Как рушатся замки (СИ)
Положение девушки осложнялось тем, что Катлер возвращался в столицу не в одиночку. Капитан по фамилии Хофман, с которым она столкнулась на перроне, седой мужчина, находившийся рядом с интерином там же… едва ли список ограничивался ими. Важные персоны без солидного сопровождения не разъезжали. Впрочем, с Катлером везде приходилось делать пометку «за исключением»: он запросто бы сорвался в поездку с двумя помощниками. У него инстинкт самосохранения отсутствовал напрочь.
Тем легче для неё.
Специфика деятельности обязывала отыгрывать разные роли, поэтому Лис блестяще удавалось прикидываться жертвой. Однако с канцлером такой фокус бы не прокатил: он явно знал о ней больше, чем она сама, не говоря о том, что полгода назад он предлагал ей работать на него.
Вести с ним переговоры тоже не устраивало. И, как только он захлопнул дверь в купе, девушка вжала его в панель, надавив на кадык остриём клинка.
Синие глаза насмешливо сощурились. В грудную клетку упиралось дуло пистолета.
— Я напоминаю, – произнес Катлер тем же тоном, которым когда-то издевался при её задержании, – заделать дырку в артерии проще.
— Мы умрём с одинаковой вероятностью, – прорычала она.
— В чём тогда смысл?
— Что вы забыли в Дельфи? – прошипела девушка, усилив давление на клинок. Формальности заботили её в крайнюю очередь. – Как узнали, что я здесь? Неужели потратили столько времени на поиски?
Из пореза текла кровь – тонкой неровной линией по коже, под воротник. Красное на светлом смотрелось до извращения красиво.
— Вас я точно не искал, – возразил он и, поведя взглядом по её лицу, мягко добавил: – Лис.
От звучания собственного имени её передёрнуло. Канцлер безбожно издевался.
— Я не верю в совпадения, – парировала она.
— А я до сегодняшнего дня не верил в судьбу, – не остался в долгу Катлер.
И сказал ведь как – без улыбки, без намёка на шутку! Он точно издевался!
Или нет?..
Сомнения раздирали мозг на части. В висках зарождалась тупая боль. Ни с кем прежде Лис не приходилось путаться в собственной реакции. Дрэгов канцлер смотрел так, словно видел её насквозь. Слышал в её словах больше, чем она произносила вслух. Из-за него внутри возникала мешанина. Необоснованная, непонятная – чувства ни с чего вступали в конфликт, а у неё, привыкшей держать контроль, не получалось их разнять.
Она не желала встречаться с ним не столько из страха, сколько из-за смятения, которое он приносил с собой. Во мгле зрачков, отдававших могильным холодом, царила необъяснимая тоска.
— Я без понятия, где Эйвилин с дружками, – уточнила Лис для порядка и, поколебавшись, опустила оружие. В тот миг она с некоторой оторопью заметила, что он не взвёл курок. – Она сбежала с Эзрой Партланом. Я из-за них чуть на поклон к Богу смерти не отчалила. Квартиру мне спалили.
Девушка скривилась, дотронувшись кончиками пальцев до рёбер. Пуля раздробила нижнее и застряла в мягких тканях. Почему-то Лис чётко запомнила падение – свободный полёт, удар о черепицу, скольжение до водостока. Она повисла на краю крыши и, не найдя сил подняться, вперилась в грязный, чернильный город. С неба срывался снег с дождём. Волосы прилипли к лицу, одежда намокла. Боль ещё не накатила, но тело не подчинялось, разум отдалялся, уносясь за мигавшим в отдалении огоньком.
Из лорда Партлана стрелок паршивый. С такого расстояния, с которого выстрелил он, невелика хитрость прикончить. Однако его скверных навыков хватило, чтобы подвести её к черте. Без Сонхи она бы досталась на корм червям.
Мимолётное движение не укрылось от внимания канцлера. Чуть нахмурившись, он бегло оглядел её сверху-вниз. Лис нахально вздёрнула подбородок и, усевшись к окну, закинула ногу на ногу.
