете, один из моих магических талантов – умение распознавать ложь…
– Так в чем же проблема, доменус?
– А в том, что с вами мое чутье дает сбой! Я не могу понять, когда вы лжете, а когда говорите правду! Фон один и тот же, а должен меняться!
Танир был искренне расстроен и, кажется, слегка взбешен. Лексия решила над ним сжалиться и приоткрыла завесу тайны.
– Доменус, мне вас даже немного жалко, – усмехнулась она. – Дело не в вашем даре, а во мне. Я всегда скрываюсь за маской и лгу, даже в мелочах. Я сама давно уже не осознаю, где заканчивается ложь и начинается правда. Вот вы ничего и не чувствуете. Это один из моих талантов. Видите, как занимательно.
– Тем хуже для вас!
Танир выдохнул это зло и обиженно, а в болотного цвета глазах вспыхнули изумрудные искры. Губы были поджаты, а волевой подбородок упрямо выдвинут вперед. Похоже, доменус приготовился сражаться. Знать бы еще, за что? Лексии это не очень понравилось.
– И чем же? – подозрительно поинтересовалась она.
Хоть страх и не прошел, Лексия все же смотрела в будущее с большим оптимизмом, нежели полчаса назад. На первый взгляд доменус казался адекватным и не собирался причинять боль. Правда, сейчас ужас вновь холодком пробежал по позвоночнику и заставил вздрогнуть, когда Танир сделал шаг вперед и толкнул дверь в следующую комнату. Она оказалась спальней.
Лексия послушно двинулась следом и как вкопанная замерла, врезавшись в кровать – огромную, застеленную темно-синими шелковыми простынями. Одеяло было смято, видимо, тут спали. «Танир, – поняла мошенница. – До тех пор, пока его не подняли из-за моего бегства».
– Безусловно, порядочной нобиле я бы не осмелился сделать подобное предложение, но в нашем случае… – На губах ри Аргоса мелькнула холодная усмешка.
– В каком – нашем? – Лексия сглотнула и попятилась, готовясь драться до последнего.
Силы были неравны, но это не значило совершенно ничего. Есть вещи, которые табу даже для нее. Она мошенница, а не прелестница из квартала Розовых лилий!
– Да перестаньте дергаться! – возмутился Танир и перехватил Лексию за руку, с силой дернув на себя.
Игры закончились, это мошенница поняла по изумрудному огню в его глазах. Она, осознавая, что второго шанса не будет, перестала сопротивляться и, повинуясь инерции, упала в объятия доменуса, который от неожиданности пошатнулся и едва не рухнул на шелковые простыни. Стремясь закрепить успех, Лексия со всего размаха вонзила острую шпильку в ногу Танира и рванула назад.
– Да чтоб тебя! – выругался доменус и разжал руки, а мошенница с визгом бросилась к выходу, давая себе зарок, что, если выберется из этой передряги живой, обязательно, по совету доброго приятеля Ганса, купит себе новомодную, стреляющую магическими пульками игрушку и найдет достойного инструктора, который научит драться. Ее навыков явно недостаточно.
Взбешенный доменус настиг ее на лестнице. Кинулся со спины и уронил на пол. Лексия выставила вперед руки, пытаясь смягчить падение, но все равно было больно. Доменус придавил ее к солидадскому ковру всем своим немалым весом, казалось, сверху рухнула целая гора. Мошенница чувствовала себя беззащитной, мужчина сверху пугал и подавлял, его тело было сильным, мускулистым – с таким противником не справиться в честном поединке. Страх, ненужный, предательский, сдавил горло, заставил почувствовать себя жертвой, игрушкой. Мошенница зашипела, пытаясь сбросить оцепенение, и резко откинула голову назад, надеясь попасть противнику по переносице. В глазах потемнело, но наградой послужила нецензурная брань – усилия не пропали даром. Жаль, второй раз ри Аргос не поддался на провокацию, и вырваться из стальной хватки не удалось.
Лексии казалось, что этот зверь набросится на нее прямо здесь, в коридоре, но доменус, видимо, имел какие-то стойкие пристрастия или предпочитал расправляться с жертвами не на виду у слуг, а за закрытыми дверями. Поэтому он, чертыхаясь и не ослабляя хватку, поднялся с пола и снова поволок вырывающуюся Лексию в спальню. Сопротивляться было бесполезно, ноги даже до пола не доставали, извернуться и укусить за руку тоже не вышло, а орать и дальше не имело смысла. Похоже, в доме, кроме самого ри Аргоса и его охранника, никого не было, да и не побегут слуги на помощь. Вряд ли подобная сцена происходит здесь в первый раз. Высшим многое сходит с рук. На их «шалости» власти смотрят сквозь пальцы. На помощь не придет никто. Доменус может сделать с ней все что угодно и останется безнаказанным.