— Предлагаю притвориться, что я никого из тюрьмы не вытаскивала, а вы этому не способствовали. Я тоже пострадавшая – не без вашей вины, между прочим. Эйвилин упустил, Партлана не поймал – или кого вы там ловить собирались. С учётом ваших достижений осуждать меня некрасиво, – с налёта изложила она мнение. – Сделка честная. Обоюдная. Соглашайтесь. Тогда четыре дня пройдут без накала страстей. Наверное, у меня даже получится внушить себе, что вы пригласили меня разделить поездку с вами из-за типичной мужской болезни.
Катлер снял китель. Кровь на рубашке его нисколько не смущала, что не убавляло злорадства Лис: хоть что-то выбивалось из его нормального облика.
— Какой же?
— Падкость до привлекательных женщин, – безапелляционно выдала она.
Он засмеялся – естественно, искренне и по-настоящему заразительно. Девушка прикусила язык, чтобы не улыбнуться. Ей впервые доводилось слышать его смех. В её представлениях, даже после… близкого знакомства, канцлер сохранял образ неприступной крепости с арсеналом насмешек в запасе. Он пугал, удивлял, манил, злил – и при этом умудрялся не изменять своему раздражающему спокойствию. Людей с такими крепкими нервами не существовало…
Снова – за исключением.
Катлер сел напротив. После их маленькой стычки волосы немного растрепались, и прядь спадала ему на лоб. Девушка из его воспоминания была права: короткая стрижка его вовсе не портила. В отличие от характера.
Любое взаимодействие с ним превращалось в прогулку по минному полю.
Мужчина наклонился к ней, близко придвинувшись – колено к колену. Рано она предположила отсутствие накала страстей.
— Я согласен, Лис. Вы меня очаровали. Но и вы признайте…
— Что? – с вызовом спросила она, намеренно подавшись к нему. Кончик её носа почти дотрагивался до его.
— Вы падки до политиков с сомнительной репутацией, – огласил он возмутительно серьёзным тоном. – Иначе я бы умер. Дважды.
— На третий раз меня терпение подведёт, – ощерилась она, – так что не злоупотребляйте моей добротой.
Ответная серьёзность вызвала у него усмешку. Он откинулся на мягкую обивку на стене, стянул перчатки и покосился на дверь, за которой раздались шаги.
— По закону жанра третий похоронами не заканчивается.
Лис хмыкнула не сдержавшись. С этим мужчиной угрозы ей абсолютно не давались.
— Одно другому не мешает, – решила не отнекиваться Лис и приготовила билет, когда раздался стук.
— Поиздевался над Хофманом и сам через минуту умчался за какой-то незнакомкой, – посетовали за дверью, сдвигая её. – Напомни: сколько лет тебе не пятнадцать, Элерт?
Только слепой не признал бы в человеке, в оцепенении застывшем в проёме, генерала Вильма Берга. С недавних пор он по известной причине пребывал в отставке, что, видимо, не препятствовало его косвенному участию в делах государства.
— Столько же, – доложил Катлер не растерявшись. – У девушки случился конфуз с билетом, поэтому я предложил ей добраться до Тэмпля под моей протекцией.
Старый генерал никак не мог справиться с оторопью. Он молчал, всматриваясь в лицо Лис, – как из древней военной недоверчивости подвох вычислял.
Девушка выпрямилась. Столь пристальное внимание и смущало, и беспокоило.
— Мы знакомы? – спросила она.
Брови мужчины приподнялись от удивления. Он приоткрыл рот, намереваясь что-то сказать. Канцлер опередил его.
— Мистер Берг, я отвечу на ваши вопросы. Обещаю. Выйдем в тамбур?
Он вынул из кармана кителя коробок спичек и, встав, указал генералу на коридор. Тот нехотя подчинился.
— Кто из нас сошёл с ума: ты или я? – осведомился он.
— Пока что никто, – успокоил Катлер и, повернувшись к Лис, предложил: – В моём планшете документы. Почитайте.
Шанс для побега положили ей в раскрытые ладони. Она вскочила, подхватила планшет и, справившись с застёжкой, уже в проходе вытащила из него картонную папку.
— Ах ты сука… – прошипела она, кинув сумку на спальную полку.
«Дело № 1918. Джен «Лис» Тэйт», – гласила надпись на обложке. Финальным штрихом под ней проставили штамп «КОПИЯ». Девушка крепко выругалась.
Не искал он – как же!
Комментарий к Глава 3. О встречах убегающих людей
“Во мгле зрачков, отдававших могильным холодом”.